Захарова Людмила Владимировна, кандидат экономических наук. Старший научный сотрудник Центра корейских исследований.

Северная корея экономика

В ситуации ужесточения международных экономических санкций Северной Корее приходится принимать меры по обеспечению условий для сохранения стабильности экономики «с опорой на собственные силы». В основу исследования положен анализ официальных северокорейских документов, а также эмпирический материал, собранный автором в ходе научной командировки в Пхеньян в 2017 г. В статье рассматриваются основные направления экономического развития КНДР после VII съезда Трудовой партии Кореи, прошедшего в мае 2016 г. В результате исследования автор приходит к выводу о том, что в условиях ограниченных возможностей использования внешних ресурсов руководство КНДР пытается делать ставку на научно-технический прогресс и мобилизацию частной инициативы граждан, ограниченную рамками социалистической системы собственности.


Более 10 лет экономика КНДР находится в условиях действия международных санкций, принятых Советом Безопасности ООН и обязательных для исполнения всеми членами Организации Объединенных Наций. В 2016-2017 гг. санкционный режим был ужесточен до беспрецедентных масштабов, в результате чего Северная Корея была фактически отрезана от мировой банковской системы, существенно ограничена в своих внешних торгово-экономических, транспортных и научных связях.

При этом, несмотря на стремление к самообеспеченности, в силу объективных причин КНДР продолжает существенно зависеть от экономических отношений с другими государствами, главное место среди которых занимает Китай. Учитывая настрой северокорейского руководства, оно не намерено отказываться от ядерного оружия, что может повлечь за собой дальнейшее ужесточение международных санкций и изоляцию страны от мировой экономики. После очередного запуска Пхеньяном баллистической ракеты, пролетевшей над территорией Японии 29 августа 2017 г., и испытания водородной бомбы, проведенного 3 сентября 2017 г., ситуация вокруг КНДР еще больше обострилась.

В сложившихся условиях особый интерес вызывает то, каким образом КНДР собирается достичь сохранения позитивного тренда в развитии экономики, наметившегося в последние годы. Для понимания этого автором статьи были проанализированы официальные документы, публикации и статьи в прессе КНДР, характеризующие стратегию экономического развития страны на 20162020 гг., и способы ее реализации. Кроме того, во время научной командировки в Пхеньян в маеиюне 2017 г. автором были проведены беседы по данной тематике с северокорейскими учеными: экономистами, юристами и историками. Это позволило получить некоторую статистику, информацию о тенденциях экономического развития и изменениях в системе управления экономикой непосредственно от уполномоченных на это граждан КНДР, а не из вторичных источников.


В процессе полевого исследования автор собрал эмпирический материал по современной экономической ситуации в Северной Корее, в т.ч. в ходе посещения недавно построенных или модернизированных промышленных, сельскохозяйственных и жилищных объектов.

КЛЮЧЕВЫЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ УСТАНОВКИ

Идеология является одним из столпов северо- корейского общества. Несмотря на приход к влас- ти в КНДР молодого лидера Ким Чен Ына в кон- це 2011 г., в этой области наблюдается высокая степень преемственности. Идеи чучхе и сонгун продолжают составлять основу официальной пропаганды в самых разных областях жизни. Со- гласно северокорейской историографии, суть чуч- хе была сформулирована Ким Ир Сеном еще в 1930 г., когда Корея была колонией Японии, и за- ключается в том, что корейцы должны стать «хо- зяевами своей судьбы», взяв в свои руки процесс государственного строительства на родной земле. В настоящее время эта идея трансформировалась в императивный лозунг «самому выковать из себя сильного».

Северная корея экономика


Идея «приоритета армии» (сонгун) считается выдвинутой в то же время, что и чучхе. Она предполагала вооруженную борьбу в ответ на применение японцами оружия против корейцев в колониальный период. В дальнейшем с образованием Южной Кореи (в КНДР это трактуется как сохраняющаяся по сей день американская оккупация Юга) условия потребовали продолжения линии сонгун*.

*Из беседы с Ким Чхан Гёном, профессором, д.философ.н., заведующим кабинетом Корейской ассоциации общественных наук (КНДР). Пхеньян, 31 мая 2017 г. (прим. авт.).

Особую актуальность подобная идеологическая установка приобрела в 1990-е гг. после распада соцлагеря и прекращения существования СССР, которые обострили для Пхеньяна ощущение внешней угрозы. После принятия поправок в Конституцию КНДР в сентябре 1998 г. «реально постоянно действующим высшим органом государственной власти окончательно стал Государственный комитет обороны КНДР» во главе с Ким Чен Иром [1, c. 71].

В настоящее время армейская терминология продолжает активно использоваться в официальной пропаганде, в т.ч. в экономической сфере. При этом сонгун трактуется как инструмент реализации чучхе, обеспечивающий внутренние и внешние условия для претворения в жизнь идеи опоры на собственные силы. Необходимость приоритета армии объясняется существующей угрозой суверенитету КНДР со стороны «империалистов». В армии и различных вооруженных формированиях состоит около 15% от почти 25-миллионного населения КНДР [1, c. 83].


В северокорейских реалиях сонгун имеет 2 ключевых аспекта: с одной стороны, это приоритетное распределение ресурсов в пользу военной сферы, а с другой необходимость опоры на армию в процессе государственного строительства, т.е. армия должна не только защищать родину, но и активно участвовать в «строительстве социализма». На практике последний тезис выражается, например, в том, что военнослужащие Корейской народной армии участвуют в сельскохозяйственных работах (особенно в период посадки риса и других важных для всей страны сельскохозяйственных работ), строительстве объектов гражданского назначения, а также занимаются восстановлением пострадавших от наводнений районов. Исходя из подобных идеологических установок, неудивительно, что повседневная жизнь северокорейского общества характеризуется высокой степенью милитаризации.

Задачи экономического строительства в эпоху сонгун предполагают необходимость опережающего развития оборонной (тяжелой) промышленности при одновременном развитии легкой промышленности и сельского хозяйства. При этом прикладываются усилия для того, чтобы в процессе развития военных отраслей можно было бы развивать и гражданские отрасли, например, за счет поднятия научно-технического уровня всей экономики.

На современном этапе Ким Чен Ын в 2013 г. объявил курс на параллельное ведение экономического строительства и развитие ядерных вооруженных сил (пёнджин носон), который трактуется как продолжение прошлой политики, но в новой ситуации.


связи с созданием ядерных сил сдерживания, гарантирующих безопасность страны, Северная Корея заявляет о стремлении к обеспечению условий для мирного развития хозяйства. На институциональном уровне это выразилось в создании в 2016 г. Государственного совета КНДР под председательством Ким Чен Ына в качестве высшего органа государственной власти «для осуществления комплексного руководства ускоренным развитием экономики и культуры в условиях укрепившейся обороны». Одновременно Государственный комитет обороны был упразднен.

ЭКОНОМИКА КНДР ГЛАЗАМИ СЕВЕРНЫХ КОРЕЙЦЕВ

Сами северные корейцы сущностью своей экономики называют «плановое хозяйство, основанное на социалистической собственности на средства производства и управляемое путем органического сочетания единого государственного руководства, относительной самостоятельности и творческой инициативы предприятий» [2, с. 1].

Северная корея экономика

Таким образом, базовым элементом экономической системы КНДР на современном этапе продолжает являться «коллективная собственность трудящихся» на все средства производства, такие, как машины, оборудование, сырье, материалы, земля, производственные здания, транспорт и средства связи. В стране существует единая система планирования во главе с Госпланом.

К «основным методам управления экономикой» в КНДР относятся политический, экономико-технический и административно-организационный [2, с.


]. Политический метод предполага-ет выявление «революционного энтузиазма и творческой активности» масс для выполнения экономических задач. Экономико-технический метод позволяет «научно обоснованно и рационально» вести хозяйственную деятельность, а административно-организационный приводить в действие хозяйственные учреждения, предприятия и их работников, используя административные средства. В то же время в современном хозяйственном механизме КНДР есть место не только методам командно-административного управления, но и материальному стимулированию, а также «максимальному обеспечению практической выгоды в хозяйственных делах».

Еще одним важным критерием развития народного хозяйства для КНДР является его самостоятельность, которая, однако, не предполагает автаркии и не исключает внешнюю торговлю [2, с. 7]. Ставится задача не допустить зависимости от других стран, производя основные виды продукции своими силами, а те необходимые товары, которые невозможно производить у себя, получать через внешнюю торговлю путем взаимного обмена.

В мае 2016 г. в Пхеньяне состоялся VII съезд правящей Трудовой партии Кореи. Учитывая тот факт, что VI съезд ТПК проходил еще в 1980 г., от столь редкого и важного в политической жизни страны события у внешних наблюдателей были большие ожидания.

Некоторые эксперты предполагали, что на съезде Ким Чен Ын объявит о начале радикальных экономических реформ. Однако этого не произошло. Напротив, лидер подтвердил ключевые установки, касающиеся экономики страны, подчеркнув приверженность курсу на построение «социалистического могучего и процветающего государства», объявленного еще при Ким Чен Ире [3, с. 45], а также озвучил основные направления реализации 5-летней «стратегии экономического развития страны» на 2016-2020 гг.


СТАТИСТИКА ИЗ ПЕРВОИСТОЧНИКА

В 1960-е гг. КНДР засекретила большую часть своей экономической статистики и не публикует ее, объясняя это тем, что страна находится в острой конфронтации с враждебными силами, а они могут злоупотреблять получаемой актуальной информацией об ее экономическом развитии. Данные об экономике Северной Кореи фиксируются местными статистическими учреждениями и раскрываются (в т.ч. иностранцам) в очень ограниченном масштабе с определенным временным лагом.

Северная корея экономика

В «Справочнике для инвесторов в КНДР», опубликованном Корейским комитетом по иностранным инвестициям и экономическому сотрудничеству (КНДР) в 2016 г. [4, p. 18], представлены некоторые статистические данные за 2013 г. В частности, объем валового внутреннего продукта (ВВП) $24,998 млрд, ВВП на душу населения $1013. В структуре ВВП выделены промышленность (41,36%), сельское хозяйство (12,65%), строительство (13,51%) и другие отрасли (32,48%). Ничто не может подтвердить или опровергнуть эти цифры.


Во время встречи с северокорейскими учеными* в июне 2017 г. автору были предоставлены данные за 2014 г.

*Ким Сан Хак, заведующий Кабинетом по делам межкорейского экономического сотрудничества, и Ким Гван Нам, заведующий Кабинетом сельскохозяйственных наук Института экономики Академии общественных наук КНДР (прим. авт.).

Согласно местной статистике, объем ВВП составил $26,132 млрд (годовой прирост якобы 4,5%), ВВП на душу населения $1053, внешнеторговый оборот $4,548 млрд (из них экспорт $2,013 млрд). Численность населения страны в 2014 г. составила 24 млн 895 тыс. человек.

О сложности получения статистических данных по КНДР из первоисточника известно всем специалистам, занимающимся исследованием Северной Кореи. Большая часть показателей, имеющихся в открытом доступе, высчитывается международными организациями или учреждениями других стран (например, Республики Корея) по собственной методике и, по сути, являются оценками*.

*Более подробный разбор существующей в открытом доступе статистики по экономике КНДР представлен в статье — Захарова Л.В. Экономическая статистика КНДР: проблема поиска данных и их использования // Россия и Корея в меняющемся мире. М., ИДВ РАН, 2014. С. 153- 162 (прим. авт.).

В такой ситуации особенно интересно сравнить полученные от северокорейских ученых данные с имеющимися показателями из т.н. вторичных источников. Здесь важно отметить, что данные местных экономистов по общему объему ВВП оказываются существенно ближе к южнокорейским оценкам номинального объема валового национального дохода (ВНД) КНДР ($28,93 млрд в 2014 г.), рассчитываемого Банком Кореи [5], чем к статистике по ВВП КНДР в текущих ценах ($17,4 млрд в 2014 г.), публикуемой Статистическим подразделением ООН [6]. Видимо, существует разница в расчетах долларового ВВП КНДР, производимых внутри Северной Кореи и экспертами ООН.


Исходя из полученных данных и их сравнения с официальной статистикой Республики Корея (ВВП в текущих ценах в 2014 г. $1,411 млрд), можно говорить о превышении объемов южнокорейской экономики над северокорейской более чем в 50 раз при разнице в численности населения лишь в 2 раза (население РК в 2014 г. 50,75 млн человек). Такой огромный дисбаланс в соотношении экономической мощи Севера и Юга порождает целый комплекс проблем на пути межкорейского примирения и сотрудничества, к которому декларативно стремятся корейцы по обе стороны 38-й параллели.

МЕРЫ ПО УЛУЧШЕНИЮ УПРАВЛЕНИЯ ЭКОНОМИКОЙ

В ходе беседы северокорейские ученые-экономисты выделили два ключевых направления, по которым идет процесс «улучшения управления народным хозяйством» в целях его развития. Первое заключается в «усилении единого руководства и стратегического управления экономикой», включающего в себя ежегодные планы и 5-летнюю «стратегию экономического развития» на 2016-2020 гг. При этом последняя является не директивным хозяйственным планом, а, скорее, концептуальным документом, основанным на индикативных показателях и характеризующим направления развития госсектора страны [7, c. 12].


Северная корея экономика

Центральная роль в руководстве экономикой и в разработке конкретных планов реализации стратегии государства отводится Кабинету министров КНДР, что еще раз подчеркивает снижение влияния военных в этой сфере по сравнению с периодом 1990-х 2000-х гг.

Под вторым направлением «улучшения управления народным хозяйством» понимается «поощрение творческой инициативы хозяйственных единиц» предприятий и сельскохозяйственных кооперативов. В рамках этого процесса в деревне с 2012 г. началось на тестовой основе, а в 2013 г. было распространено на всю страну внедрение «социалистической системы ответственности за управление сельхозкооперативами» (нончжан чхегим квалличже).

В рамках существующей звеньевой системы (сельхозкооператив состоит из бригад, в бригаде 3-4 звена, в звене 10-15 человек) была создана «система ответственности за участок полей» (пхочжон тамдан чхегимчже), по сути, индивидуальный подряд. В соответствии с ней, каждому члену звена был выделен конкретный участок земли, за обработку которого он несет ответственность. И если на этом участке вырастает богатый урожай, то все, что оказывается сверх плана, обрабатывавший этот «участок полей» член сельхозкооператива может забрать себе.

Таким образом, занятые в сельском хозяйстве работники получили материальный стимул для повышения своей личной производительности труда. Об успешности введенных мер свидетельствует аграрная статистика. Объем собранного урожая риса в 2012 г. составлял около 5 млн т, а в 2015 г., по северокорейским данным, достиг 5,891 млн т, постепенно приближая КНДР к заветной цели в 6 млн т. По оценкам экспертов, именно столько зерновых необходимо стране для достижения минимального уровня самообеспеченности.

В западные СМИ с 2013 г. активно просачивалась информация о том, что в КНДР сельское хозяйство было переведено на семейный подряд, а крестьяне получили право оставлять себе 30%, а потом и 60% собранного урожая. Многие эксперты увидели в этом попытки Северной Кореи пойти по китайскому пути реформирования аграрного сектора. Однако при встрече с экономистами КНДР в июне 2017 г. автору статьи не удалось получить подтверждения этой информации. Более того, ученые всячески подчеркивали, что их «система ответственности за участок полей» ни в коем случае не является «китайской системой аренды» и что она находится в полном соответствии с «социалистической системой хозяйствования».

В промышленности с 2014 г. была введена «социалистическая система ответственности за управление предприятиями» (киоп чхегим квалличже), суть которой в «усилении общенародной собственности в производстве одновременно с обеспечением активности и творческих инициатив предприятий, повышении чувства ответственности производителей». Предприятия получили права на планирование, организацию производства, управление структурой предприятия и рабочей силой, продажу товаров и установку цен, внешнюю торговлю и совместное производство с иностранцами.

Сегодня заводы в КНДР составляют свои производственные планы на основе полученных от государства плановых заданий. В результате на выходе получается, что часть продукции сдается государству, а остальное реализуется предприятиями самостоятельно. При этом каждый из сотрудников, который перевыполняет план, получает от работодателя премию. Описанная система во многом напоминает хозяйственный расчет, который Ким Ир Сен называл «переходной экономической категорией социалистического общества», «методом планового управления социалистическими государственными предприятиями», используемым для повышения материальной заинтересованности рабочих и стимулирования их производственной активности [8, с. 52-54].

Помимо материальных стимулов, руководство КНДР пытается традиционно делать ставку на трудовой энтузиазм масс и крупные мобилизационные кампании. В частности, «движение Чхоллима» (местный аналог социалистического соревнования), провозглашенное Ким Ир Сеном в 1956 г., при Ким Чен Ыне трансформировалось в «движение Маллима».

Преддверие VII съезда ТПК ознаменовалось проведением по всей стране «70-дневной трудовой вахты», а по его завершении была объявлена «200-дневная трудовая вахта», в ходе которых граждане КНДР без выходных работали для перевыполнения плана и ускоренной реализации государственных задач в различных сферах.

О некоторых результатах этого рывка свидетельствуют внешние оценки. В частности, довольно консервативный в своих докладах о темпах роста северокорейской экономики Банк Кореи (РК) оценил прирост ВВП КНДР за 2016 г. в 3,9% (наибольший годовой прирост с 1999 г.) при ускорившемся росте в таких сферах, как сельское хозяйство, рыболовство, добывающая и обрабатыва-ющая промышленность, выработка электроэнергии [9].

ОПОРА НА ВНУТРЕННИЕ СИЛЫ И КУРС НА ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ

В условиях ужесточения внешних условий для развития экономики КНДР вполне логичным выходом для руководства страны представляется курс на максимальное использование внутренних факторов производства для достижения самообеспеченности в как можно большем количестве сфер. Для усиления «чучхейского характера» народного хозяйства ставится задача обеспечить отечественное производство сырьем, топливом и оборудованием. Попытки импортозамещения при этом сталкиваются с такими серьезными препятствиями, как хроническая нехватка электроэнергии и топлива (в стране нет промышленных запасов нефти и газа), устаревшее и изношенное оборудование на большинстве предприятий, недостаток ресурсов и внешние ограничения для закупки нового оборудования и модернизации существующих мощностей, а также неудовлетворительное состояние транспортной инфраструктуры на значительной части территории страны.

Северная корея экономика

В 5-летней «стратегии экономического развития КНДР» на 2016-2020 гг. выделено 4 приоритета. В частности, в области металлургии предусмотрено совершенствование системы производства стали без использования кокса (т.н. технология получения «чучхе-железа»). Это приобретает особую актуальность в условиях отсутствия отечественных запасов кокса и внешней зависимости Северной Кореи от закупок коксующегося угля изза границы.

В энергетике ставка делается на внутренние и возобновляемые источники энергии, а также энергосбережение и модернизацию существующих генераторных мощностей. Для этого строятся гидроэлектростанции различных размеров от малых до крупных, ведется работа над атомной электростанцией средней мощности, активно используется солнечная, ветровая и геотермальная энергия. Солнечные батареи продаются в хозяйственных магазинах и устанавливаются на уличных фонарях, балконах квартир, крышах домов и учреждений. При строительстве новых жилых домов предусматривается наличие геотермальных источников энергии. В сельской местности расширяется использование солнечных водонагревателей и кухонных плит, работающих на биогазе. Для снижения потерь электричества при транспортировке планируется замена устаревших линий электропередачи. По имеющимся оценкам, использование старых ЛЭП в КНДР приводит к потере до 30% электроэнергии при транспортировке.

Важной задачей для угольной отрасли страны является увеличение производства продукции, которая, в т.ч., будет направлена на создание «одноуглеродной химической промышленности на основе газификации угля», упомянутое в Отчетном докладе ЦК партии на VII съезде ТПК [10, c. 53-54].

По мере развития экономики и сокращения возможностей для получения нефти и топлива изза рубежа идет процесс перехода на использование внутренних ресурсов, ключевым из которых является каменный уголь (в основном, антрацит). Например, Хыннамский завод по производству химических удобрений в г. Хамхын раньше работал на основе нефти, а сейчас на нем используется система газификации антрацита. Следующий этап создание синтетического горючего, т.е. топлива на основе угля. По утверждениям северных корейцев, в 2017 г. началось строительство завода, использующего соответствующую поставленной задаче технологию.

В сфере железнодорожного транспорта, на который приходится большая часть всех перевозок страны, требуются модернизация и повышение устойчивости железнодорожного полотна. Большое значение придается разработке и производству современных средств железнодорожного транспорта, таких как электровоз переменного тока, остро стоит вопрос о пополнении собственного парка вагонов. Одним из достижений промышленности Северной Кореи объявлен состоявшийся в ноябре 2015 г. пробный пуск поезда метро, произведённого на Электровозостроительном объединении им. Ким Чон Тхэ [11, c. 28-29], серийное производство которого, однако, пока не началось.

Важные задачи стоят перед страной и в других областях. В сфере сельского хозяйства необходимо «получение высокоурожайных сортов, соответствующих местным условиям», а также «активное внедрение современных технологий» для повышения производительности агросектора. К 2020 г. планируется достичь 70%-ного уровня механизации сельского хозяйства, которое пока что в большинстве своем полагается на ручной труд и тягловый скот. Главным ограничителем здесь выступает не только недостаток техники, но и дефицит топлива для ее эксплуатации.

В животноводстве ставится задача массового разведения домашних животных как в рамках кооперативов, так и на индивидуальной основе в крестьянских дворах. Птиц и домашних животных в крестьянских дворах автор заметила при посещении Чанчхонского совхоза в пригороде Пхеньяна 1 июня 2017 г.

В легкой промышленности стоит задача по расширению ассортимента товаров повседневного спроса, а также производству товаров, конкурентоспособных на мировом рынке. Необходимо отметить, что по первому пункту были уже достигнуты некоторые успехи. Например, продукции местного производства удалось вытеснить ранее завозившиеся из Китая сладости и пиво. А некоторые сорта пива, которые производятся на Тэдонганском пивоваренном заводе, пользуются большой популярностью у иностранцев и вполне могли бы поставляться за рубеж.

В последние годы было открыто несколько новых предприятий легкой промышленности, и модернизированы существующие заводы для более широкого удовлетворения нужд населения. Например, в 2016 г. начал работу Пхеньянский завод по производству сумок. Производственный план предприятия, созданного для замещения ранее импортировавшихся из Китая изделий, предусматривает пошив 300 тыс. сумок в год, 240 тыс. из которых школьные портфели. На заводе используется местное и иностранное оборудование, в то время как ткань поставляется с местной текстильной фабрики, работающей на отечественном сырье*.

*Из беседы с сотрудниками завода и личных наблюдений автора. Пхеньян, 30 мая 2017 г. (прим. авт.).

В том же году началось производство на Рёнъаксанском мыловаренном заводе, в ассортименте которого шампуни, ополаскиватели, посудомоечные средства, другие виды продукции хозяйственного назначения [12, c. 24-25]. В 2016 г. были модернизированы производственные процессы на Мангендэском заводе по производству сувениров, после чего, помимо сувениров, там стали производить и некоторые товары народного потребления, среди которых молнии, пластиковая посуда и др. [12, c. 26-27].

Учитывая происходящий в столице и некоторых других крупных городах строительный бум, актуальной задачей современного этапа развития КНДР является наращивание объемов производства стройматериалов.

Еще одним приоритетом в процессе реализации «5-летней стратегии развития» является расширение внешнеэкономических связей на основе их диверсификации. Ставится задача по увеличению доли продукции обрабатывающей промышленности, высокотехнологичных товаров и услуг в экспорте страны. По имеющимся зарубежным оценкам, в 2016 г. на Китай пришлось более 90% всей внешней торговли КНДР. В Пхеньяне хорошо понимают уязвимость своего положения в такой ситуации и стремятся к расширению круга партнеров. Особые надежды возлагаются на Россию, от которой ожидают возможного увеличения товарооборота и сотрудничества в других областях, прежде всего в сфере электроэнергетики. Но санкции подрывают эти надежды.

Очень перспективным является для КНДР и возобновление межкорейского экономического сотрудничества. Северные корейцы пытаются осуществлять ремонт и поддержание надлежащего технического состояния оборудования южнокорейских компаний, которое осталось в Кэсонском промышленном комплексе. Он был закрыт якобы по инициативе правительства Республики Корея в начале 2016 г. КНДР якобы готова возобновить работу комплекса в любое время при наличии желания с южнокорейской стороны*.

*Из беседы с северокорейскими учеными-экономистами. Пхеньян, 1 июня 2017 г. (прим. авт.).

Несмотря на столь позитивный настрой Пхеньяна на расширение внешнеэкономических связей, на наш взгляд, возможности для этого в настоящее время очень сильно ограничены в связи с действующими против КНДР санкциями Совета Безопасности ООН, запрещающими как экспорт ряда ключевых конкурентоспособных на мировом рынке товаров Северной Кореи, так и сотрудничество иностранных банков с ее финансовыми организациями.

Источник: remch-ch.livejournal.com

Северная Корея — одна из самых скрытных наций в мире.

В течение более 70 лет династия Кима управляла диктатурой в 25 миллионов человек.

Экономика Северной Кореи боролась из-за своей политики изоляции, однако точные пределы трудностей в стране неизвестны, так как страна не публикует подробные данные.

Мы знаем, что это страна, в которой средний работник забирает домой менее 2000 долларов в год, большая часть населения недоедает, а граждане платят свыше 17 000 долларов за переезд в другую страну.

Вот девять интересных фактов об экономике Северной Кореи:

1. Более 40% северокорейцев недоедают

Северная корея экономика

Согласно данным Глобального индекса голода, с 2000 года доля недоедающих жителей Северной Кореи увеличилась с 37,5% до 43,4% в 2018 году.

Однако за тот же промежуток времени процент недоедающих детей в возрасте до пяти лет снизился.

Согласно этому показателю, Северная Корея не самая недоедающая страна в мире — она занимает 109-е место из 199.

Но ситуация была ужасной после голода в 1990-х годах, во время которого погибло до 2 миллионов человек.

2. Практически никто не пользуется интернетом в Северной Корее

Северная корея экономика

Северная Корея строго ограничивает доступ в Интернет для своих граждан.

В стране есть один защищенный интернет-сервер, но даже у 1% населения нет доступа к глобальному Интернету.

Вместо этого граждане вынуждены использовать контролируемую государством внутреннюю сеть только для внутреннего пользования под названием Kwangmyong. Услуга бесплатна (если вы можете позволить себе компьютер), но она предоставляет доступ только к избранному списку цензурированных сайтов.

По данным The Daily Telegraph, единственными северокорейцами, которые могут пользоваться Интернетом, как мы их знаем, являются политические лидеры и их семьи, студенты в элитных университетах и люди, которые работают в подразделениях киберобороны.

Vox сообщил, что Kwangmyong «использует элементарные инструменты электронной почты и браузера, которые ограничены отобранной коллекцией «сайтов», которые были скопированы и подвергнуты цензуре из реального Интернета».

3. Под землей в Северной Корее могут быть полезные ископаемые на сумму в триллионы долларов

Северная корея экономика

По словам Quartz, Северная Корея, скорее всего, находится на богатых месторождениях полезных ископаемых: одна оценка достигает почти 10 триллионов долларов, а другая — более 6 триллионов долларов.

Месторождения могут включать более 200 видов минералов, включая железо, золото, цинк, медь и графит. Кроме того, там, как в Китае и Южной Корееможно найти множество редких металлов, используемых при производстве смартфонов.

Оценки стоимости полезных ископаемых в основном получены от южнокорейских компаний, хотя Кварц отметил, что Северная Корея эксплуатирует свои рудники неэффективно, а частная добыча полезных ископаемых в коммунистической стране является незаконной.

4. Лидер Ким Чен Ир тратил 800 000 долларов в год на Хеннесси

Северная корея экономика

В какой-то момент северокорейский лидер Ким Чен Ир тратил на Хеннесси свыше 800 000 долларов в год, согласно US News & World Report.

The Wall Street Journal сообщает, что производитель коньяка даже объявил, что в течение двух лет, в середине 1990-х годов, Ким был крупнейшим в мире покупателем этого алкогольного напитка.

Одна бутылка Хеннесси. может стоить 630 долларов в Северной Корее, что не намного меньше среднегодового дохода северокорейца, который оценивается в 1000-2000 долларов.

5. В Северной Корее две экономики и две цены на все

Северная корея экономика

У коммунистической нации есть государственная экономика и подпольная экономика.

Об этом сказал Marketplace в прошлом году Билл Браун, адъюнкт-профессор Джорджтаунского университета. Один государственный служащий может получить оплату за долю другого работника, который работает на китайской фабрике.

Браун сказал, что текстильный рабочий на государственном пхеньянском предприятии может зарабатывать 3000 северокорейских вон в месяц, в то время как тот же самый рабочий может заработать в 100 раз больше, работая на китайской фабрике. Это «просто очень дестабилизирующая, неэффективная система», сказал он.

6. Туристическая тропа стоимостью 3,9 миллиона долларов лежит в основе проекта объединения Кореи

Северная корея экономика

В апреле Межкорейский совет по обмену и сотрудничеству утвердил бюджет в 3,9 млн. долларов на строительство пешеходных маршрутов в демилитаризованной зоне, отделяющей Северную Корею от Южной Кореи.

Проект является шагом от соглашения, заключенного в прошлом месяце, по принятию мер по превращению ДМЗ в мирную зону. Северная и Южная Корея также недавно убрали 11 постов охраны внутри зоны.

7. Северокорейские хакеры похитили 670 миллионов долларов иностранной и виртуальной валютах

Северная корея экономика

В то время как немногие граждане находят свой путь в Интернет в Северной Корее, согласно отчету Совета Безопасности ООН, северокорейские хакеры похитили более 670 миллионов долларов в различной валюте и криптовалюте.

Крупные уловки, совершенные хакерами, включают 81 миллион долларов США от Центрального банка Бангладеш, 13,5 миллионов долларов США от Cosmos Bank в Индии и 10 миллионов долларов США от сети банкоматов Банка Чили.

8. Северная Корея зарабатывает около 50 миллионов долларов в год от нелегальной деятельности

Северная корея экономика

Предполагается, что правительство Северной Кореи зарабатывает 50 миллионов долларов в год на нелегальной деятельности, такой как продажа наркотиков и поддельная валюта США.

Северная Корея опровергла это утверждение, но не предоставила официальной экономической статистики, что затрудняет определение правды. ООН предположила, чтобы незаконные фонды помогали финансировать щедрый образ жизни Кима.

9. Покинуть страну стоит 12 000 долларов

Северная корея экономика

Дефекты из Северной Кореи могут стоить целое состояние, и с тех пор, как Ким Чен Ын вступил во власть в конце 2011 года, становится все труднее покинуть страну.

По данным The Washington Post, перебежчики должны заплатить брокерам $ 12 000, чтобы перебраться в Южную Корею. По другим оценкам, ценник достигает 17 000 долларов. Это резко выше, чем до 2012 года, когда цена была около 2000 долларов или 3000 долларов. По словам представителей правозащитных организаций, возвращение к началу 2000-х годов обошлось северокорейцам всего в 45 долларов.

Поскольку северокорейцы зарабатывают менее 2000 долларов в год, единственный реальный способ, которым они могут позволить себе уйти, — это если член семьи уже сделал это и может заплатить взнос.

Самый распространенный способ покинуть страну для перебежчиков — это пересечь реку, которая отмечает границу Северной Кореи с Китаем. Однако, как сообщает газета Post, усиление охраны границ усложняет процесс дезертирства.

Вас так же могут заинтересовать интересные факты о других экономиках:

  • Интересные факты об экономике России
  • Интересные факты об экономике Саудовской Аравии
  • Интересные факты об экономике США
  • Интересные факты об экономике Венесуэлы
  • Интересные факты об экономике Нью-Йорка
  • Интересные факты об экономике Ирана
  • Интересные факты об экономике Мексики
  • Интересные факты об экономике Великобритании
  • Интересные факты об экономике Калифорнии
  • Интересные факты об экономике Индии
  • Интересные факты об экономике Канады
  • Интересные факты об экономике Китая

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и получайте актуальную информацию из мира новостей еще быстрее.

Источник: tempting.pro

Структура внешней торговли Северной Кореи сильно отличается от привычного нам советского образца. В стране давно фактически отменена госмонополия на внешнюю торговлю — и ею теперь занимаются все вплоть до ЦК и Генштаба, экспортируя самые разнообразные товары, которые часто никак не связаны с их основной деятельностью. Профессор университета Кунмин в Сеуле, кореевед Андрей Ланьков на сайте Московского Центра Карнеги  объясняет, чем (и с кем) торгуют северокорейские предприниматели. 

Несмотря на постоянные разговоры об экономической самодостаточности и «революционном духе опоры на собственные силы», на практике Северная Корея всегда зависела от внешней торговли. Это было наглядно продемонстрировано в 1990-е годы, когда северокорейская промышленность фактически остановилась после того, как страна внезапно лишилась возможности вести торговлю с СССР и соцлагерем (впрочем, торговля КНДР с Советским Союзом всегда щедро субсидировалась Москвой и была скорее не торговлей, а формой помощи).

Торговцы из Генштаба

Распад социалистического лагеря привел к полной перестройке всего внешнеторгового аппарата КНДР, который был окончательно децентрализован. На роль главного торгового партнера однозначно выдвинулся Китай, на который сейчас приходится почти 90% северокорейского оборота.

При этом бόльшая часть китайско-северокорейской торговли осуществляется не в столицах, а в приграничье. Вот уже два десятилетия главными центрами северокорейской внешней торговли являются два города в китайской Маньчжурии — Шэньян, столица провинции Ляонин, и Даньдун, расположенный на пограничной реке Амноккан (китайское название — Ялу). При этом Даньдун, который значительно меньше по размерам, чем Шэньян, в этой паре, кажется, играет ведущую роль даже в легальной торговле. А уж если речь идет о контрабанде, то его доминирование неоспоримо.

Вызвано это в первую очередь географическими обстоятельствами. Даньдун располагается на китайском берегу реки Ялу и соединен шоссейно-железнодорожным мостом с находящимся на другом берегу реки северокорейским городом Синыйджу. Через этот узкий (всего одна полоса) и старый (1943 года постройки) мост проходит более двух третей всего внешнеторгового оборота Северной Кореи. Учитывая такую близость к границе и такое стратегическое значение Даньдуна, неудивительно, что именно здесь в основном и действуют северокорейские предприниматели.

Сейчас внешней торговлей в КНДР в основном занимаются полусамостоятельные операторы, которые обычно известны как «внешнеторговые представители» северокорейских предприятий и организаций. Структура внешней торговли Северной Кореи очень отличается от привычного нам советского образца. Еще в конце 1970-х годов в стране была фактически отменена государственная монополия на внешнюю торговлю. Тогда многие государственные и партийные учреждения, включая и сам ЦК партии, равно как и крупные предприятия, получили право выходить на внешний рынок самостоятельно, через специально созданные под их эгидой внешнеторговые фирмы. Министерство внешней торговли формально сохранилось, но с течением времени его роль постоянно уменьшалась.

Любопытно, что во многих случаях внешнеторговым фирмам предоставлялась возможность торговать любыми товарами, в том числе и такими, которые никак не были связаны с тем, чем занимались предприятия-учредители. Впрочем, и так понятно, что никакого «производственного профиля» у управления Генштаба или министерства охраны государственной безопасности не может быть по определению, а фирмы у этих почтенных организаций имеются. На практике такие фирмы просто скупают соответствующий товар — например, уголь или корни женьшеня — на внутреннем рынке и, пользуясь лицензией, продают его за границу.

Сейчас в Даньдуне насчитывается несколько сотен северокорейских торговых представителей. Каждый из них должен регулярно сдавать своему начальству — госучреждению или промышленному предприятию, учредившему фирму, — определенную, заранее фиксированную сумму денег. Размер этой суммы зависит от конкретных условий, но в большинстве случаев колеблется около отметки 30 тысяч долларов. Фактически речь идет о налоге, который фиксирован, потому что руководство, как правило, не может контролировать сделки, которые заключает торговый представитель.

Все, что заработано представителем сверх этой суммы, уходит как на поддержание фирмы, так и на его собственное потребление. Некоторые из торговых представителей, проработавшие в Даньдуне и Шэньяне по 10–15 лет, уже давно стали долларовыми миллионерами. На такое смотрели сквозь пальцы даже во времена Ким Чен Ира, а сейчас, когда Ким Чен Ын активно, хотя и без лишнего шума, поощряет рыночную экономику, подобное поведение вообще не вызывает никаких вопросов в Пхеньяне (вдобавок торговые представители, помимо официальных выплат в бюджет, не забывают делиться с руководством и неофициально).

Однако в последние годы северокорейские торговые представители стали вести себя куда более осторожно, чем раньше. С одной стороны, сама по себе их экономическая деятельность только приветствуется, но с другой — сообщения об арестах и расстрелах высокопоставленных чиновников их совсем не воодушевляют. Тем более что многие из этих чиновников были их покровителями. Заметно осторожнее стали вести себя и те китайцы, которые занимаются бизнесом с северокорейцами.

Мафия и концентрация

В Даньдун из Северной Кореи поступают не только полезные ископаемые. Важную роль играет торговля морепродуктами (рыба, трепанги, моллюски), большими любителями которых китайцы являются с давних времен. Даньдунская ассоциация торговли морепродуктами, в обиходе также известная как рыботорговая мафия, жестко контролирует эту торговлю и требует, чтобы все торговцы, ввозящие из Кореи дары моря, платили им определенный процент. Это, конечно, торговцев возмущает, но не мешает им делать неплохие деньги на северокорейском минтае и морских моллюсках. Особо дерзкие возят трепангов и гребешков контрабандно, спрятав ящики в тюках с вывозимой из КНДР одеждой. Однако это рискованное дело: о печальной судьбе тех, кто бросил вызов рыботорговой мафии, ходит немало слухов, так что большинство предпочитают платить.

Кроме того, в последнее время в Китай из КНДР во все больших количествах стала поступать продукция легкой промышленности. Экономика Северной Кореи приходит в себя после почти двух десятилетий жесточайшего экономического кризиса. Зарплаты в КНДР хотя и выросли в последнее время, но по-прежнему остаются невысокими, так что даже на успешном частном или смешанном, частно-государственном, предприятии легкой промышленности девушки, сидящие у швейных машинок, получают 30–40 долларов в месяц. Сейчас, когда рабочая сила в Китае быстро дорожает, низкие зарплаты превратились в конкурентное преимущество, которым пользуются северокорейские предприниматели.

Еще Даньдун держит первенство среди китайских городов по количеству находящихся там северокорейских рабочих. Точное их число неизвестно, но, скорее всего, их от 15 до 20 тысяч человек. Заняты они в основном в рыбоперерабатывающей, швейной и легкой промышленности. В отличие от России и стран Ближнего Востока, практически никто из северокорейских рабочих в Даньдуне не трудится на стройках.

В одном аспекте положение северокорейских рабочих в Даньдуне отличается от ситуации, знакомой жителям российского Дальнего Востока, где работяг из КНДР сейчас тоже хватает. В России северокорейские рабочие обычно без особых ограничений ходят по улицам и вообще ведут себя очень свободно, а вот в Даньдуне их коллеги практически не имеют права выхода в город. В основном рабочие живут в специальном общежитии на территории того предприятия, где они трудятся, и в город могут выходить только группами, под присмотром, пару раз в месяц, да и только тогда, когда их начальство считает выход целесообразным. В чем причины таких строгостей, не всегда понятно. Видимо, свою роль играет то, что в Даньдуне полно южнокорейцев, да и бежать оттуда легче, чем, скажем, из Южно-Cахалинска.

Из Даньдуна или, говоря точнее, из Китая через Даньдун в Северную Корею поступают самые разнообразные товары. Жители КНДР сейчас практически поголовно одеты в китайский ширпотреб и носят китайскую обувь. Идет в Северную Корею кухонная утварь, домашние электроприборы, бытовая электроника. Особо надо отметить поставки портативного энергетического оборудования, жизненно необходимого в стране, где дела с электричеством обстоят крайне плохо. В Даньдуне можно купить небольшие генераторы, которые в Северной Корее устанавливают во дворах домов или даже на городских балконах, а также солнечные батареи, в последние годы стремительно распространяющиеся в КНДР. Все более заметную роль играет и поставка автомобилей — не столько легковых, сколько малоразмерных грузовиков и микроавтобусов, а также запчастей к ним.

Торговля всем этим идет на так называемом Северокорейском рынке, расположенном напротив таможни, рядом с мостом, соединяющим Даньдун с Синыйджу. В былые времена, то есть лет десять назад, на этом рынке можно было увидеть большие группы северокорейских покупателей, но сейчас ситуация изменилась и покупатели уже не бродят толпами по рынку, а большая их часть — это серьезные оптовики, которые приезжают, чтобы разместить крупные заказы. Появляются на рынке и упомянутые выше торговые представители.

В Даньдуне сложился довольно узкий круг фирм, которые работают с Северной Кореей — всего их около тридцати, из них пять-шесть занимают лидирующее положение в этом специфическом бизнесе. Среди предпринимателей среднего масштаба очень много этнических корейцев Китая, но вот среди верхушки бизнеса их нет — там доминируют ханьцы.

Специфическую и важную роль в китайско-северокорейской торговле играют так называемые хвагё (корейское произношение двух китайских иероглифов, более знакомое российским читателям как «хуацяо»). Хвагё — это граждане КНР, которые из поколения в поколение живут на территории Северной Кореи и имеют северокорейский вид на жительство. Хвагё — единственная группа иностранцев, живущих в КНДР на постоянной основе. Еще в 1980-е годы хвагё получили возможность свободно, то есть фактически по своему желанию, и с минимальными формальностями пересекать границу между двумя странами — привилегия, о которой граждане КНДР в подавляющем большинстве не могут мечтать. Эту привилегию они стали активно использовать для того, чтобы заниматься бизнесом и неплохо зарабатывать. Так что сейчас в КНДР хвагё по определению считается богатым или, по меньшей мере, обеспеченным человеком.

Источник: meduza.io

Программа Экономика на телеканале Крым-24. Текст+видео.

Архив выпусков.
Северная Корея для многих из нас – терра инкогнита, страна за семью печатями. Мы знаем, что она живёт бедно, верховная власть, как при монархии, передаётся от отца к сыну, и что граждане КНДР до сих пор хранят верность идеологии, близкой к коммунистической. Она на самом деле довольно самобытна, носит название чучхе и сильно отличается от марксизма-ленинизма. Но об этих идеях мы сегодня говорить не будем. Сейчас важно другое. 
Экономика Северной Кореи
Северная Корея неожиданно и резко вышла на первые полосы газет как ещё один обладатель ядерного оружия. Более того, это единственная страна, которая открыто потрясает ядерной дубинкой. В современном мире это считается дурным тоном. Сегодня поговорим об экономике Северной Кореи. Чем живёт и дышит это далёкое, маленькое, но гордое государство.

-1-

Северная Корея – беднейшая страна мира. Её ВВП меньше, чем у Афганистана. Не так давно КНДР пережила большой социально-экономический шок. В 90-е годы после распада Советского Союза Россия перестала поддерживать экономику Северной Кореи. Вскоре так же поступил и Китай. Кроме того сильно пострадала внешняя торговля. Страны бывшего соц.лагеря раньше покупали товары из Северной Кореи, но после краха коммунистической системы резко снизили эти закупки.
Режим остался без денежных вливаний, и в Северной Корее начался голод. По разным подсчётам от него умерло от 10 тысяч до 3 миллионов человек. Разброс данных как видим, очень велик. Если верна цифра 3 миллиона человек, то это свыше 10% населения. В то же время, такая высокая смертность кажется неправдоподобной. Объясню почему. В 90 годы, то есть во время голода, в Северной Корее бурно росло население. Страна прибавляла в численности по полтора процента в год.
Экономика Северной Кореи
Такие темпы и не снились многим не голодающим странам.
Так что оставим данные о голодных смертях на совести тех, кто делал эти подсчёты. Голод и правда был, но на демографии он не отразился. И скорее всего сильно преувеличен в рамках идеологической борьбы, которая велась и ведётся против КНДР.
Кстати, в этой связи хочется отвлечься от КНДР и сделать экскурс на Украину. То, что в этой стране называют голодомором, происходило при довольно бурном росте населения. В 30-е годы оно выросло на треть с 30 до 40 миллионов человек. В начале тридцатых, то есть в расцвет так называемого голодомора, Украинская Советская республика прибавляла в численности жителей по 2% в год. Сами решайте, как после этого относиться к цифрам украинских идеологов голодомора.
Но, вернёмся на Дальний Восток. С начала 21 века Северная Корея пошла по стопам Китая. Идеология осталась прежней, но в сферу экономики были добавлены рыночные элементы.
Экономика Северной Кореи
Например в КНДР пошли инвестиции из Китая. Недавно в западном интернете наделало шума сообщение о росте ВВП Северной Кореи. Сама эта страна уже давно не публикует своей экономической статистики. Поэтому точных данных нет. Но Южная Корея насколько может скрупулёзно отслеживает экономическую активность Северной Кореи. Она анализирует её экспорт и импорт, платёжную активность и много других факторов.
Данные получаются прикидочные, но научно вполне обоснованные. Удивительным является то, что вот уже несколько лет, а именно с момента прихода к власти Ким Чен Ына, экономика КНДР идёт вверх. Единственным годом, который закончисля отрицательно, был 2015. А в остальном – довольно ровные темпы роста, иногда даже быстрые.
Экономика Северной Кореи
К этим цифрам надо относиться осторожно. Рост есть, но экономика всё равно маленькая. Южная Корея намного более развитая и продвинутая чем Северная. Её ВВП в 80 раз больше. Но всё же, пища для размышлений есть. Северная Корея находится под самыми жестокими санкциями, которые только возможны, и при этом находит резервы для развития.
Экономика Северной Кореи
-2-
Скажу несколько слов про внешнюю торговлю Северной Кореи. Большая выгода для страны то, что она имеет выход к морю. Даже к двум – Жёлтому и Японскому. Это огромное преимущество и путь к преодолению любых блокад.
Экономика Северной Кореи
Воды Тихого океана богаты рыбой. Даже если страна окажется в полной изоляции, основа пропитания у неё будет. Морепродукты – это кстати, главный экспортный товар: четверть от того, что КНДР продаёт в другие страны.
Экономика Северной Кореи
На втором месте из того, что продаётся за рубеж – текстильные товары, на третьем – машины, оборудование, электротехника.
Встретить на наших прилавках северокорейские изделия не легко. Россия покупает у этой станы товаров всего лишь на 10 миллионов долларов. Это мало. Российский экспорт в КНДР намного больше – 70 миллионов.
Экономика Северной Кореи
Но есть страны, с которыми торговля идёт намного активнее. Вот карта от агентства Блумберг, на ней отмечены главные международные контрагенты Северной Кореи.
Экономика Северной Кореи
На первом месте Китай, на втором Индия, на третьем Филиппины, и только на 4 месте Россия. Обратите внимание на абсолютное доминирование Китая во внешней торговле с КНДР.
Итак, торговлю России и Северной Кореи бурной не назовёшь. Мы продаём в эту страну ежегодно товаров на 70 миллионов долларов, а покупаем оттуда на 10 миллионов. Объёмы маленькие, но сальдо положительное в нашу пользу. Продаём туда больше, чем покупаем оттуда. Посмотрите на график. 2012 год – резкий скачок российского экспорта в КНДР.
Экономика Северной Кореи
Это был год, когда Россия списала ей старый советский долг. 10 млрд.$ были прощены, а 1 миллиард – реструктурирован. Он был продлён на 20 лет при условии регулярных платежей.
Долги просто так не списываются, за это страна делает какие-либо уступки. В данном случае это было открытие внутреннего рынка Кореи для российских товаров. В первую очередь — топлива. С 2012 года мы стали продавать туда намного больше нефти, угля и продовольствия чем раньше. График сначала подскочил вверх, когда договорённость начала действовать, а затем начался спад, потому что нефть и газ начали дешеветь на мировых биржах.
Вторым условием списания долга была лояльность КНДР к вопросу строительства газопровода через её территорию. Предполагается, что газ по новой, пока ещё будущей трубе пойдёт в Южную Корею. Ещё в июле этот вопрос бурно обсуждался при полной поддержке со стороны Южной Кореи.
Экономика Северной Кореи
Что будет дальше, сказать сложно. Можно тянуть нитку газопровода по земле через Северную Корею и по морю – мимо Северной Кореи. По морю дороже и опаснее, по суше намного дешевле, но тут на первый план выходят политические риски. Ким Чен Ын явно вошёл во вкус размахивая ядерной дубинкой, и это серьёзно вредит переговорам по строительству газопровода.
Экономика Северной Кореи
Экономика Северной Кореи
Экономика Северной Кореи
Россия покупает у Северной Кореи следующие группы товаров. Назову самые крупные. Данные за прошлый год. Рыба, ракообразные и моллюски на 3 миллиона долларов, наземный транспорт на 2 миллиона, предметы одежды на миллион двести и – самое любопытное – Россия в прошлом году импортировала из Северной Кореи музыкальных инструментов на 1 миллион долларов. И это не случайность, не разовая закупка. В 2015 году тоже были покупки музыкальных инструментов на миллион, и в этом году в 1 и 2 квартале импорт продолжался.
Экономика Северной Кореи
Так что Северная Корея вполне может удивить необычным ассортиментом производимых товаров. 
-3-
Россия является активным сторонником нераспространения ядерного оружия. Мы категорически против того, чтобы клуб ядерных держав расширялся. Поэтому хоть угроза из КНДР на нас и не направлена, её нужно считать именно угрозой. Она может разрушить и без того хрупкий мир на планете. А вдруг точно также ядерным оружием завладеет Сомали, запрещённое ИГИЛ, Украина или другое нестабильное государство? Это поставит мир на грань ядерной войны.
Экономика Северной Кореи
Поэтому никакой толерантности к Северной Корее быть не может. Также необходимо осудить ту страну, которая дала возможность КНДР запускать баллистические ракеты. Недавно в газете New York Times появилась информация о том, что это была Украина.
Экономика Северной Кореи
Завод Южмаш производил в Советские годы двигатели для баллистических ракет и продолжал это делать по заказу России – в годы украинской независимости.
Экономика Северной Кореи
В 2014 году, когда был свергунт Янукович, для Южмаша начались трудные времена, заказы из России прекратились. Жить стало трудно, поэтому на заводе решили, что деньги не пахнут. Ради того чтобы выжить, они согласились продать ракетные двигатели Северной Корее. Они и стали моторами тех ракет, которые сейчас испытвает Ки Чен Ын. Это гипотеза от американских экспертов. Украина само собой всё отрицает, но именно за последние два года Северо-Корейская ядерная программа совершила небывалый прогресс.
Атомные бомбы у Пхеньяна есть уже давно, а вот средства их доставки на территорию противника были несовершенны.
Экономика Северной Кореи
Сейчас ситуация в корне изменилась. Ракеты КНДР теперь имеют большую дальность полёта, гарантированно достигают Японии и американской базы Гуам в Тихом океане. Знатоки говорят, что новый тип ракет вполне может достичь территории Штатов. Очевидно, что за последние два года произошёл технологический рывок, и Днепропетровский завод Южмаш – самый очевидный подозреваемый в этом деле.
России меньше всего нужна ядерная перестрелка у её границ, поэтому будем надеяться на нормализацию обстановки. Думаю, что если обе стороны – США и КНДР — перестанут дразнить друг друга и сыпать угрозами направо и налево, ситуация может вернуться в мирное русло.

Источник: smart-lab.ru


Categories: Другое

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.