Самая замечательная постройка и по своей эстетической завершенности одно из самых выдающихся зданий в современной ему европейской архитектуре — Адмиралтейство (1806−1823) Андреяна Дмитриевича Захарова (1761−1811).

Адмиралтейство на гравюре 1716 года
Адмиралтейство на гравюре 1716 года
Фото: А. Зубов, ru.wikipedia.org

Первоначальной задачей Захарова было обновление фасадов старого, сооруженного еще в начале XVIII века здания, объединявшего мастерские, склады и административные помещения Адмиралтейства — коллегии. Здание представляло собой крепость-форт с земляными валами, бастионами и наружным каналом. Несколько позднее архитектором И. К. Коробовым в центре Адмиралтейства была возведена трехъярусная башня, увенчанная знаменитым, дошедшим до наших дней золотым шпилем с корабликом на его острие.


Кораблик на шпиле Адмиралтейства
Кораблик на шпиле Адмиралтейства
Фото: Professor Caretaker, ru.wikipedia.org

Обновление здания Захаровым превратилось в его кардинальную перестройку. Обветшавшие бастионы и валы были уничтожены, наружный канал засыпан, и здание органично слилось с городом. Оставив в неприкосновенности схему вписанных друг в друга П-образных корпусов, разделенных внутренним каналом (схему, обусловленную тем, что Адмиралтейство сохраняло и в начале XIX века значение верфи), Захаров акцентировал в постройке с более чем 400-метровым фасадом то, что определяло ее главенствующее положение в окружающем районе города.

Основой композиции архитектурного замысла Захарова явилась центральная въездная башня. Зодчий придал общей идее Коробова — башне, увенчанной шпилем, — более сильное, мощное звучание, подчеркнув значение здания как центра, от которого расходились основные магистрали Адмиралтейской стороны. Именно по ним — по Гороховой улице, Невскому и Вознесенскому проспектам — в XIX веке пошла интенсивная застройка Санкт-Петербурга.

Ф. Я. Алексеев, «Вид на Адмиралтейство и Дворцовую набережную от Первого кадетского корпуса», 1810 г.
Ф. Я. Алексеев, «Вид на Адмиралтейство и Дворцовую набережную от Первого кадетского корпуса», 1810 г.
Источник: artchive.ru

Адмиралтейская башня издалека открывалась взору со всех трех магистралей. Мощная вертикаль ее золотого шпиля, словно поддержанная вертикалями колонн и статуй, повторялась флагштоками угловых павильонов. Им отвечали мачты судов, стоявших на стапелях, а за рекой — и гигантский сверкающий шпиль собора Петропавловской крепости. В этой игре вертикалей было что-то, еще более связывающее архитектуру города с рекой, с ее жизнью, с ее значением как дороги парусных судов.

В здании Адмиралтейства великолепно выражены типичные черты русской декоративной скульптуры эпохи ампира. Скульптурный декор тщательно — и в общей композиции, и во всех деталях — был разработан самим Захаровым. По богатству форм, по стилистическому единству этот декор не имеет себе равных в современной русской архитектуре.

С. С. Щукин, «Портрет А. Д. Захарова»
С. С. Щукин, «Портрет А. Д. Захарова»
Фото: ru.wikipedia.org

Адмиралтейство было украшено с необычайной щедростью. Все здесь подчеркивает всеобъемлющее значение для России этого учреждения, сосредоточившего в себе управление водными артериями страны и связывавшего ее с внешним миром. Фриз, помещенный на аттике башни, повествует о восстановлении флота в России, уводя зрителя в предысторию русского мореплавания. Горельефные фигуры крылатых слав торжественно скрещивают победные знамена над входной аркой центральной башни. Статуи Аполлона, Аякса, Пирра и Александра Македонского обращают мысль зрителя к прообразам дерзновенной мощи человека.

Времена года, реки России, месяцы, стороны света, символические фигуры Европы, Азии, Африки, Америки — вот пластические образы, чередою проходившие перед изумленным зрителем. Наконец, «Морские нимфы, поддерживающие небесную сферу» у подножия центральной башни, придают всей этой символике, как сказали бы теперь, глобальный характер.

Морские нимфы, несущие небесные сферы
Морские нимфы, несущие небесные сферы
Фото: Источник

Композиционное решение декора подчинено строгому пластическому и смысловому ритму. Центральная башня и павильоны, выходящие на Неву, ранее открывавшие вход во внутренний канал Адмиралтейства, — важнейшие части здания. Они несут на себе основную массу скульптурных элементов. Сама башня — великолепнейший пример композиционной связи архитектурных форм и скульптурного убранства. Мощь нижнего ризалита башни подчеркивается скульптурными группами морских нимф, несущих тяжелые массивные земные сферы. Они исполнены Ф. Щедриным.


Зримая весомость огромных шаров, упругая сила стройных тел, противостоящая этой тяжести, убедительно воплощают в себе главную тему скульптурного убранства башни — героические усилия, завершающиеся победой. Глубокие, густые тени, лепящие форму в круглой скульптуре, темный проем въездной арки подчеркивают монолитность гладких стен башни, лишенных оконных проемов. Живописные эффекты объемных групп сменяются выше менее резкими объемами в высоком рельефе фигур крылатых слав над аркой. Еще выше мы видим более низкий, врезанный в стену рельеф аттика.

Адмиралтейство. Колоннада окружающая второй ярус башни
Адмиралтейство. Колоннада окружающая второй ярус башни
Фото: Источник

Движение вверх начинается еще в группах кариатид, фланкирующих въездную арку. Стройные, напряженно вытянувшиеся тела юных кариатид отвечают мощной устремленности вверх ионической колоннады, окружающей барабан башни. Фигуры древних героев по бокам аттика, многочисленные статуи, венчающие колоннаду, которая словно прорастает ими вверх, усиливают это движение к небу. Более всего это стремление ввысь выражено в огромном шпиле Адмиралтейства.


Впечатляющий контраст ровной плоскости стены и свободно расположенного на ней лепного рельефа, столь типичный для высокого классицизма, использован Захаровым и в фасадах боковых павильонов Адмиралтейства, обращенных к Неве.

В фигурной лепнине Адмиралтейства, помимо богатой разработки пластической поверхности, большую роль играет сам силуэт рельефов. Красота этого силуэта, разнообразного, но легко читающегося, не нарушающего смыслового значения изображения, есть одно из драгоценных качеств декоративной скульптуры ампира. То наложенные прямо на стену, то слегка заглубленные, эти рельефы подчеркивают плоскость стены, ее несокрушимую массивность.

«Гений Славы трубящий победу». Арка Адмиралтейства. Скульптор И. И. Теребенев
«Гений Славы трубящий победу». Арка Адмиралтейства. Скульптор И. И. Теребенев
Фото: Источник

Фриз на аттике башни исполнен И. Теребеневым, как и фигуры слав, летящих над арочными пролетами. Ему же принадлежат рельефные композиции на фронтонах портиков, членящих фасад здания, и скульптура в его интерьере.


Рельеф «Восстановление флота в России» на аттике главной башни — тематический центр скульптурного убранства Адмиралтейства. Нептун вручает Петру I трезубец как знак морского могущества. Свободная композиция, чуждая помпезной декоративности, уверенная лепка обнаженного человеческого тела, естественность и спокойное достоинство движений действующих лиц — во всем этом видны признаки пластики высокого классицизма. Вместе с чувством стиля скульптору присуща здесь и непосредственность взгляда на натуру.

Горельеф «Заведение флота в России». Скульптор И. И. Теребенев
Горельеф «Заведение флота в России». Скульптор И. И. Теребенев
Фото: Источник

Характерны для этого времени и поиски национального русского типа, которые отмечаются в образах морских божеств, что хорошо согласуется и с элементами реального петербургского пейзажа, включенного в рельеф.

Источник: ShkolaZhizni.ru

Факты и цифры

  • Во время правления Петра Первого верфь спустила на воду 262 военных корабля.
  • Помимо основной функции, раньше строение выполняло роль крепости. Оно стояло на защите Санкт-Петербурга, окружённое рвом и земляными валами.

  • Высота центральной башни 72,5 м, из них 23 м приходится на шпиль. На верхушке прикреплён позолоченный флюгер в виде корабля, который вращается на 360 градусов.
  • Корабли здесь собирали и спускали на воду с 1711 г до 1844 г.
  • Современный вид Адмиралтейство получило только вначале 19 века после полной перестройки по проекту Андреяна Захарова. Сюда потребовалось разместить административные здания. Была оставлена только башня.

Адмиралтейство картинки

@vitaliy.karpovich

Что посмотреть

  • Башня со шпилем – символ Санкт-Петербурга. По центру находятся колоннады, а верхушку венчает позолоченный кораблик. Принято считать, что он изображает фрегат «Орёл» – первый военный корабль в Империи. Сейчас на верхушке установлена его копия.
  • Два П-образных корпуса в стиле ампир составляют архитектурный ансамбль. Раньше они разделялись рвом. В них располагались учреждения речного и морского флота, а внутри были мастерские.
  • Часть стен украшены барельефом и горельефом. Над центральной аркой положен сюжет «Заведение флота в России», на западном портике – «Фемида, награждающая за военные и морские подвиги» и другие украшения, всего их 11. Общая идея – прославление российского флота.
  • Ещё больше по периметру расположено скульптур. Древние герои: Ахиллес, Аякс, Пирр и Александр Македонский. Над колоннадой выставлено 23 статуи аллегорий. У центральной арки стоят статуи нимф, которые несут глобус.
  • Композиции из чугунных якорей стоят на постаментах, где раньше были скульптуры Европы, Азии, Америки и Африки. Их убрали во второй половине 19 века и потеряли. Причиной тому было недовольство духовенства, которым не нравились языческие символы рядом с местом, где молились.

Адмиралтейство картинки

@vitaliy.karpovich

Лайфхаки для туристов

Лучше всего осмотреть Адмиралтейство со стороны Александровского сада, который находится через дорогу от Дворцовой площади. Он протянулся от Зимнего дворца до Исаакиевского собора. Напротив центральной башни установлен фонтан и несколько постаментов: Гоголю, Горчакову, Лермонтову и другим известным людям. Гуляя по саду, вы обойдёте достопримечательность с двух сторон.

Посетите Адмиралтейство вечером, когда включается подсветка. Со стороны фонтана будет самый лучший ракурс для осмотра.

Красивый вид на здание открывается с противоположной набережной Невы. Будет видна колоннада, арка и знаменитый шпиль.

Адмиралтейство в наше время

В советское время в зданиях Адмиралтейства располагались военные органы, газодинамическая лаборатория и инженерное училище в разные годы. До 2008 г базировалась военно-морская база. Была идея разместить здесь часть музея, учебное учреждение, но остановились на переезде Главного штаба ВМФ России. С 2012 г над достопримечательностью реет Андреевский флаг, который символизирует, что внутри заседает военно-морское командование страны.

Адмиралтейство картинки

@vaganov_anton

Необычные факты


  • Говорят, что Пётр Первый сам предложил первый проект верфи. Затем он стал там трудиться в качестве главного мастера. Имел жалование и работал весь день с 5 утра до 9 вечера.
  • Адмиралтейство – композиционный архитектурный центр Санкт-Петербурга. От него отходит трёхлучевая система улиц: Невский проспект и Вознесенский, а также Гороховая улица. Это место получило название «Адмиралтейский трезубец».
  • А. С. Пушкин прозвал знаменитый шпиль «Адмиралтейской иглой», и упомянул его в поэме «Медный всадник».
  • Под корабликом на верхушке есть золотой шар. При реставрации в 1928 г его открыли, и обнаружили газеты за 1886 г. Добавили туда свежих газет, при следующем ремонте положили ещё и бумаги о всех мастерах, которые здесь работали. Также ходит легенда, что в шаре лежит золотая кубышка и даже шкатулка Петра Первого.
  • Шпиль при реконструкции хотели уменьшить, но петербуржцы были против, и его наоборот удлинили. На позолоту потрачено 17,8 кг золота.

Источник: www.Sputnik8.com

Вспомним 10 фактов из истории символа России — морской державы

1. Гонимые бурей. Первые суда Балтийского флота строили на верфи у рек Свирь и Сясь. Спускали на воду полсотни кораблей под присмотром Петра Первого, дошли по Ладожскому озеру лишь пять из них — помешал ураган. Царь решил основать верфь ближе к Балтийскому морю — у деревни Гавгуево. Стратегически удобное место: дорога для подвоза материала, широкая Нева для спуска кораблей, Петропавловская крепость на расстоянии пушечного выстрела.


2. Царь — архитектор и плотник. Авторство первого проекта верфи приписывают Петру Первому. Изначально здание было одноэтажной мазанкой в форме буквы «П» с внутренним каналом. «Заложили Адмиралтейский дом в Остерии и веселились…» — записал царь в своем дневнике в 1704 году. Сменил веселье тяжкий труд — строительство. Работали с пяти утра и до девяти часов вечера. Трудился на строительстве и сам Петр. Военная угроза со стороны шведов добавила Адмиралтейству земляной вал и функции крепости.

3. Адмиралтейство в камне. Проект Ивана Коробова возник за ветхостью старого здания. В 1732 году Анна Иоанновна приказала заменить мазанковую башню на каменную. Коробов для пущей устойчивости намеревался шпиль понизить, но старые адмиралтейцы воспротивились, и новый проект символа морской державы предусматривал, что шпиль по-прежнему будет возвышаться над городом, но будет спускаться внутрь строения на 12 метров.

4. Придать Адмиралтейству величие. Над решением этой задачи трудился Андреян Захаров. Александр I решил создать Морское министерство и разместить ведомство в Адмиралтействе. Архитектор оставил от прежнего здания изящную башню со шпилем, придал строению Коробова более мощное звучание. В итоге Адмиралтейство лишилось бастионов, наружного канала. Зато щедрой рукой зодчего добавилась фигурная лепнина и скульптуры. Декор разрабатывал сам Захаров. А лестницу Адмиралтейства Карл Росси выбрал прототипом парадной лестницы Михайловского дворца.

5. Что скрывает шар? Во время реконструкции 1928 года в яблоке на вершине шпиля обнаружили газеты 1886 года. Добавили к находке свежую прессу — несколько номеров ленинградских газет. А в 1977 году — новую подборку газет и Конституцию СССР. Хранится в шаре и ларец со сведениями обо всех мастерах, проводивших ремонтные работы. Молва, как водится, заменила отчеты на золотые монеты и добавила драматизма — якобы открыть шкатулку невозможно: секрет механизма утерян.

6. Золото шпиля. 72 метра ввысь. «Адмиралтейская игла» — так стали именовать шпиль с легкой руки Александра Сергеевича Пушкина. Это второй шпиль Петербурга — после Петропавловского собора. По легенде, на позолоту шпиля пошли дукаты, полученные Петром Первым от Соединенных провинций — 17,8 килограмма золота. Под шпилем Адмиралтейства располагались царские покои и трон с балдахином. В блокаду Ленинграда шпиль Адмиралтейства был зачехлен, и вновь он засиял над городом лишь 30 апреля 1945 года.

7. Парящий корабль. Один из символов Санкт-Петербурга. Автор флюгера — Ван Болос, обрусевший голландский мастер. Доподлинно неизвестно, какое именно из российских судов «воспарило» над городом. По легенде, три флага на первом кораблике были из чистого золота, а в носовой части хранилась личная буссоль, или компас, — Петра I. Менялся флюгер дважды — в 1815 и в 1886 году. Первый корабль был утерян, а второй, двухметровый и 65 килограммов веса, занял место в экспозиции Морского музея.

8. Адмиралтейский «трезубец». Три большие улицы встречаются в единой точке. Комиссия о санкт-петербургском строении 1738 года отвела Адмиралтейству градоообразующую роль. На шпиль был ориентирован не только Невский и Вознесенский проспекты. Средней «першпективой» стала нынешняя Гороховская улица. Так появилась трехлучевая система улиц, получившая морское название — «адмиралтейский трезубец».

9. Утерянные скульптуры. Европа и Азия, Африка и Америка у павильонов. Волга, Дон, Днепр, Нева у боковых входов. И еще двенадцать скульптур — месяцев года на фронтонах. При перестройке Исаакиевского собора в Адмиралтействе размещался временный храм, который так и остался в морском ведомстве. Нагие скульптуры античных богов не соответствовали такому соседству, и священнослужители вели против изваяний 40-летнюю борьбу. Фигуры «одели» и заменили на благопристойные. К примеру, вместо марта, апреля и мая — Вера, Надежда, Любовь.

10. Традиции Адмиралтейства. Адмиралтейская башня служила пожарной каланчой, а после наводнения 1777 года стала еще и сигнальной. На углах при подъеме воды вывешивали днем флаги, ночью — фонари и стреляли из пушки. При Екатерине II на башне в полдень ежедневно играл адмиралтейский оркестр. В качестве верфи Адмиралтейство перестало существовать в 1844 году, но спустя почти сто лет, во время блокады, здесь ремонтировали боевые корабли. Как в петровские времена, работали по 16 часов в день.

Источник: www.culture.ru

Основание

До основания Адмиралтейства здесь, на левом берегу Невы, находилась деревня Гавгуево. В деревне было «два двора, душ мужского пола, лядей тяглых, 2, сена косили 20 копен а хлеба сеяли 6 коробей» [Цит. по: 4, с. 87].

Изначально корабли для Балтийского флота строили верфи у рек Свирь и Сясь. К осени 1704 года там было построено почти 50 полностью готовых судов. Спуском их на воду в конце августа и сентябре занимался лично Пётр I. В начале октября царь отправился в плавание с этим флотом по Ладожскому озеру. При этом случился такой ураган, что только через шесть дней он один прибыл в Шлиссельбург, где дожидался трое суток остальных размётанных бурей кораблей. Этот случай заставил Петра принять решение об основании верфи ближе к Балтийскому морю, рядом с совсем недавно основанной крепостью Санкт-Петербург [7, с. 46].

По возвращению в Петербург Пётр I сразу же занялся поиском удобного места для Адмиралтейства, что заняло порядка двух недель. Выбор пал на деревню Гавгуево. Место здесь уже было относительно благоустроено. Вдоль реки сюда вела дорога, которая являлась ответвлением старого Новгородского тракта. Была она хоть и неудобна, но всё же упрощала подвоз материалов к верфи из глубины России. Нева в этом месте достаточно широка для спуска кораблей со стапелей. Кроме того, место это было на расстоянии пушечного выстрела от Петропавловской крепости, чтобы накрыть Адмиралтейство огнём, если его захватит враг.

Адмиралтейство было заложено 5 ноября 1704 года. По этому поводу государь записал в своём дневнике: «Заложили Адмиралтейский дом и были в Остерии и веселились, длина 200 сажен, ширина 100 сажен» [Цит. по: 8, с. 7]. Считается, что первый проект верфи составил Пётр I. Первое Адмиралтейство представляло собой одноэтажное мазанковое сооружение в форме буквы «П». Двор был обведён внутренним каналом. Во дворе планировалось создать 13 эллингов для строительства парусных кораблей. Под планом Адмиралтейства Петром I было написано:

Общее руководство строительством верфи Пётр возложил на А. Д. Меншикова. Его помощниками были петербургский обер-комендант Яков Брюс и олонецкий комендант Иван Яковлевич Яковлев.

К концу мая 1705 года был готов большой амбар «на погребах» для хранения адмиралтейских припасов.

Проект Петра I пришлось скорректировать, так как шведские войска тогда ещё достаточно часто угрожали молодому Санкт-Петербургу. Из-за этого было решено придать Адмиралтейству функции крепости. 24 июня 1705 года Меншиков приказал Яковлеву соорудить вокруг Адмиралтейства палисад, то есть земляной вал. Сооружение других построек разрешалось только в 150 саженях от вала.

Адмиралтейство строилось не так быстро, как желал царь. Этому «поспособствовали» шведы, которые в начале июля сожгли кирпичные заводы на реке Тосне. Неудачным оказался выбор места для добычи леса на берегах реки Ижоры в 25 верстах от Петербурга. Его доставляли до верфи слишком долго. Серьёзный ущерб Адмиралтейству нанесло наводнение 5 октября.

Адмиралтейский приказ получил проект крепости вокруг Адмиралтейства в сентябре 1705 года [7, с. 51]. По этому поводу Брюс писал Меншикову:

Вокруг стен Адмиралтейства вырыли сухие рвы, которые для большей прочности одели не дёрном, а фашинником. На пространстве вокруг крепости организовали обширный луг, необходимый для обзора местности обстрела в случае внезапного нападения (гласис). Кроме того гласис предохранял Адмиралтейство от часто случающихся в Морской слободе пожаров. На месте луга со временем появились Александровский сад, Сенатская, , Дворцовая площади.

1 октября 1705 года над башней с въездными воротами установили шпиль — второй в Петербурге, после шпиля Петропавловского СЃРѕР±РѕСЂР°. Адмиралтейство как крепость окончательно было оформлено к 15 ноября. В этот день Яковлев докладывал Меншикову:

Всего вокруг верфи установили 108 пушек.

В нескольких помещениях Адмиралтейства разместился Адмиралтейский приказ, позже переименованный в Адмиралтейскую коллегию, в XIX веке — в Морское министерство. К 1706 году на территории верфи было размещено 10 эллингов с деревянными складами и деревянной башней в центре. Впоследствии для увеличения объёмов строительства по обеим сторонам от Адмиралтейства были сооружены дополнительные эллинги.

В 1711 году Пётр I приказал перестроить в камне южную часть здания, однако башня тогда осталась мазанковой. Шпиц на ней был невысок, что не нравилось Петру I. Приказ об установке более высокого шпиля царь отдавал в 1716 и 1717 годах. Под шпилем Адмиралтейства было устроено помещение для государя. Его стены оклеили обоями, на окна повесили тафту. В центре поставили трон с балдахином.

Обслуживающая Адмиралтейство система каналов окончательно сложилась к 1717 году. В августе этого года была пущена вода в Адмиралтейский канал, который соединил верфь со складским комплексом РќРѕРІРѕР№ Голландии. По нему из складов к строящимся кораблям сплавляли лес.

20 мая 1719 года Адмиралтейств-коллегия докладывала, что «спицного дела мастер Герман Ван Болес обещал шпиц достроить всякою столярною и плотничью работою своими мастеровыми людьми, а именно укрепить спиц, поставить на нём яблоко, корабль, отделать внутри и с лица того спица окошки, двери, кзымсы [карнизы], балясы, лестницы со всем как надлежит, кроме того спиц железом обить, на кровле того спица сделать два фонаря столярною и прочею работою как надлежит» [Цит. по: 3, с. 58]. За эту работу мастер запросил 350 рублей, 200 из которых были выплачены задатком. Ван Болесу помогали русские мастера Иван Шпак, Иван Сухой и их товарищи, слесарь Герасим Иванов, капрал Пимен Куликов, установивший часы в основании шпиля, и многие другие.

После очередного осмотра адмиралтейских строений в 1719 году Пётр приказал заменить оставшиеся фахверковые конструкции каменными. Начатые в 1721 году в 1728 году возглавил главный архитектор адмиралтейских строений .

Проект И. К. Коробова

Очевидно, что в 1720-х годах реконструкция Адмиралтейства велась весьма неспешно, так и не была завершена. В апреле 1732 года последовал указ императрицы Анны Иоанновны:

Коробовым были разработаны несколько вариантов реконструкции Адмиралтейства. В одном из вариантов он предлагал понизить адмиралтейский шпиль на 15 метров, увенчав башню небольшой главкой. Это, по мнению зодчего, придало бы ей большую устойчивость. Но с этим не согласились старые адмиралтейцы, для которых плывущий над Петербургом корабль на высоком шпиле успел стать символом превращения России в великую морскую державу. Поэтому был принят вариант проекта, который не просто сохранял, а увеличивал высоту шпиля. Архитектор полностью переработал проект башни, повысив её высоту до 72 метров при сохранении общих пропорций. Для большей устойчивости шпиля его основание было опущено внутрь объёма строения на 12 метров. Установкой такого сложного инженерного сооружения вновь руководил Герман ван Болес. Башня стала изящнее по рисунку. Завершал архитектурную композицию восьмигранный купол с круглыми часами по четырём сторонам. На позолоту шпиля было потрачено 17,8 килограмм чистого золота. Высотные работы по сооружению нового шпиля выполнила артель плотников под руководством олончанина Артемия Филиппова.

Строительные работы проводились с 1734 по 1738 год.

Здание Адмиралтейства впоследствии перестраивалось ещё раз, но шпиль ван Болеса был сохранен, так как он стал одним из символов Петербурга. Вокруг него со временем возникло много легенд и мифов. Идут споры о том, по образу какого корабля сделан кораблик Адмиралтейства. Предполагают что им могло быть боевое судно "Орёл", построенное в 1668 году при царе Алексее Михайловиче. На нём был впервые поднят русский морской флаг. Общеизвестно прозвище шпиля Адмиралтейства, которое дал ему Александр Сергеевич Пушкин — "Адмиралтейская игла".

В 1738 году «Комиссия о Санкт-Петербургском строении» дала Адмиралтейству градообразующую роль. На его шпиль было решено ориентировать не только Невский и Вознесенский проспекты, но и Среднюю першпективу (ныне Гороховую улицу). Таким образом, Адмиралтейство стало композиционным центром знаменитого «Адмиралтейского трезубца», трёхлучевой системы улиц в центре Петербурга.

При императрице Елизавете Петровне место Адмиралтейств-коллегии внутри башни заняла церковь во имя Воскресения Христова. Указ о её создании был издан 23 июля 1747 года. Храм оформлял архитектор . Ради создания храма пришлось переделать все помещения внутри башни. Из-за постоянной нехватки средств церковь освятили только 10 мая 1755 года, ещё незаконченной, во имя святых Захария и Елизаветы. Потолок был подбит досками и покрыт холстиной. Стены расписал помощник Чевакинского архитектор М. А. Башмаков. По его же проекту был создан резной иконостас, окрашенный светло-лазуревой краской. Пилястры, рамки и вся резьба иконостаса были позолочены. Иконы для храма написал художник Мина Колокольников.

Тогда же на башне Адмиралтейства появился колокол. На нам присутствовала надпись: «Вылит сей колокол при Санкт-Петербурге в Главной Артиллерии 1731 году апреля 5 дня. В нём 59 пудов 35 фунтов» [Цит. по: 3, с. 65]. Этот колокол отбивал часы, оповещал рабочих о начале о окончании рабочего времени. Он же сообщал петербуржцам об угрозе наводнений. Историк В. Н. Сашонко в книге «Адмиралтейство» в 1982 году сообщал, что колокол тогда ещё находился в Адмиралтейской башне. [8, с. 25]

13 мая 1783 года на территории производства произошёл крупный пожар. Возникла опасность распространения пожара на Р—РёРјРЅРёР№ дворец, однако это удалось предотвратить. Адмиралтейств-коллегия докладывала императрице:

После происшествия Екатерина II пожелала перенести верфь на территорию Кронштадта. Но этому воспротивилась Адмиралтейств-коллегия. Чиновникам конечно же не хотелось переезжать из центра Петербурга на далёкий остров. Они сначала затянули проект перевода Адмиралтейства в Кронштадт, а потом составили смету в 9 000 000 рублей. Екатерина II естественно решила, что это слишком дорого. Вместо перевода верфи были отпущены средства на ремонт и организацию дополнительных противопожарных мер, что было завершено уже при Павле I.

В 1797 году Павел I повелел инженеру генерал-майору Герарду «немедленно» исправить Адмиралтейство. При новом императоре, страстно любившем всё военное, фортификационные сооружения вокруг Адмиралтейства были приведены в порядок. Несмотря на всю бесполезность крепости в центре Петербурга, её валы стали выше, каналы прочищены, гласис укрыт дёрном. На угловых бастионах установили новые срубы с флагштоками для подъёма флагов Мальтийского ордена.

Указом императора в 1798 году было основано Училище корабельной архитектуры, целью которого стала подготовка специалистов «для благосостояния Балтийского и Черноморского флотов». Ему была отдана часть помещений Адмиралтейства, в его ведение был передан Адмиралтейский оркестр.

В начале XIX века пост главного архитектора Адмиралтейства занял Чарльз Камерон. За непродолжительный период он переделал стропильные конструкции главного корпуса, устроил новую кровлю, заново отделал зал «для присутствия Адмиралтейской коллегии» и начал переделывать семь примыкающих к нему помещений. В процессе переделки печей в церкви он предложил перенести её в другую часть здания, но в этом ему было отказано.

Проект А. Д. Захарова

Император Александр I, вступив на престол, начал очередную военную реформу, частью которой стало создание Морского министерства. Новое ведомство было решено разместить рядом с императорский резиденцией (Зимним дворцом) — в Адмиралтействе, которое было решено коренным образом перестроить. Старое промышленное сооружение оказалось в соседстве с особняками знати, в самом центре имперской столицы. Его внешний облик не соответствовал статусу места, да и крепостные сооружения были не нужны. Александр I посчитал, что из его окон будет уместнее вид на солидное административное здание, нежели чем на старые производственные корпуса. В 1806 году по его указу к проектированию нового здания Адмиралтейства приступил архитектор Андреян Дмитриевич Захаров, 25 мая 1805 года ставший главным Адмиралтейств-архитектором.

Поначалу планировалось подвергнуть реконструкции только фасады. Соответствующий проект Захаров приготовил уже в 1805 году. После этого ему поручили составить проект более масштабной перестройки, который зодчий представил 15 мая 1806 года. По расчётам Захарова перестройка Адмиралтейства должна была обойтись в 654 232 рубля. А «если же сделать колонны, карнизы и прочие украшения из Пудожского камня, то ещё нужно прибавить 110 000 рублей» [Цит. по: 6, с. 64]. Все работы планировалось произвести за три года.

Одновременно с «эконом» вариантом реконструкции Адмиралтейства Захаров составил ещё один, со сметой, превышающей первую в три раза (по факту потрачено было 2,5 миллиона рублей). Архитектор описал свой проект:

23 мая 1806 года, сразу же после утверждения проекта, на его реализацию были выделены первые 200 000 рублей [9, с. 154]. Реконструкция Адмиралтейства началась спустя два дня [8, с. 36].

Ещё до утверждения контракта, в феврале 1806 года, Захаров заключил контракт с петрозаводским купцом Иваном Аврамовым на поставку в течение лета полутора миллионов кирпичей с Ижорских адмиралтейских заводов. В мае был заключён контракт с санкт-петербургским купцом Антоном Мельниковым, взявшим на себя внутреннюю реконструкцию Адмиралтейства с разборкой старых стен до основания и кладкой новых фундаментов и стен.

Проект Захарова осуществлялся в несколько этапов. В первую очередь работы велись в части верфи, ближней к Зимнему дворцу. Судя по отчётам самого Захарова, всего за один год старые корпуса со стороны дворца в нужных местах были разобраны, сделаны новые фундаменты, новые стены сооружены до среднего этажа. Здесь обустраивались жилые комнаты высшего командного состава Морского министерства, а потому они отделывались богаче, чем остальные. На втором этаже разместили квартиру Морского министра. В этом же корпусе Захаровым была спроектирована парадная лестница, которая впоследствии Рљ. Р РѕСЃСЃРё выбрал в качестве прототипа для парадной лестницы Михайловского дворца. Она украшена скульптурами Афины-Паллады и Геркулеса. Аналогичная лестница Захаровым проектировалась и в западном крыле.

Официальная часть квартиры Морского министра сохранилась. До наших дней дошли не только интерьеры, но и мебель, некоторые элементы декора. Бывшая квартира включает в себя две прихожие, где сохранились старое зеркало и резная дубовая стенка-вешалка. За ними следует Синяя гостиная — бывшая приёмная министра. Здесь сохранилась мебель XIX века из красного дерева с бронзовыми накладками, бронзовые часы и настольная лампа. За Синей гостиной расположен Парадный кабинет с окнами на Зимний дворец и Александровский сад. Он двусветный. Здесь находятся два встроенных шкафа с позолоченными накладками. В двух углах стоят большие вазы. Из Парадного зала двери ведут в Библиотеку и бывшие жилые покои, комнаты прислуги. За Библиотекой имеется небольшое помещение с двумя угловыми каминами и деревянной резной люстрой. Вероятно, оно использовалось в качестве Парадной столовой.

По сведениям помощника Захарова А. Г. Бежанова в апреле 1807 года на стройке трудились 1 125 человек. За строительный сезон 1807 года успели начать возведение восточного павильона, для чего в устье и в середине внутреннего канала установили перемычки и установили машину для откачки воды. Одновременно производились работы по перестройке корабельных сараев.

В 1808 году, когда восточный корпус Адмиралтейства уже был подведён под крышу, Александр I заметил, что он «отнимает вид из собственных его комнат на Галерную гавань и устье Невы» [Цит. по: 8, с. 38]. Поэтому Захарову пришлось пересмотреть компоновку всего здания, дабы сделать больший отступ от берега Невы. Впоследствии такая корректировка позволила создать широкую Адмиралтейскую набережную. Переделка проекта с соответствующими строительными работами обошлась казне в примерно 100 000 рублей. 3 июня 1808 года Захаров докладывал морскому министру Чичагову, что из-за решения царя «выступ с фронтоном о двенадцати колоннах примет другой вид, и большую часть оного нужно будет сломать и вновь приступить к набивке свай, а устроенные на выступе ворота останутся в боку… с сей переменою и внутренность покоев прежнего по плану расположения должна тоже перемениться, следовательно и отделаны они к будущей весне быть не могут, чего для приведения в таковой вид, как ныне есть, не менее нужно год времени, а потому предполагаемого переводу присутственных мест будущую весною в отстроенную часть по дворцовой стороне, начавшуюся сего лета всею отделкою, произвесть в действие будет невозможно» [Цит. по: 9, с. 156].

Разборку «лишней» части восточного корпуса доверили крестьянам Ивану Жерехову, Петру Егорову, Ивану Дехтереву и купеческому сыну Ивану Пахомову. Руководство этими работами осуществлял помощник Захарова Бежанов.

Между тем, реконструкция Адмиралтейства продолжалась. На очереди была переделка части здания, в которой размещалась Адмиралтейств-коллегия. Временной площадкой для коллегии был выбран находящийся неподалёку дворец Чернышёва (позже перестроенный в Мариинский дворец), приспособлением которого перед переездом занимался также Захаров. Адмиралтейский департамент арендовал помещения в соседнем РґРѕРјРµ графини Кутайсовой (Адмиралтейский пр. 8).

В 1809 году в отстроенной восточной части Адмиралтейства отделывались помещения, сооружался восточный павильон. Тогда же началась реконструкция главной башни. В марте началась перепланировка церкви. Старый иконостас был разобран и передан «в предполагаемую к построению церковь на кладбище Ижорского завода» [Цит. по: 9, с. 158]. Одновременно с этим был заключён контракт с купцом Самсоном Сухановым на поставку пудостского камня для башни.

Летом 1810 года началась работа по отделке помещений Адмиралтейств-коллегии во втором и третьем этажах, а также парадной лестницы. Это было решено доверить Пьетро Скотти с помощниками Барнаба Медичи и Фридолино Торичелли. Они должны были выполнить несложные работы орнаментального характера и раскрасить стены в оранжевый, розовый, бежевый, голубой, палевый, фиолетовый и другие цвета дабы служебные помещения не казались излишне казёнными. Так как Захарова постоянно торопили со сдачей помещений Адмиралтейств-коллегии, объём этих работ в итоге был сокращён (вместо двух десятков комнат художникам дали всего четыре). В связи с этим Медичи от работы отказался. Несмотря на массу недоделок, 25 августа Адмиралтейств-коллегия всё-таки въехала в новые помещения. Из-за обнаруженной сырости комнаты пришлось оборудовать дополнительными чугунными печами, что из-за болезни Захарова делал Бежанов.

С конца 1810 года производилась перестройка корпуса Адмиралтейства со стороны Петровской площади. 15 ноября был заключён договор с крепостным князем А. Б. Куракина крестьянином Алексеем Буткиным «в том, что ему, Буткину, под фундаменты строения по новому прожекту Главного Адмиралтейства для большого выступа в сторону монумента казёнными пятисаженными копрами и машинами, бабами шестидесяти и пятидесяти пудового весу подбить в течение нынешнего года или весною будущего года до семисот свай» [Цит. по: 9, с. 160].

9 марта 1811 года Бежанов рапортовал Захарову, что Буткин выполнил забивку 491 сваи, чего оказалось достаточно [9, с. 161]. К концу 1811 года полностью была отстроена только восточная сторона Адмиралтейства, где ещё продолжались отделочные работы, в частности в библиотеке, конференц-зале и на парадной лестнице. Тогда уже обживался нижний этаж, предназначенный для кладовых. Здесь временно разместили часть адмиралтейского архива с переплётной, комиссию военного суда и казначейскую кладовую. Восточный павильон готовился к размещению архива. Башня и левое от неё крыло были выстроены, но без сводов и лестниц. Западный корпус был выстроен только до «половины высоты среднего этажа», а под западный павильон ещё даже не били сваи.

Строительство частично приостанавливалось из-за Отечественной войны 1812-1814 годов. Тогда строительные материалы хранились незащищёнными от плохой погоды, портились готовые фундаменты. Это ещё больше затянуло возведение нового Адмиралтейства.

Возведение западного павильона активизировалось весной 1814 года. В начале августа 1815 года последовало распоряжение «в нынешнем лете привесть к окончанию построение павильона к стороне монумента Петра Великого» [Цит. по: 9, с. 166]. Каменные работы при этом производились крестьянами Костромской губернии Корнилом Дмитриевым и Логином Корниловым. В том же 1815 году на башне Адмиралтейства установили часы, четыре медных циферблата для которых были изготовлены на Ижорских заводах. Их запустили в первой половине ноября.

Следующий 1816 год был посвящён штукатурным работам по всем фасадам Адмиралтейства. Только после этого была завершена установка скульптур. В начале 1817 года были изготовлены резные деревянные дельфины для павильонов. Архитектор Гомзин посчитал их слишком тяжёлыми, но пригодными в качестве моделей для изготовления фигур из листового железа или жести. Укреплены на павильонах они должны были быть в первых числах мая 1818 года [9, с. 170].

Решение о засыпке грунтом и мусором часть Адмиралтейского канала напротив Адмиралтейства было принято ещё в конце 1811 года. Грунт для этого должен был браться с прилегающих бастионов. Однако, эта работа выполнена не была и о ней на некоторое время забыли. А весной 1816 года встал вопрос об облицовке берегов Адмиралтейского канала гранитом, установке вдоль него чугунной ограды, установке трёх каменных мостов. Это было предусмотрено Захаровым. Вместе с этим было предложено попросту засыпать канал со стороны Зимнего дворца и Адмиралтейской площади. Первый вариант оценивался в три миллиона рублей, второй — в два раза меньше. Последний и был утверждён 31 марта 1816 года [9, с. 172]. С 31 июля на засыпке канала ежедневно трудились 600 солдат, которым платили по 30 копеек в день. К середине сентября канал со стороны Зимнего дворца был засыпан, остальные работы были перенесены на следующий год. В 1817 году также проводились работы по засыпке внутреннего канала.

Адмиралтейство сохранило первоначальный план из двух П-образных корпусов. Захаров старался максимально использовать старые стены. Например, предусмотрев в стене между башней и шестиколонным портиком всего 11 окон, а не 21 как у Коробова, он добился того, чтобы оси новых окон совпали с осями существующих, а остальные были заделаны. Деревянные конструкции старой башни также сохранились. Их Захаров как бы «вложил в футляр стен» новой. Прежнюю высоту двухэтажного здания (9,92 метра) архитектор увеличил до 16,51 метра [8, с. 44].

Захаровым построено третье здание Адмиралтейства, которое стало символом морского могущества России. Длина главного фасада — 408 метров. Высота башни со шпилем осталась прежней — 72 метра. Кораблик весом в 65 килограмм покрыт двумя килограммами чистого золота. Он действовал как флюгер.

Здание богато украшено скульптурами. Перед башней установлены две скульптуры, изображающие нимф, держащих небесные и земные сферы. Их выполнил скульптор Ф. Ф. Щедрин. На углах первого яруса башни находятся статуи античных героев: Александра Македонского, Ахилла, Аякса и Пирра. Они были выполнены из пудостского камня скульптором Ф. Ф. Щедриным. Над колоннадой 28 скульптурных аллегорий: огонь, вода, земля, воздух, четыре времени года, четыре стороны света, богини Изида (покровительница кораблестроения) и Урания (муза астрономии). Каждая из этих фигур повторена дважды. В создании скульптур принимали участие С. С. Пименов, В. И. Демут-Малиновский, А. А. Анисимов.

Центральная башня Адмиралтейства украшена горельефом «Заведение флота в России». Его автор скульптор И. И. Теребенёв. В центре изображён бог морей Нептун, который передаёт свой трезубец (эмблему власти над морем) Петру I. Около царя стоит Минерва, смотрящая на берег Невы, где нимфы и тритоны заняты строительством кораблей. На скале в центре изображена Россия в виде женщины в венце. В её правой руке находится палица Геркулеса — признак силы, в левой Россия держит рог изобилия, к которому жезлом прикасается Меркурий. С другой стороны Вулкан опускает с ногам России оружие как символ победы над врагами. Летящая богиня победы несёт флаг России в сторону океана, где плавает русский флот в окружении морских божеств.

В 1812-1813 годах Теребенёв создал горельефы для четырёх фронтонов. Со стороны Зимнего дворца установлен «Гений Славы, венчающий науки», со стороны Сенатской площади — «Гений Славы, венчающий военные подвиги». Восточный портик главного фасада украшен горельефом «Фемида, увенчивающая труды художника», а западного — «Фемида, награждающая за военные и морские подвиги».

Адмиралтейство Захарова первоначально было украшено скульптурой гораздо богаче, чем сейчас. У двух павильонов на постаментах стояли фигуры, обозначающие Европу и Азию работы скульптора Демут-Малиновского, Африку работы Анисимова и Америку, созданную Пименовым. С противоположной стороны два боковых входа украшали аллегории Волги, Дона, Днепра, Невы. Волгу и Дон выполнил скульптор Анисимов, Неву и Днепр — Пименов. Они были расположены лицом к Невскому проспекту. Со стороны Сенатской площади находились Енисей и Лена работы Демут-Малиновского. На фронтонах располагались ещё 12 скульптур, изображающих месяцы года.

Интересно, что Захаров хотел парадно оформить и северную Невскую сторону Адмиралтейства. «Через каналы у набережной Невы предполагались мосты с железными решётками, по сторонам устья каналов были бы расположены сделанные заново бастионы из гранита, обнесённые изнутри железной решёткой, с пушками, смотрящими на Неву (всего 36 пушек). Канал перед арками расширялся, образуя прямоугольный бассейн с лестницами к воде» [Цит. по: 6, с. 70]. Кроме невского фасада нереализованными оказались ещё некоторые декоративные детали: орлы над воротами, корабельные кормы у пьедесталов, арматуры на часах.

Работы по проекту Захарова были завершены в 1819 году. В декабре архитектор Гомзин предоставил собственный проект отделки внутренних покоев Адмиралтейства. Он предлагал перепланировать некоторые из них с заделкой старых и пробивкой новых дверных проёмов, сооружением дополнительной лестницы, установкой голландских изразцовых печей. Всё это должно было быть осуществлено в 1820 году.

В связи с разборкой старого и строительством нового министр духовных дел и народного просвещения князь Голицын весной 1821 года обратился к морскому министру с предложением разместить в Адмиралтействе временный храм для прихожан Исаакиевского собора. Место для этого храма было определено там, где Захаров спроектировал вторую парадную лестницу напротив только что отстроенного архитектором О. Монферраном дома Лобанова-Ростовского. Монферрану же и поручили разработать проект новой адмиралтейской церкви, её устройством занялась Комиссия по построению Исаакиевского собора.

Сюда из старого Исаакиевского собора были перенесены престол, иконостас с царскими вратами и прочая утварь. Интерьер украсили 26 белых ионических колонн. Временная церковь настолько понравилась Александру I, что император распорядился её не закрывать и передать в Адмиралтейское ведомство. 12 декабря 1821 года главный придел церкви освятили в честь покровителя моряков Спиридона Тримифунтского, а второй — во имя Исаакия Далматского. Главными образами здесь стали образы Святых Константина и Елены в серебряном окладе, старинный образ «Коронование Божией Матери», большой образ святителя Николая Чудотворца. В этой церкви молились при закладке и спуске кораблей.

Многие из скульптур у Адмиралтейства изображали античных богов, которых православные священники считали языческими. Кроме того, они были выполненными нагими. Это не нравилось священнослужителям, которые работали как в самом Адмиралтействе, так и рядом с ним. Они начали борьбу против голых изваяний, которая велась около 40 лет.

Дворовые корпуса Захаров оформил в кирпиче без всякого декоративного убранства. С внутренней стороны первого этажа внутреннего корпуса Адмиралтейства тянулась открытая галерея-аркада, вплотную примыкавшая к каналу и соединяющая две невские арки-павильоны. В этих галереях перемещали вагонетки с материалами по проложенным там чугунным рельсам.

К моменту завершения реконструкции Адмиралтейства архитектора Захарова уже не было в живых. Он умер 27 августа 1811 года. Работу к 1823 году завершили три его помощника: академик А. Г. Бежанов (с 1811 по 1813 год), архитекторы Д. И. Калашников (с 1813 по 1816 год) и И. Г. Гомзин (с 1816 года). Они в том числе занимались переработкой проекта скульптурного убранства здания дабы хоть как-то сгладить его конфликт с церковью. После открытия церкви святого Спиридона Тримифунтского ученику Захарова Ивану Григорьевичу Гомзину было поручено составить новый проект декоративного оформления Адмиралтейства. В рапорте от 6 марта 1823 года он предложил одни фигуры заменить на благопристойные, а другие попросту «одеть»:

Мужскую фигуру Гомзин предложил переделать в статую Ионы, а женскую — в Марию Магдалину. Предполагалось также «христианизировать» и горельеф на фронтоне Адмиралтейства. Гомзин рассчитывал, что за переделку скульптурного убранства возьмётся один из создателей первого варианта — В. И. Демут-Малиновский. По его мнению, это бы сделало изменения наименее заметными. Все эти предложения не были осуществлены и «языческие» статуи долгое время соседствовали с православным храмом.

У современников новое здание Адмиралтейства вызывало в основном положительные эмоции. Оно не потеряло своей архитектурной актуальности до сих пор, как-бы скрепляя собой весь исторический центр Санкт-Петербурга. Ленинградский поэт Всеволод Рождественский писал:

Деятельность

Адмиралтейство ("Адмирал" — в переводе "владыка", "властелин морей") являлось крупным производственным предприятием. Здесь выполняли весь комплекс мероприятий от заготовки леса до полной постройки корабля. 29 апреля 1706 года со стапелей сошло первое судно — 18-пушечный корабль, построенный при личном участии Петра I. С этого дня по январь 1725 года на Адмиралтейской верфи было построено более 40 кораблей, а до 1844 года, когда производство здесь закрылось, на воду спущено около трёхсот кораблей.

В ознаменование Полтавской победы Пётр I 6 декабря 1709 года заложил на Адмиралтействе первый крупный 54-пушечный корабль «Полтава», спущенный на воду летом 1712 года.

Поначалу корабли строили около 1 000 человек. К 1715 году их уже было более 10 000. Первые кораблестроители прибыли в Петербург из Олонецкой верфи. Мастерами первое время были исключительно иностранцы — англичане, голландцы, итальянцы. Однако основную массу рабочих составляли крепостные крестьяне.

Первое время на верфи трудился и сам царь, оставивший за собой должность главного мастера («баса») и получавший соответствующее жалование. Но и после оставления этой должности Пётр I ежедневно посещал Адмиралтейство в четыре или пять часов утра. Особенно часто он бывал в модель-каморе, где назначал приёмы техников или вернувшихся из-за границы мастеров и устраивал им экзамен.

Все служители верфи жили рядом с Адмиралтейством, по другую сторону гласиса (Адмиралтейского луга). Место их проживания, между Адмиралтейским лугом и РњРѕР№РєРѕР№, называлось Морской слободой. Большая и Малая Морские улицы берут своё название именно от Морской слободы. Простые рабочие жили здесь в шалашах и простых хибарах. Нижним чинам строили избы, для чего по Неве на подводах сюда доставляли готовые срубы. Чем выше чин или мастерство рабочего, тем жильё было ближе к Адмиралтейству.

Рабочий день строителей Адмиралтейства начинался в пять часов утра, заканчивался он около девяти часов вечера. Пункт 32 «Регламента Адмиралтейской верфи» устанавливал такой распорядок:

Днём строителям давалось время на обед, длительность которого сокращалась осенью, а особенно зимой. Например, в 1708-1709 годах длительность обеденного перерыва была такой: летом — три часа, осенью и весной — два часа, зимой — один час. За каждый прогульный день взимался штраф в размере недельного заработка, за каждый час прогула взималось суточное жалованье. Воскресенье был выходным днём, но это правило часто не соблюдалось. Платили рабочим по три копейки в день. [8, с. 9, 10]

В ведении Адмиралтейства находились Смольный двор, пильные мельницы на реке Ижоре, несколько кирпичных заводов, гонтовый завод на Охте и другие подсобные предприятия. Адмиралтейство пользовалось продукцией промышленности Москвы, Ревеля, Риги, уральских городов.

Ещё при Петре I в Адмиралтействе уделялось большое внимание механизации и специализации. Подтверждением тому служат пункты «Регламента Адмиралтейской верфи». Пункт 28 гласил: «В зимнее время держать наёмных шестьдесят лошадей, которыми по корабельному строению все леса от кранов возить, кроме самых тяжёлых… которые надлежит людям по каналам такелями тянуть…«. Пункт 29: «Не надлежит ничего людям носить или возить (кроме такой мелочи, что может один человек понесть), но летом водою, понеже ко все работам есть каналы; а зимою в санях лошадьми, также везде у работ употреблять машины, которые в иных государствах употребляются; а где и нет, а можно быть, то вымышлять, дабы меньшим числом людей дело управлять было возможно«. Пункт 38: «Мастеровых людей не переводить от одного мастерства к другому; также переменных не употреблять у дел, но везде быть не переменным, дабы лучше в своём художестве обыкли«. [Цит. по: 8, с. 17]

Ради пожарной безопасности Петром I 8 февраля 1709 года был издан указ:

Впрочем, на каторгу вряд ли бы кто отправился. После 150 ударов остаться в живых было невозможно.

19 февраля 1711 года указом царя был создан «Хор военной музыки Адмиралтейского батальона». Он состоял из семи гобоистов и десяти барабанщиков.

18 января 1715 года Пётр I издал указ:

В 1718 году в башне расположился высший орган управления российским флотом — Адмиралтейств-коллегия. С адмиралами здесь заседал сам Пётр. Заседания продолжались до 11 часов, когда царь по старой привычке подкреплял себя анисовой водкой. Его примеру следовали и адмиралы. Этот факт родил поговорку: "Адмиралтейский час пробил, пора водку пить". 11 часов с тех пор называют "Адмиралтейским полднем".

31 января 1720 года по указанию Петра I «для розыска во всяких делах» в Адмиралтействе был оборудован «застенок». Он находился в угловом помещении бастиона.

Визит в Адмиралтейство, состоявшийся в 1721 году, описал камер-юнкер Ф. Берхгольц:

Примерно в это же время верфь осматривал гость из Польши:

По указу Анны Иоанновны от 1736 года с валов Адмиралтейства производился полуденный выстрел пушки. Много позже этот выстрел стали делать с Нарышкина бастиона Петропавловской крепости [6, с. 59].

В 1730-1750-х годах, при Анне Иоанновне и Елизавете Петровне, строительству флота не придавалось большого значения. Когда к власти пришла Екатерина II, она получила в наследство отсутствие как флота, так и моряков. В июле 1769 года из Петербурга уже вышла эскадра из 15 судов. Правда, до Италии смогли дойти целыми лишь восемь. Но верфь продолжила активно работать [2, с. 386].

После разрушительного наводнения 1777 года башня Адмиралтейства стала использоваться в качестве сигнальной. На её углах в случае начала наводнения днём вывешивались флаги, а ночью фонари. При этом обязательно стреляли из пушек. До кончины Екатерины II на башне Адмиралтейства ежедневно устраивались полуденные концерты в исполнении оркестра Адмиралтейства.

Вскоре после наводнения 7 ноября 1824 года у восточного павильона Адмиралтейства на деревянном возвышении поставили 24-фунтовую пушку. Она служила для извещения жителей тремя выстрелами о прибытии воды. Фонарь на куполе Адмиралтейства использовался в качестве пожарной каланчи. Он был местом дежурства часового, который наблюдал за начинавшимися пожарами и сообщал о них караулу.

В начале 1820-х годов часть помещений нового Адмиралтейства заняло морское министерство под различные флотские ведомства, в частности под Главное присутствие. Здесь по-прежнему работал музей, который в 1805 году был создан из петровской модель-каморы, и библиотека при нём. Но из-за того, что смотритель модельного фонда капитан-лейтенант Н. А. Бестужев принял участие в восстании декабристов, в 1827 году Николай I приказал музей закрыть.

Если восточная часть Адмиралтейства в 1820-х годах уже перестраивалась по новому проекту, то западная так и не была завершена согласно плану Захарова. Сохранилось описание этой части здания в начале десятилетия: «От оных же главных ворот левая половина и с заворотом к Петровской площади при взгляде на наружность кажется вполне оконченною, но оная часть, составляющая всю левую половину строения, нельзя назвать, что и вчерне вся отстроена, потому что в оной части только выведены каменные капитальные наружные и внутренние стены, положены в среднем и верхних этажах потолочные балки, отделаны стропила и покрыта по оным крыша, следовательно, более в себе ничего не заключает, как только стены, балки и стропилы с крышей, да оштукатуренная наружность с принадлежащим украшением. Итак, выстроенное вчерне строение находится в таком положении почти десять лет, нисколько не приносит пользы и не соответствует предназначенному предмету…» [Цит. по: 9, . 177]

Начало работам по отделке помещений между башней и церковью было положено только в 1825 году. А 30 апреля того же года «в угловой части, начиная от церкви и в заворот к Петровской площади до среднего большого выступа» было решено разместить Училище корабельной архитектуры [там же]. Приспособление Адмиралтейства под новые цели осуществлял архитектор Э. К. Аннерт. На месте огромного лепного фриза он разместил почти квадратные окна для освещения тёмных комнат третьего этажа, украшенные флотскими киверами по рисунку А. Е. Штауберта. Тогда же частично были перепланированы квартиры адмиралов и министра.

Источник: walkspb.ru


Categories: Картинка

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.