В феврале 1942 года советские войска в ходе Елецкой наступательной операции разгромили четырехпехотную дивизию вермахта. При этом был захвачен архив штаба дивизии, в документах которого были найдены очень важные бумаги — «Боевое донесение о занятии Брест-Литовска». «Русские в Брест-Литовске боролись исключительно упорно и настойчиво. Они показали превосходную выучку пехоты и доказали замечательную волю к борьбе», — говорилось в донесении командира 45-й дивизии генерал-лейтенанта Шлипера. Именно тогда советские войска узнали правду о боях за Брестскую крепость.

Разгромить в кратчайшие сроки

Ранним утром 22 июня 1941 года после авиационной и артиллерийской подготовки немецкие войска перешли границу СССР. В тот же день войну СССР объявили Италия и Румыния, чуть позднее — Словакия, Венгрия и другие союзники Германии. Большая часть советских войск была застигнута врасплох, и поэтому в первый день была уничтожена значительная часть боеприпасов и военной техники. Также немцы получили полное господство в воздухе, выведя из строя более 1,2 тыс. самолетов Советской армии. Так началась Великая Отечественная война.


По плану нападения на СССР «Барбаросса», немецкое командование рассчитывало в кратчайшие сроки разгромить Советскую армию, не дав ей опомниться и организовать скоординированное сопротивление.

Одними из первых сражаться за Родину стали защитники Брестской крепости. Накануне войны в лагеря на учения из крепости было выведено около половины численности личного состава. Таким образом, в Брестской крепости утром 22 июня было около 9 тыс. бойцов и командиров, не считая персонала и пациентов госпиталя. Штурм крепости и города Бреста был поручен 45-й пехотной дивизии генерал-майора Фрица Шлипера во взаимодействии с частями соседних боевых соединений. Всего в штурме участвовало около 20 тыс. человек. Кроме того, немцы имели преимущество и в артиллерии. Помимо дивизионного артполка, орудия которого не могли пробить полутораметровые стены укреплений, в нападении участвовали две 600-миллиметровые самоходные мортиры «Карл», девять мортир калибра 211 мм и полк реактивных многоствольных минометов калибра 158,5 мм. На момент начала войны советские войска просто не располагали подобным вооружением. По плану немецкого командования, Брестская крепость должна была сдаться максимум за восемь часов, и не более того.

«Солдаты и офицеры прибывали поодиночке в полураздетом виде»

Атака началась 22 июня 1941 года в 4.15 по советскому декретному времени ударом артиллерии и реактивных минометов. Каждые четыре минуты огонь артиллерии переносился на 100 метров восточнее. Ураганный огонь застал гарнизон крепости врасплох. В результате обстрела были уничтожены склады, прервана связь и нанесен значительный урон гарнизону. Чуть позже начался штурм укреплений.


Поначалу из-за неожиданной атаки гарнизон крепости не смог оказать скоординированного сопротивления.

«В районы сосредоточения по тревоге из-за беспрерывного артиллерийского обстрела, внезапно начатого врагом в 4.00 22.6.41 г., части дивизии компактно выведены быть не могли. Солдаты и офицеры прибывали поодиночке в полураздетом виде. Из сосредоточившихся можно было создать максимум до двух батальонов. Первые бои осуществлялись под руководством командиров полков товарищей Дородных (84 сп), Матвеева (333 сп), Ковтуненко (125 сп).»

(Донесение заместителя командира по политической части той же 6-й стрелковой дивизии полкового комиссара М.Н. Бутина.)

К 4.00 штурмовой отряд, потеряв две трети личного состава, захватил два моста, соединяющие Западный и Южный острова с Цитаделью. Однако, пытаясь взять крепость как можно быстрее, немецкие войска втянулись в ближний бой с использованием стрелкового оружия, что привело к большим потерям с обеих сторон.

Бои носили встречный характер. Во время одной из успешных контратак у Тереспольских ворот была почти полностью уничтожена немецкая штурмовая группа. К 7.00 группе советских войск удалось вырваться из крепости, но множеству военнослужащих прорыв так и не удался. Именно они и продолжили дальнейшую оборону.

Окончательно крепость была окружена к девяти часам утра. В боях в течение первого дня штурма 45-я пехотная дивизия, проведя не менее восьми масштабных атак, понесла небывалые ранее потери — только убитыми 21 офицер и 290 солдат и унтер-офицеров.

Отведя войска на внешние валы крепости, весь следующий день немецкая артиллерия проводила обстрел позиций защитников. В перерывах немецкие автомобили с громкоговорителями призывали гарнизон сдаться. Сдалось около 1,9 тыс. человек. Тем не менее остававшимся защитникам крепости удалось, выбив немцев из примыкающего к Брестским воротам участка кольцевой казармы, объединить два наиболее мощных из остававшихся в Цитадели очагов сопротивления. А еще осажденным удалось подбить три танка. Это были трофейные французские танки Somua S-35, вооруженные пушкой калибра 47 мм и обладавшие неплохим для начала войны бронированием.


Под покровом ночи осажденные попытались вырваться из окружения, но эта попытка провалилась. Почти все участники отрядов были пленены или уничтожены. 24 июня штаб 45-й дивизии доложил, что Цитадель взята и проводится зачистка отдельных очагов сопротивления. В 21.40 в штаб корпуса было доложено о взятии Брестской крепости. В этот день немецкие войска действительно овладели большей ее частью. Однако осталось еще несколько участков сопротивления, в том числе и так называемый «Восточный форт», который обороняло 600 бойцов под командованием майора Петра Михайловича Гаврилова. Он оказался единственным старшим офицером среди оборонявшихся. Большая часть командования была выведена из строя в первые минуты артобстрела.

«Пленный не мог даже сделать глотательного движения»

Несмотря на то что к 1 июля было разбито и рассеяно главное ядро защитников Цитадели, сопротивление продолжилось. Бои приобрели почти партизанский характер. Немцы блокировали участки сопротивления и пытались уничтожить защитников крепости. Советские бойцы, в свою очередь, пользуясь внезапностью и знанием укреплений, проводили вылазки и уничтожали захватчиков. Также продолжились попытки вырваться из окружения к партизанам, но сил для прорыва у защитников почти не оставалось.


Сопротивление таких одиночных разрозненных групп продолжалось практически весь июль. Последним защитником Брестской крепости считается майор Гаврилов, который, уже будучи тяжело раненным, попал в плен только 23 июля 1941 года. По свидетельству осматривавшего его врача, майор находился в крайней степени истощения:

«…пленный майор был в полной командирской форме, но вся одежда его превратилась в лохмотья, лицо было покрыто пороховой копотью и пылью и обросло бородой. Он был ранен, находился в бессознательном состоянии и выглядел истощенным до крайности. Это был в полном смысле слова скелет, обтянутый кожей.

До какой степени дошло истощение, можно было судить по тому, что пленный не мог даже сделать глотательного движения: у него не хватало на это сил, и врачам пришлось применить искусственное питание, чтобы спасти ему жизнь.

Но немецкие солдаты, которые взяли его в плен и привезли в лагерь, рассказали врачам, что этот человек, в чьем теле уже едва-едва теплилась жизнь, всего час тому назад, когда они застигли его в одном из казематов крепости, в одиночку принял с ними бой, бросал гранаты, стрелял из пистолета и убил и ранил нескольких гитлеровцев».

(Смирнов С.С. Брестская крепость)

Потери 45-й немецкой пехотной дивизии составили на 30 июня 1941 года 482 убитых, в том числе 48 офицеров, и более 1 тыс. раненых. Если учесть, что та же дивизия в 1939 году во время нападения на Польшу потеряла 158 убитыми и 360 ранеными, то потери были очень значительные. По донесению командира 45-й дивизии, немецкими войсками было взято в плен 25 офицеров, 2877 младших командиров и бойцов. 1877 советских военнослужащих погибло в крепости. К концу войны живых защитников Брестской крепости осталось около 400 человек.


Майор Гаврилов был освобожден из немецкого плена в мае 1945 года. Однако до середины 1950-х годов он был исключен из Коммунистической партии за утрату партбилета во время нахождения в концентрационных лагерях. Орденами и медалями были награждены около 200 защитников Брестской крепости, но лишь двое получили звание Героя Советского Союза — майор Гаврилов и лейтенант Кижеватов (посмертно).

Источник: www.gazeta.ru

Крепостные сооружения занимали четыре острова при слиянии рек Мухавец и Западный Буг. Крепость состояла из Цитадели и трех обширных укреплений, образующих главную крепостную ограду и прикрывающих Цитадель со всех сторон: Волынского (с юга), Тереспольского (с запада), Кобринского (с востока и севера). Цитадель представляла собой естественный остров, по всему периметру которого была построена сомкнутая двухэтажная оборонительная казарма протяженностью почти два километра с тремя сквозными воротами, обширными подвалами и сетью подземных ходов. Цитадель могла вместить до 12 тысяч человек с боеприпасами и продовольствием. На островах к северу, югу и западу от цитадели тоже располагались оборонительные, жилые и хозяйственные сооружения. Внешний обвод составляли 10-метровый вал и ров с водой.


На тот момент крепость утратила в глазах военных стратегическое значение, поскольку не считалась способной выдержать натиск современной артиллерии. Как следствие, объекты комплекса служили, в первую очередь, для размещения личного состава, который в случае войны должен был держать оборону за пределами крепости. При этом план по созданию укрепленного района, учитывавший новейшие достижения в области фортификации, к началу Великой Отечественной войны не был полностью реализован.

Летом 1941 года гарнизон крепости состоял в основном из подразделений 6-й и 42-й стрелковой дивизий 28-го стрелкового корпуса Красной армии. Кроме того, в крепости размещались 33-й отдельный инженерный полк окружного подчинения, 132-й отдельный батальон конвойных войск НКВД, подразделения 17-го Краснознаменного пограничного отряда, курсы шоферов Белорусского пограничного округа, а также часть военнообязанных сборов приписного состава. Гарнизон крепости существенно сократился ввиду участия многих военнослужащих в плановых учебных мероприятиях. В предвоенную ночь здесь оставалось от семи до восьми тысяч человек.


К исходу 21 июня 1941 года немецкое командование сосредоточило на границе с СССР мощные ударные группировки. Для наступления в районе Бреста был развернут XII армейский корпус. Непосредственно против Брестской крепости действовала 45-я пехотная дивизия, поддерживаемая танками, артиллерией и авиацией.

22 июня в 4 часа 15 минут по московскому времени Брестская крепость подверглась массированному обстрелу, разрушившему значительную часть строений, уничтожившему большое число бойцов гарнизона. Неожиданность атаки привела к тому, что единого скоординированного сопротивления гарнизон оказать не смог и был разбит на несколько отдельных очагов.

Противник быстро закрепился на южном и западном островах, а штурмовые отряды появились на центральном острове, однако не сумели занять казармы в Цитадели. В районе Тереспольских ворот немцы встретили отчаянную контратаку советских бойцов под общим командованием полкового комиссара Ефима Фомина.

Огнем были остановлены и попытки прорыва подкрепления противника по мосту через Мухавец в районе Холмских ворот на центральном острове. Росло сопротивление в других частях комплекса зданий (в частности, под командованием майора Петра Гаврилова на северном Кобринском укреплении).

Вместе с тем, несмотря на провал быстрого штурма, за 22 июня силам вермахта удалось взять всю крепость в кольцо блокады. До ее установления покинуть крепость и занять предписанные оборонительными планами рубежи сумело, по некоторым оценкам, до половины списочного состава размещенных в комплексе частей. С учетом потерь за первый день обороны, в итоге крепость защищали порядка 3,5 тысяч человек, блокированных в разных ее частях.


В последующие дни обороны крепости противник упорно стремился занять центральный остров. 24 июня немцам удалось окончательно занять Тереспольское и Волынское укрепления на западном и южном островах. Оборона сосредоточилась в Кобринском укреплении и Цитадели. Защитники последней 24 июня попытались скоординировать свои действия: на собрании в одном из казематов командование объединенными силами защитников было возложено на капитана Ивана Зубачева, его заместителем стал полковой комиссар Ефим Фомин. Организованная 26 июня попытка прорыва из крепости через Кобринское укрепление окончилась неудачей: группа прорыва была почти полностью уничтожена, вырвавшиеся из крепости попали в плен. Оборона Цитадели приняла очаговый характер. На Кобринском укреплении к этому времени все защитники сосредоточились в Восточном форте.

29-30 июня был предпринят непрерывный двухдневный штурм крепости, 30 июня командование 45-й пехотной дивизии объявило об установлении контроля над крепостью.


С этого момента борьбу с гитлеровцами продолжали уже разрозненные группы в разных участках комплекса. Действия этих групп и одиночных бойцов приобретали все больше черт диверсионной активности и продолжались в ряде случаев до конца июля и даже до начала августа 1941 года. Отряд майора Гаврилова сражался еще три недели. Согласно немецкому рапорту, Гаврилов попал в плен 23 июля 1941 года.

Большинство уцелевших защитников гарнизона попали в немецкий плен. Комиссар Фомин был расстрелян немцами, капитан Зубачев умер в плену, майор Гаврилов пережил плен и был уволен в запас в ходе послевоенного сокращения армии.

Сам факт героической обороны Брестской крепости далеко не сразу стал известен в СССР. После контрнаступления под Москвой, в феврале 1942 года в районе Орла был захвачен архив штаба 45-й пехотной дивизии вермахта с боевым донесением о боях в Бресте и крепости. Свои потери 45-я пехотная дивизия оценила в полторы тысячи убитыми и раненными, советские — в две тысячи погибшими и около семи тысяч пленными. После освобождения Бреста летом 1944 года на уцелевших стенах крепости стали находить надписи, оставленные защитниками. В 1950 году нашли надпись «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина!», датированную 20 июля 1941 года. Чуть позже обнаружили обрывки боевого приказа, составленного 24 июня, из которого впервые узнали фамилии руководителей обороны Цитадели. В 1956 году извлекли на свет боевое знамя 393-го отдельного зенитного артдивизиона, зарытое бойцами в одном из казематов.

Однако официальное признание подвиг защитников крепости получил только после выхода книги писателя и историка Сергея Смирнова («Брестская крепость», 1957, дополнительное издание 1964, Ленинская премия, 1965), в течение 10 лет собиравшего документы, материалы и свидетельства. 

Звания Героя Советского Союза были удостоены прошедший плен майор Петр Гаврилов (1900-1979) и погибший в крепости лейтенант Андрей Кижеватов (1907-29.06.1941).

Комиссар Фомин (1909-30.06.1941) стал кавалером орденом Ленина, умерший в плену капитан Зубачев (1898-27.04.1944) — ордена Отечественной войны I степени. 

Всего наград удостоились более 200 погибших и выживших защитников Брестской крепости. В мае 1965 года крепости было присвоено звание «Крепость-герой», в 1971 году там был открыт мемориальный комплекс.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Источник: ria.ru

Содержание

  • История
  • Что посмотреть
  • Время работы
  • Сайт
  • Стоимость посещения
  • Как добраться

История

Место для строительства крепости обусловлено важным военно-стратегическим положением, которое занимал Брест-Литовск на Западном крае Российской империи: политическая и военная обстановка, сложившаяся в XVIII веке в Европе, вынудила Россию разрабатывать план укрепления и инженерного обеспечения своих рубежей обороны.

Строительство крепости по проекту инженера и топографа Карла Оппермана началось в 1833 году (хотя план построить укреплённый лагерь был ещё при Александре I до войны с Наполеоном) и продлилось до 1842 года. По окончанию основных работ здесь был торжественно поднят крепостной штандарт — крепость стала одним из самых совершенных укреплений России, которое соответствовало своему предназначению и всем требованиям обороны, и гордостью императора Николая I — за время правления он посещал целых семь раз.

В 1854 году с началом Крымской войны крепость была переведена на военное положение. Далее Брестская крепость несколько раз была модернизирована. С началом Первой мировой войны крепость усиленно готовилась к обороне: больших повреждений она не получила, однако 3 марта 1918 года в Цитадели был подписан Брестский мир, в результате чего крепость перешла под контроль немцев, а затем поляков, которые на долгие годы обсновались здесь с гарнизоном.

2 сентября 1939 года крепость впервые подверглась бомбёжке со стороны немцев, а уже 22 сентября Брест и Брестская крепость были переданы немцами советской стороне и официально вошли в состав СССР.

22 июня 1941 года крепость встретила своё главное и неожиданное нападение: штурм немецких войск длился больше месяца, на 32 день войны в плен был взят командовавший обороной Восточного форта майор Гаврилов — последний защитник крепости. Оборона Брестской крепости стала одним из самых трагичных событий истории XX века, а бастион стал символом мужества солдат, героические поступки которых характеризует надпись на территории Мемориального комплекса: «Я умираю, но не сдаюсь».

Заслуга восстановления памяти героев крепости во многом принадлежит писателю и историку Сергею Смирнову: в 1955 году он публикует героическую драму «Крепость над Бугом», в 1956 году выходят документальная повесть «Брестская крепость», а на экраны мира — художественный фильм по сценарию драматурга и киносценариста Константина Симонова, «Бессмертный гарнизон», получивший почётный диплом МКФ в Венеции. В 1965 году крепости присвоено звание «крепость-герой», в 1971 она становится Мемориальным комплексом.

Что посмотреть

Территория музейной и мемориальной зон занимает 30% всей крепости, а 70%, к великому сожалению, не оборудованы инфраструктурой и находятся вне зоны внимания туристов. Однако не так давно стартовал проект «Брест-2019», направленный на сохранение и развитие Брестской крепости, расширение экскурсионных маршрутов, музеев, инфраструктуры и интерактивных достопримечательностей. Ну а пока разбираемся с тем, что нужно обязательно посмотреть.

Цитадель

Must see — это цитадель и ближайшие к ней фортификационные укрепления, превращённые в музеи. Главный вход в крепость — масштабная пятиконечная звезда, где ты услышишь объявление о начале войны (жутковато, но для атмосферы самое то), а далее по аллее попадёшь на центральный остров — Цитадель.

Белый дворец — то самое место, где был подписан Брестский мир.

Комплекс Мемориала Защитникам, в который входят: Монумент «Мужество», Вечный огонь, Площадь Церемониалов и братская могила, Штык-обелиск высотой 104 метра, Скульптура «Жажда» и Памятник Пограничникам — все узнаваемые монументы находятся здесь.

Музей обороны расскажет историю крепости в военные периоды, и тут же ты можешь увидеть коллекцию холодного и стрелкового оружия XVIII–XX веков.

Свято-Николаевский гарнизонный собор пережил не одну реставрацию и смену духовного статуса, посмотреть однозначно стоит. Холмские ворота — символ крепости, переживший обе войны, когда-то они были главным въездом в город.

Укрепления

На Волынском укреплении загляни в действующий Свято-Рождественско-Богородицкий женский монастырь, а на Тереспольском укреплении можно посмотреть на сохранившиеся руины казарм. Правда, это возможно только в формате экскурсии. На Кобринском укреплении можно просто погулять и насладиться лесопарковой зоной, а также посетить Музей «5 форт», когда он будет открыт.

Время работы

Попасть на территорию крепости можно ежедневно с 8:00 до 00:00. Не забудь заранее посмотреть режим работы музеев на территории — у всех свой график. И обрати внимание: Музей «5 форт» и Экспозиция «Армейский клуб» временно закрыты.

Стоимость посещения

Вход на территорию крепости свободный, однако для посещения каждого музея придётся покупать отдельный билет (стоимость ≈ 6 белорусских рублей/ ≈ 176 руб. за один музей). Оплата принимается именно в национальной валюте — имей ввиду. Актуальные на 2020 год цены на вход и экскурсии смотри здесь.

Последнюю пятницу каждого месяца все экспозиции можно посетить бесплатно, а по карте «Minsk Card» дают скидку 10%. Для ветеранов ВОВ, Героев СССР, участников боевых действий, солдатов срочной службы, курсантов военных училищ Белоруссии, студентов и школьников действуют скидки.

Сайт

  • Официальный сайт крепости-героя 
  • Официальный инстаграм крепости-героя

Как добраться

Для начала нужно оказаться в Бресте, а далее лучше всего использовать «11 маршрут», то есть прогуляться до крепости пешком, так как удобного общественного транспорта поблизости нет. Забиваешь в навигатор адрес (ул. Героев обороны Брестской крепости, 60) и наслаждаешься прогулкой. Расстояния в Бресте небольшие (от жд/авто вокзалов/центра города не более 3-5 км). А если не любишь ходить, можно всегда воспользоваться такси.

Если решишь не пользоваться услугами экскурсоводов (хотя в данном случае очень ремендуем), скачивай приложение, заботливо разработанное Фондом развития Брестской крепости. Там можно найти готовые маршруты, исторические фото и интересные факты о достопримечательности. Доступно оно, к сожалению, только обладателям Android, зато есть версия на английском языке.

Источник: blog.ostrovok.ru

Замок на Западе

Первый камень в основание мощной русской крепости заложил фельдмаршал Иван Паскевич — полководец, не знавший поражений в боях с французами, поляками, персами и турками. Брест быстро приобрел славу самой совершенной российской цитадели, образца инженерного искусства, неприступной твердыни. Семикратно посещал крепость Николай I — император, считавший себя в первую очередь военным инженером. Он досконально знал каждое укрепление Бреста.

Накануне Первой мировой, в 1913 году, вокруг крепости воздвигли новую линию укреплений. В их разработке участвовал выдающийся фортификатор Дмитрий Карбышев — будущий Герой Советского Союза. 3 марта 1918 года именно в Брестской цитадели был подписан «похабный», компромиссный мирный договор между Германией и Советской Россией. После сентября 1939 года года крепость стала передовым форпостом нашей страны на Западе, в ее казармах расположились части Красной армии, готовые защитить страну, «если завтра война».

Но весь этот калейдоскоп событий оказался только предысторией подвига Брестской крепости, время которого пришло летом 1941 года.

Так начиналась война

По плану гитлеровского командования немцы должны были занять крепость уже в полдень 22 июня. На всю операцию отводилось несколько часов, не более. Шквальная атака началась на рассвете, в 4 часа 15 минут. Крепость атаковала 45-я пехотная дивизия вермахта при поддержке артиллерии, танков и авиации. Гитлеровцы сумели взять брестские укрепления в кольцо, а в нескольких местах прорвались в пределы крепости.

При таком давлении, без поддержки авиации, продержаться даже несколько часов было настоящим чудом. К сопротивлению Брестской крепости почти никакого отношения не имели тактические решения командования. Крепость не готовили как укрепление для длительной обороны в окружении. В случае начала войны части, расквартированные в Брестской крепости, должны были за три часа занять позиции в укрепрайонах на границе. Но немцы, используя четырехкратное преимущество, быстро подошли вплотную и завязали яростный бой. О планах и учениях можно было забыть, вывести людей из-за стен крепости было невозможно.

Пришло время подвига солдат и командиров, показавших, что Красная армия после первых ошеломительных ударов вермахта и люфтваффе не складывает оружия. Уже в первый день войны бойцы писали на стенах осколками — как клятву: «Нас было пятеро: Седов, Грутов, Боголюб, Михайлов, Селиванов. Мы приняли первый бой 22.VI.1941 г. Умрем, но не уйдем!» Запертые с четырех сторон, они бились до последнего вздоха.

Пали Тереспольское и Волынское укрепления — гитлеровцы выжгли там всё и всех. Защитники крепости оказались разделены. Сражаться и побеждать удавалось там, где командиры не растерялись и сумели, объединив все имевшиеся под рукой силы, организовать оборону. Наиболее упорное сопротивление сконцентрировалось в Кобринском укреплении и в цитадели крепости. Там размещались квартиры командиров. Защитники крепости отбили несколько атак немецких штурмовых групп. Жены и дети помогали раненым. Герои Бреста выдержали несколько дней и ночей неравных боев. Вокруг крепости развернулось первое крупное сражение Великой Отечественной.

Стоявшие насмерть

Через неделю после начала агрессии командир немецкой дивизии, штурмовавшей Брест, генерал-лейтенант Фриц Шлипер, докладывал: «Потери очень тяжелые. За всё время боев — с 22 по 29 июня — мы потеряли 1121 человека убитыми и ранеными. Крепость и город Брест захвачены, бастион находится под полным нашим контролем, несмотря на жестокую смелость русских. По солдатам до сих пор стреляют из подвалов — фанатики-одиночки, но мы скоро с ними справимся». Как оказалось, он ошибся в своих расчетах.

Полковник генштаба Гюнтер Блюментритт приказал немецкому коменданту Бреста Вальтеру фон Унру «срочно привести крепость в порядок». Но немецкое командование всё еще не могло вольготно чувствовать себя в казематах и коридорах Бреста. Крепость боролась. Несколько раз отряды красноармейцев пытались прорваться из окружения, наносили серьезный урон немцам, проявляли чудеса храбрости, жертвуя собой.

Подорвав два танка, погиб в неравном бою красноармеец Фёдор Рябов. 15 июля неизвестный солдат из разрушенной башни сбросил на немцев связку гранат. Уничтожил более десяти оккупантов. А потом прыгнул с высоты сам… Они сражались, не имея даже смутного представления о том, что творится вокруг Бреста. Так они понимали солдатский долг — в любой ситуации уничтожать врага. Даже если невозможно спастись.

Немцам трудно было подавить очаги отчаянного сопротивления, но и красноармейцы оказались запертыми в каменных отсеках — почти без воды и боеприпасов. Они не могли ни отступить, ни надеяться на подмогу, но упрямо продолжали бороться. И сытые, отлично экипированные, еще не потрепанные немецкие части сражались с голодными и израненными бойцами Красной армии. Немцы действовали расчетливо. Авиация и артиллерия превращала в развалины очередной форт или каземат — и пехота, в соответствии с установками военной науки, шла на зачистку территории. Но из-под каменных глыб им навстречу летели гранаты и пули. Руины неожиданно взрывались, уничтожая врагов. Изможденные, почерневшие люди бросались на гитлеровцев врукопашную, со штыками и ножами.

Те немцы, которым довелось воевать в Бресте летом 1941 года, уже тогда поняли, что война с Россией не будет парадным маршем сверхчеловеков, всё сметающих со своего пути. Что они столкнулись с противником, который будет защищать каждый клочок своей земли. И, как говаривал прусский король Фридрих II, русского солдата мало убить, его нужно еще и повалить.

Сопротивление майора Гаврилова

Даже после рокового дня 20 июля сопротивление в крепости продолжалось. Последним известным защитником крепости считается командир 44-го стрелкового подразделения майор Петр Гаврилов. Его фронтовая судьба достойна отдельного повествования. В Красной армии он был с 1918 года, с 18 лет. С первых залпов Великой Отечественной командовал восточным фортом крепости. «Разбуженный на рассвете артиллерийской канонадой, я вскочил с постели и глянул в окно. Брестская крепость пылала в огне. Вдруг раздался оглушительный взрыв. В квартире вылетели рамы и двери, посыпалась штукатурка. Оказывается, в соседний дом угодила вражеская бомба. Десятилетний сынишка и больная жена прижались ко мне, ища защиты», — вспоминал Гаврилов.

Ему удалось собрать 400 бойцов, вооруженных не только винтовками, но и несколькими пушками и пулеметами. Они отбили несколько атак. Но 29 июня во время страшной бомбардировки погибла почти половина отряда. Однако они не складывали оружия. Добывали воду, выживали — и воевали. К 23 июля полуживым остался только командир, остальные погибли среди камней. Разбирая развалины взорванного каземата, немцы нашли тяжелораненого Гаврилова, который боролся с захватчиками 32 дня.

«Пленный майор был в полной командирской форме, но вся одежда его превратилась в лохмотья, лицо было покрыто пороховой копотью и пылью и обросло бородой. Он был ранен, находился в бессознательном состоянии и выглядел истощенным до крайности. Это был в полном смысле слова скелет, обтянутый кожей», — даже в реляции врага чувствовалось уважение к бесстрашному русскому офицеру.

Майор Гаврилов выжил. Его поместили в офицерский лагерь Хаммельбург, где шла психологическая обработка советских командиров, чтобы склонить их к сотрудничеству. Конечно, с Гавриловым этот эксперимент не удался. После Победы и освобождения даже смершевцы ничего на нашли против пленного майора. Его восстановили в звании и уже в конце 1945 года назначили начальником лагеря для японских военнопленных, строивших железную дорогу Абакан–Тайшет. Единственное — его не восстановили в партии. Не столько за годы, проведенные в немецком плену, сколько за утрату партбилета.

Как узнали о подвиге

Но вернемся в 1941 год. 26 августа Брест посетили Адольф Гитлер и Бенито Муссолини. Они по-хозяйски шагали по советской земле. Скорее всего, этот жест фюрера был не случайным: он демонстрировал союзнику, что даже цитадель, оказавшая упорное сопротивление вермахту, отныне принадлежит Третьему рейху. Но недолго развалины Бреста оставались символом немецких побед. Гитлер не осознавал, что крепость на берегу Буга стала для него началом катастрофы, а не триумфа.

Первые дни войны — это не только невосполнимые потери, но и суматоха, несогласованность. Иначе, наверное, и быть не могло после стольких пропущенных ударов. И, когда война хлынула далеко на Восток, о приграничной крепости почти забыли. До Москвы, до командования доходили только слухи об упорном сопротивлении брестских отрядов.

В феврале 1942 года в поселке Кривцово под Орлом красноармейцам удалось захватить архив 45-й дивизии вермахта. И там среди бумаг нашли немецкое «Боевое донесение о взятии Брест-Литовска». Из этого документа советскому командованию впервые стало известно об ожесточенных боях в Бресте. Пресса не осталась в стороне от этой забытой правды. Вышла статья Михаила Толченова «Год тому назад в Бресте». Конечно, сотни других корреспонденций с фронта в те дни заслоняли хронику годичной давности.

И все-таки память о Бресте жила.

В 1951 году художник-фронтовик Петр Кривоногов создал батальное полотно, которое и в наше время остается лучшей картиной об обороне Брестской крепости. Он не воевал на берегах Западного Буга. Но художника потрясли первые рассказы об этом отчаянном сопротивлении обреченных. Кривоногов видел в этом подвиге первых дней войны зарево будущей Победы. А как сражались бойцы Красной армии в той войне, он знал не понаслышке.

Через 10 лет после войны вышел на экраны кинофильм «Бессмертный гарнизон», в котором приняли участие настоящие звезды литературы и экрана. Сценарий Константина Симонова, один из режиссеров — Эдуард Тиссэ, в главных ролях — Николай Крючков, Лидия Сухаревская, Владимир Емельянов. Конечно, после этого подвиг защитников Бреста стал известным всему Союзу. Но не хватало документальной правды. Казалось, что это выдумка, патриотическая фантазия «по мотивам» реальных событий первых дней войны. А вышло, что правда еще больше похожа на героический эпос.

Но главным хранителем памяти Бреста стал писатель Сергей Сергеевич Смирнов. Его неизменно величали именно так — уважительно, по имени и отчеству. Он десятилетиями восстанавливал правду о полузабытых и совсем неизвестных подвигах Великой Отечественной — и прежде всего о Бресте. Смирнов стал настоящим летописцем нескольких недель брестского противостояния.

Воскрешение памяти

«В поисках героев Брестской крепости» — так назывался цикл радиопередач, который всколыхнул страну, в первую очередь — фронтовиков. По радио, по телевидению, с газетных страниц и в книгах он находил крупицы правды и легенд о битве, которая состоялась в первый месяц войны. Собирал свидетелей, воспоминания и находил выживших героев Бреста — таких как горный инженер Самвел Матевосян, который утром 22 июня вел бойцов в штыковую атаку, от которой дрогнули немцы. Это был первый бой в Бресте, в котором красноармейцы заставили гитлеровцев отступить. А приказ ему отдавал полковой комиссар Ефим Фомин, который сумел, преодолев панику, организовать оборону, объединив разрозненные группы.

Сын кузнеца из белорусского местечка Колышки, он служил в Бресте только три месяца, но стал не только командиром, но и другом для бойцов. В военные дни он был сосредоточен и суров, но подбадривал товарищей, даже шутил. Раненый в руку, страдавший от жажды, делился с соратниками последним стаканом воды. Потому ему и верили, потому и шли за ним на смерть, оказавшись в безнадежной ловушке. Уже в плену кто-то указал на Фомина: «Он не боец, он комиссар».

Комиссара расстреляли поспешно, тут же, возле Холмских ворот, неподалеку от речки Мухавец. Он поднял руку, что-то прокричал перед смертью. Эту руку, эту расправу запомнили все, кто был в то время возле ворот. Комиссару было 32 года. А предателя через несколько дней задушили в бараке. Борьба продолжалась, и сдаваться — даже в плену — бойцы не собирались. После выхода в свет книги Смирнова Фомина посмертно наградят орденом Ленина. Сергей Сергеевич нашел и Гаврилова. Много писал о нем. Майору присвоили звание Героя Советского Союза — к счастью, не посмертно. Прославили в книгах, кинофильмах и даже в учебниках истории. Герой ушел из жизни 26 января 1979 года. Похоронили его на мемориальном кладбище Бреста, рядом с боевыми товарищами.

В том, что накануне 20-летия Победы крепость удостоили звания Героя — тоже огромная заслуга Смирнова, показавшего, насколько важен этот подвиг для всех нас — как первая славная и трагическая глава Великой Отечественной. Так с тех пор и повелось — «крепость-герой Брест». Подвиг героев приграничной крепости поражает прежде всего тем, что эти люди сражались без надежды на чью-либо помощь. Они знали, что обречены, но это не поколебало их самоотверженности.

Автор — заместитель главного редактора журнала «Историк»

Источник: iz.ru

«Пробуждение в то утро было страшным»

Июньские вечера в крепости тихи и практически безлюдны. По огромной площади Церемониалов прогуливаются мамы с колясками, у Вечного огня туристы слушают историю героической обороны крепости, у руин Белого дворца вьется стайка школьников. Что творилось здесь за день до войны, сегодня представить сложно. Весь ужас и героизм первых дней войны — в экспонатах музеев мемориального комплекса. А еще — в воспоминаниях защитников Цитадели. Увы, рядом с нами их практически не осталось.

…Утром 22 июня 1941 года в Брестской крепости находилось порядка 9000 солдат и офицеров. Атаковать крепость предстояло 45-й пехотной дивизии Вермахта во взаимодействии с частями других соединений. Всего в штурме участвовало около 20 000 человек. К тому же немцы располагали отличным вооружением. Помимо дивизионного артполка, в нападении участвовали две 600-миллиметровые самоходные мортиры «Карл», девять мортир калибра 211 мм и полк реактивных многоствольных минометов калибра 158,5 мм. Немцы рассчитывали занять крепость за восемь часов. Однако германские штабисты просчитались.

Осада брестской крепостиНемецкие солдаты на железнодорожном вокзале Бреста.

Осада брестской крепостиВ 1945 году было принято решение перестроить вокзальный комплекс. Свой нынешний облик он обрел в 1957 году.

Атака застала гарнизон врас­плох. О том, чтобы оказать какое-то скоординированное сопротивление, поначалу не могло быть и речи. За пять часов немцы смогли окружить крепость, но взять ее с ходу не удалось. Кроме того, нацисты несли серьезные потери. В первый же день были убиты 21 офицер и 290 солдат.

Свидетелем тех событий был Петр Котельников. В 1941 году ему, воспитаннику музыкального взвода 44-го стрелкового полка, исполнилось 12 лет. Именно юный музыкант стал прототипом героя фильма «Брестская крепость» Саши Аксенова.

— Пробуждение в то утро было страшным, — вспоминает Петр Павлович. — Услышали сильный удар. Пробило крышу, меня оглушило. Когда увидел убитых и раненых, понял: это война. Большинство солдат, которые находились в нашей казарме, погибли в первые секунды. Мы вслед за взрослыми бросились к оружию, но винтовок нам не дали. Крепость пылала. Пытались тушить огонь, а потом перешли в подвалы казармы соседнего 333-го стрелкового полка. Там уже были мои ровесники-музыканты, воспитанники других полков. Мы помогали раненым, искали боеприпасы, носили еду, воду. Через западное крыло ночью пробирались к реке, чтоб набрать воды, и возвращались обратно. 29 июня группа бойцов пошла на прорыв, и нас взяли с собой.

«Это был скелет, обтянутый кожей»

Еще один свидетель тех страшных событий — Ришат Исмагилов. Он живет в Башкортостане. На днях отметил 100-летний юбилей. В армию его призвали осенью 1940 года. Служил радистом. Войну встретил в Брестской крепости:

— Накануне мы вернулись с тактических занятий. Легли поздно — часа в два ночи. Проснулся от страшного взрыва, которым меня снесло с трехъярусных нар. В двухметровых стенах были пробоины. Повсюду лежали раненые и убитые. Спустился в штаб, на первый этаж. Из-за пыли практически ничего не было видно. Сюда же начали подтягиваться уцелевшие бойцы. Из-под обломков вытащили винтовки. Немцы накрывали нас шквальным огнем, а мы отстреливались одиночными выстрелами. Вечером 24 июня была организована группа, перед которой стояла задача выйти в город и установить связь с командованием дивизии. Я вошел в состав этой группы. Из крепости нам удалось выбраться чудом.

Осада брестской крепостиГероические защитники Цитадели навсегда вписали свои имена в историю.

Через несколько дней штаб 45-й дивизии доложил, что Цитадель взята. Однако сопротивление продолжалось. Сражались разрозненные группы бойцов. В Восточном форте держало оборону около 400 солдат и офицеров под командованием майора Петра Гаврилова. Только сбросив 1800-килограммовую бомбу, немцы смогли сломить защитников форта.

Гаврилова взяли в плен на 32-й день войны, 23 июля. Его состояние в тот момент описано в книге Сергея Смирнова «Брестская крепость»:

 «…пленный майор был в полной командирской форме, но вся одежда его превратилась в лохмотья, лицо было покрыто пороховой копотью и пылью и обросло бородой. Он был ранен, находился в бессознательном состоянии и выглядел истощенным до крайности. Это был в полном смысле слова скелет, обтянутый кожей. До какой степени дошло истощение, можно было судить по тому, что пленный не мог даже сделать глотательного движения: у него не хватало на это сил, и врачам пришлось применить искусственное питание, чтобы спасти ему жизнь.

Но немецкие солдаты, которые взяли его в плен и привезли в лагерь, рассказали врачам, что этот человек, в чьем теле уже едва-едва теплилась жизнь, всего час назад, когда они застигли его в одном из казематов крепости, в одиночку принял с ними бой, бросал гранаты, стрелял из пистолета, убил и ранил нескольких гитлеровцев».

Освободили майора Гаврилова в мае 1945 года. Только 12 лет спустя Петр Михайлович был удостоен звания Героя Советского Союза. Последний защитник крепости, как он и завещал, похоронен на брестском гарнизонном кладбище, рядом с боевыми товарищами…

По донесению командира 45-й дивизии, немецкими войсками было взято в плен 25 офицеров, 2877 младших командиров и бойцов. 1877 советских военнослужащих погибло в крепости. К концу войны живых защитников Брестской крепости осталось около 400 человек…

Вокзал мужества и скорби

Недалеко от Брестской крепости возвышается шпиль железнодорожного вокзала. 22 июня 1941 года здесь сформировался еще один очаг сопротивления. На протяжении девяти дней небольшой «вокзальный» гарнизон удерживал подвалы захваченного гитлеровцами здания.

Историю обороны вокзала лучше других знает Савва Шпудейко. Изучению этой темы он посвятил много лет. Благодаря его усилиям появился музей станции Брест-Центральный:

— Утро 22 июня 1941 года ничем не отличалось от прочих. Жизнь шла своим чередом. Группа связистов 74-го авиационного полка под командованием старшины Павла Баснева ехала в Пружаны за пополнением. Военнослужащие 291-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона, которые везли партию сапог в свою часть, ожидали поезд на Высокое. Когда небо озарилось вспышками, люди из зала ожидания выбежали на привокзальную площадь. Шел штурм крепости. Многие пассажиры решили укрыться в подвалах.

Осада брестской крепостиСавва Шпудейко по крупицам восстанавливает историю брестского вокзала.
Фото автора

Немцы не заставили себя долго ждать. Уже в пять часов утра на вокзале появились автоматчики и мотоциклисты. Чуть позже подтянулись бронемашины с пехотой. Нацисты открыли огонь на поражение. Стреляли в каждого, кто попадался на глаза. На то, чтобы занять весь вокзал, гитлеровцам не понадобилось много времени. Весь, за исключением подвала. Его оборону возглавили начальник линейного отделения милиции Андрей Воробьев, старшина Павел Баснев и лейтенант Николай Шимченко. Под их командованием десятки человек смогли продержаться в нечеловеческих условиях девять дней.

Мы спускаемся по узкой лестнице. Каждый шаг отбивается эхом. Суетная вокзальная жизнь остается где-то сверху, очень далеко. В темный подвал не проникают ни запахи, ни звуки. Влажный воздух кажется настолько густым, что его можно резать ножом.

Проходим возле опор, на которых держится центральный зал. Во время последней реконструкции вокзала здесь нашли стеклянные бутылки со свастикой. Что в них было — неизвестно. Здесь же, в подвале, обнаружили ржавый немецкий пистолет. И останки нескольких защитников.

— Утром 22 июня здесь находились сотни человек. Не только солдаты и офицеры. Дети, старики, женщины… — рассказывает Савва Шпудейко. — Вскоре стало очевидно: в подвале такое количество людей долго не протянет. Нужно было сдаваться. К утру 23 июня подвал опустел. Остались только те, кто готов был защищаться с оружием в руках. Оружие, к слову, нашлось недалеко от вокзала — в управлении милиции.

Осада брестской крепостиМемориальный комплекс «Брестская крепость-герой» был открыт в сентябре 1971 года.

Гитлеровцы убеждали бойцов сдаться. Говорили, что Красная Армия уже прекратила сопротивление и помощи ждать неоткуда. Безрезультатно. В южной части вокзала держали оборону сотрудники милиции под руководством Воробьева. В северной части находились пограничники и железнодорожники. Такого сопротивления немцы никак не ожидали. Известный диверсант Отто Скорцени в своих воспоминаниях отмечал, что защитники вокзала сражались не менее яростно, чем гарнизон Брестской крепости…

Попасть в подвал гитлеровцы никак не могли — на любое приближение защитники отвечали огнем. Тогда нацисты пошли другим путем: в полу вокзального зала пробили отверстие, вылили в него несколько ведер бензина, бросили гранаты. Но и этот маневр оказался практически безрезультатным — распространение огня удалось остановить.

Защитники вокзала складывать оружие не собирались. Это приводило немцев в ярость. Савва Шпудейко показывает на заложенные кирпичом световые окна. В начале войны они выходили на перрон. Именно через эти окна в подвал полетели шашки со слезоточивым газом и химические гранаты:

— От удушья можно было спастись лишь одним способом — намочить кусок ткани в воде и, закрыв нос и рот, дышать через нее. К тому же вокзальный подвал очень большой, и газ постепенно рассеивался. Гарнизон продолжал борьбу. Не помогали ни уговоры, ни ультиматумы, ни огонь, ни газы, хотя положение становилось все более тяжелым. Лечить раненых было нечем, погибшие оставались прямо в подвале, запасы еды практически закончились.

Гитлеровцы уже знали, что развязка близка. Они решили затопить подвалы водой. Мощные насосы работали почти двое суток:

— Уровень воды поднимался, — рассказывает Савва Шпудейко. — Трудно представить себе страшную картину последних дней обороны вокзала. Еды нет, кругом трупы и кромешная тьма — в такой обстановке можно было сойти с ума. Защитников осталось всего два-три десятка человек. Они понимали, что долго не продержатся, и решили выбираться. Кто-то из них был убит, кто-то попал в плен, некоторые оказались в лагере в Тересполе. До наших дней из защитников вокзала не дожил никто. Андрею Воробьеву удалось выбраться. Он заскочил домой, но сосед тут же доложил о его возвращении в гестапо. Защитника вокзала схватили уже через несколько минут. После пыток и допроса его расстреляли на берегу Мухавца…

Осада брестской крепостиВ прошлом году мемориальный комплекс посетило 470 000 организованных туристов.
Фото Валерия КОРОЛЯ

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Григорий БЫСЮК, директор мемориального комплекса «Брестская крепость-герой»:

— 22 июня — День памяти. Мы вспоминаем тех, кто отдал свои жизни, защищая родину, кто погиб в концлагерях, в тылу врага, на оккупированной территории. 21 июня с участием курсантов Института пограничной службы проведем акцию «Боевой расчет», почтим память пограничников, которые первыми приняли удар врага. 22 июня в 2 часа 30 минут от главного входа в мемориальный комплекс до скульптурной композиции «Жажда» пройдет «Дорога памяти». На площади Церемониалов посредством фото- и видеоматериалов воссоздадим историю обороны Брестской крепости. В 4 часа утра начнется возложение цветов к Вечному огню мемориального комплекса.

[email protected]

Источник: www.sb.by


Categories: Крепость

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.