История Карелии – доисторический период

Первые люди на территории Карелии появились здесь после схода ледниковых покровов – VII-VI тысячелетии до н. э. Основными промыслами для древнего населения Карелии были охота и рыболовство. Уже к I тысячелетию до н. э. появляются зачатки в области животноводства и земледелия, начато освоение железа. Известно, что к концу I тысячелетия нашей эры Карелию населяли финно-угорские племена. Так, карелы жили в районе Карельского перешейка и на Северном Приладожье, вепсы – между Ладожским и Онежским озером, саами (лопь)  – еще дальше на севере. Сюда же, в районы Онежского озера и Белого моря стали проникать и славянские племена, занимавшиеся солеварением, земледелием и морскими промыслами, в частности ловлей рыбы.

История Карелии во времена викингов

В VII веке Карелия упоминается как самостоятельное государство карелов находящееся под управлением Ивара Приобретателя (конунг получил и другое прозвище – Ивар Широкие Объятия). В X веке Карелия упоминается в «Саге о Хальвдане, сыне Эйстейна».

Карелия в составе Новгородской республики


С XI века по 1338 год Карельская земля входила в состав Новгородской республики в качестве автономного региона. В 1277 – 1278 годах был предпринят поход новгородской дружины под предводительством князя Дмитрия Александровича, после чего регион стал называться Корельской землей, а центром становится город Корела. Управление этой территорией осуществлялось служилым князем и воеводою.

В 1338 году в Корельской земле вспыхивают восстания, а затем она была отдана литовскому князю Наримонту.

Карелия в составе Русского государства

В 1478 году большая часть Карелии, входившая в состав Новгородской республики, вошла вместе с Новгородом Великим в состав Русского государства. Земли новгородских бояр, находившиеся здесь, были конфискованы в государственную казну.

В XVII – XVIII веке карелы и русские сдерживали шведскую экспансию, так в 1610 – 1611 годах местное население стойко сражалось в при обороне города Корел, который шведские войска смогли взять только спустя 6 месяцев осады.

В 1617 году согласно Столбовскому договоры России пришлось передать Карельский перешеек Швеции, что вызвало массовое переселение карел в пределы Российского государства.

История Карелии в период Российской империи


При Петре I в Карелии были построены несколько заводов, которые сыграли значимую роль в Северной войне со Швецией, а Петровский завод, основанный в 1703 году, разросся до современного города Петрозаводска.

В XVIII веке Карелия входила в состав вначале Петербургской, а затем Новгородской губернии, а в 1784 году стала Олонецкой губернией с центром в Петрозаводске.

История Карелии во второй половине 18 века развивалась достаточно быстро. В крае появились предприятия по лесозаготовке, а после отмены крепостного права в крае появились первые лесопилки с паровыми двигателями. Карелия становится одним из важнейших мест в империи по поставкам древесины, отсюда она уходила в Петербург и на экспорт за границу.

В середине 19 века на Онежском озере и на Белом море началось движение пароходов. В 1914 – 1916 годах через территорию Карелии прошла Мурманская железная дорога, что позволило связать этот важный регион с остальными частями страны.

История Карелии в Советский период

Советская власть в Карелию пришла в ноябре 1917 года  – октябре 1918 года. В 1918 году Карелия стала местом ожесточенных боев между Красной Армией и войсками Антанты и белогвардейцев. К лету 1919 года сложилась обстановка, благодаря которой отряды белогвардейцев и Антанты смогли захватить северное побережье Онежского озера и Карельское Поморье, а отряды финнов – западные районы Карелии граничащие с Финляндией.


Ситуация изменилась после боев в районе Петрозаводска, Видилицей и Лижмой, когда летом – осенью 1919 года Красная Армия перехватила инициативу, а в феврале – марте 1920 года в результате наступления противники были окончательно разгромлены.

Последними проявлениями смуты на территории Карелии стали крестьянские восстания, поддержку которым оказали вторгнувшиеся из-за границы финские вооруженные силы. К февралю 1922 года эти выступления были полностью ликвидированы Красной Армией.

25 июля 1923 года постановлением ВЦИК Карельская Трудовая Коммуна была преобразована в Карельскую АССР. Как и в других частях Советского Союза в Карелии осуществлялась насильственная коллективизация.

История Карелии в Советско-финскую и Великую Отечественную войны

26 ноября 1939 года произошел обстрел позиций советских войск у пограничного поселка Майнила, вина в этом была возложена на Финляндию. Были разорваны дипломатические отношения, и 30 ноября Красная Армия вторглась на территорию Финляндии. За месяц до этого на территории СССР была образована финская Народная Армия, которая должна была стать вооруженным оплотом для марионеточного правительства Отто Куусинена.

Руководство Красной Армией планировало закончить войну быстро и «малой кровью», однако этим планам не суждено было сбыться. Лобовая атака Красной Армии на укрепления линии Маннергейма окончилась не просто неудачей, а большим поражением. Красная Армия забуксовала, не сумев преодолеть даже первую линию обороны.


Только собрав подкрепления Красной Армии удалось 1 февраля 1940 года возобновить наступление в районе Карельского перешейка. Ежедневно, на протяжении нескольких дней, финские позиции подвергались мощным артиллерийским обстрелам.

Вспомогательные удары двух дивизий Красной Армии в районе Ладожского озера, закончились окружением и уничтожением этих дивизий.

11 февраля 1940 года, с утра, началось главное наступление, в ходе которого с большими потерями были взяты несколько оборонительных рубежей финской армии. Тяжелые бои продолжались вплоть до заключения перемирия.

После подписания мирного договора территории, уступленные Финляндией Советскому Союзу, были объединены с Советской Карелией, и была образована Карело-Финская ССР.

Во время Великой Отечественной войны армия Финляндии, союзницы фашисткой Германии, вторглась на территорию СССР. С 1941 года по 1944 год большая часть Карело-Финской СССР была занята финнами. Множество мирных граждан и советских военнослужащих попали в финские лагеря. В составе финских войск воевали и части немецкой армии, однако, несмотря на большие усилия, финнам не сразу удалось занять всю Карелию. Так сильно укрепленный полуостров Рыбачий немецким частям в составе финской армии взять не удалось. Особенно тяжелыми были бои за Петрозаводск, который обороняли части 114-ой дивизии Красной Армии.

Во время оккупации на территории Карелии, по финским данным, умерло более 18 тысяч советских граждан из 64 тысяч прошедших через финские лагеря.

Многие из жителей Карелии вынуждены были бежать от захватчиков в другие регионы Советского Союза, а мужчины в большом количестве шли служить в Красную Армию, многие из них в 1944 году освобождали от финнов свою «малую» Родину.


Послевоенный период в истории Карелии

После войны Карелия постепенно начала возвращаться к мирному укладу жизни, были восстановлены промышленные предприятия, колхозы и совхозы. Однако уже к середине – концу 70-х годов в Карелии, как и в других регионах Советского Союза. Началось снижение темпов промышленного и социального роста, что в первую очередь было вызвано тем, что административно-командная система управления государством не могла оперативно реагировать на новые кризисные явления.

9 августа 1990 года в результате различных факторов, в первую очередь кризиса государственной власти, Верховный Совет Карелии принял решение одобрить декларацию, провозглашавшую государственный суверенитет Карельской АССР. 13 ноября 1991 года Карельская АССР была переименована в Республику Карелия, а 31 марта 1992 года был подписан федеративный договор о вхождении Карелии в состав Российской Федерации.

90-е годы в Карелии, как и во всей России, отмечены тем, что уровень доверия к государству был невысок, рост рыночных отношений приводил зачастую к росту криминала в регионе, стоит отметить и рейдерские захваты многих предприятий в Карелии.


Ситуация постепенно стабилизировалась, и к концу 90-х годов регион постепенно начал справляться с кризисными ситуациями.

Сейчас Карелия не только один из центров деревообрабатывающей и металлургической промышленности, она является одним из важных регионов на севере России, связывая порт Мурманск с центральными регионами страны.

Источник: www.arrivo.ru

С.И. Кочкуркина. Народы Карелии: история и культура.
Петрозаводск, 2004.

ЭПОХА КАМНЯ И РАННЕГО МЕТАЛЛА

Природа и человек — это взаимосвязанная сложная экосистема, общую картину которой удается исследовать лишь совместными усилиями археологов, геологов и палеогеографов. Территория Карелии и близлежащие районы располагаются на восточной окраине Балтийского щита. Основные формы рельефа сложились в докембрийское время, финальная фаза его формирования пришлась на голоцен. Освоение территории Карелии человеком находилось в тесной связи с динамическими природными процессами в раннем голоцене. Изменения береговой линии водоемов, климата, растительного и животного мира непосредственно влияли на расселение человека и выбор мест для поселений.


С начала ледниковой эры территория Карелии периодически покрывалась ледниками, а в межледниковые стадии — морскими водами. Окончательное освобождение ее от ледника началось 12-11 тысяч лет назад и позже (не удивительно — север!), по сравнению с южными областями России.

С потеплением льды начинали таять, но возвраты к холодам еще наблюдались. Зимы стояли суровые и малоснежные, лето — прохладное и короткое. Постепенно создавались условия для проживания человека. Поначалу выросли трава и кустарник, а затем и деревья. В широколиственно-хвойных лесах появились северные олени, лоси, бурые медведи, лисицы, зайцы, рыси, кабаны, водоплавающие птицы: гуси, утки, лебеди; в реках завелись ряпушка, сиг, семга и лосось.

Заселение Карелии человеком произошло предположительно 9-8 тысяч лет тому назад в VII-VI тысячелетиях до н. э. Откуда пришли люди в Карелию? Трудно точно ответить на этот вопрос. Слишком мало у археологов достоверных фактов о начале жизни в нашем крае, но то, что заселение Карелии произошло в эпоху мезолита, несомненно.

Мезолит (в переводе с греческого — средний каменный век) занимает промежуточное положение между палеолитом (древний каменный век) и неолитом (новый каменный век). Памятников палеолита в Карелии нет, а мезолитические известны. Исследователи полагают, что первоначальное заселение Карелии шло с юга из бассейна реки Волги, т.е. из тех территорий, которые раньше освободились от ледника. Поселенцы умели изготавливать орудия труда, строить жилища, добывать пищу и в довольно короткий срок, как отмечают археологи, приспособились к новым условиям жизни.


Размещение древних стоянок в Карелии, как уже упоминалось, зависело от природных условий и хозяйственного уклада жизни. Люди устраивались на древних (не современных!) берегах озер, обычно южных, на длинных мысах-полуостровах. Археологические памятники каменного века представлены поселениями (стоянки, стойбища и т.д.). Остальные виды памятников редки и о них подробнее будет сказано ниже.

Мезолитическая эпоха в Карелии, начавшись 9-8 тысяч лет тому назад, длилась примерно 1,5-2 тысячи лет. Больше всего мезолитических поселений обнаружено в южной части Карелии. На севере из-за сурового климата, бедной растительности, трудных условий жизни поселений было меньше. На северных мезолитических памятниках не обнаружено следов постоянных жилищ. На кратковременных стоянках они делались на скорую руку, вроде шалашей, поэтому следов их обнаружить пока не удалось.

В южной Карелии в ту далекую эпоху жизнь протекала более активно. Берега Онежского озера привлекали внимание древних поселенцев. На протяжении длительного времени заселялись одни и те же наиболее удобные с точки зрения первобытного человека места. Устраивались прочно: строили жилища, углубленные в землю с целью сохранить тепло, еду готовили па кострах и очагах, а для того чтобы огонь горел равномерно, с подветренной стороны сооружали заслон. Орудия труда делали из сланца и кварца, т.е.
пород, часто встречающихся в Карелии, а также из кости, дерева и кремня (кремень древние жители приобретали у соседей). Люди знали свойства горных пород и соответственно их использовали. Так, из сланца делали крупные орудия для землеройных и деревообрабатывающих работ, из кварца и кремня, дающих при обработке острые края, — скребки, скобели для обработки шкур, наконечники для стрел, ножи и т.д. Мастера владели техникой пиления, оббивки, ретуши, умели шлифовать, сверлить. Они научились придавать куску камня определенную форму, можно сказать, проектировали ее. Отшлифованная, гладкая поверхность улучшала свойства орудий труда. Рубить шлифованным топором, вероятно, и легче, и быстрее, потому что уменьшается трение о дерево, камень и т.д. Добытые опытом эти знания учитывались древними людьми при изготовлении разнообразных рабочих инструментов.

Можно задаться вопросом — сколько же времени тратил первобытный человек на изготовление, к примеру, топора? Раньше бытовало мнение, что на это тратилось очень много времени, чуть ли не месяцы. В экспериментальных условиях археологи установили, что, даже не имея опыта, из куска сланца за 2,5-3 часа можно сделать топор. Сланцевым топором за 15 минут можно срубить сосну диаметром 25 см, а современным топором, для сравнения, такое же дерево — за 2-3 минуты.

В эпоху мезолита из кости и рога делали орудия труда и предметы украшения. Обнаружено несколько обломков орнаментированных костяных изделий. Прекрасные образцы таких изделий обнаружены в Оленеостровском могильнике . Особенно выразительны так называемые жезлы из рога, изображающие голову лося, а также скульптурки в виде извивающихся змей, человеческие фигурки.


Карелия того периода отличалась богатым животным и растительным миром, теплым и влажным климатом, температурой на 3-4° выше современной. Менялись условия жизни, совершенствовался и сам человек. Он становился более сильным, ловким и умелым. Поселения этого времени имели большую площадь (2500-3500 м2) с тремя-пятью прямоугольной формы жилищами, углубленными в землю на 40-60 см. Крыша, предположительно, двускатная, иногда плоская, возможно, покрывалась для сохранения тепла дерном. Сеней или тамбуров у жилищ на этом этапе не существовало. Вход-выход располагался с южной стороны параллельно береговой линии или перпендикулярно ей. Отапливалось жилище очагом и кострищем. Пол, видимо, был земляным. Рядом с жилищами устраивались хозяйственные пристройки, очаги. Кроме постоянных зимних поселений в эпоху мезолита существовали сезонные поселения, посещавшиеся только летом для охоты, изготовления орудий труда и, возможно, рыболовства. Охотились на животных, применяя всевозможные ловушки, силки, западни и т.д. В этот период была приручена собака, верный помощник на охоте и надежный сторож.

Рыболовство у нас на севере тоже древний вид промысла. Рыба часто спасала людей от голодной смерти. Самой старой сети, найденной археологами на Карельском перешейке, 9300 лет. Она сплетена из ивовой бечевки узелковым способом. Длина сети 27-30 м, высота 1,5 м. Поплавки изготовлены из сосновой коры, грузила — каменные.

Эта знаменитая находка имеет свою историю. В 1914г. финляндский археолог Сакари Пяльси на глубине чуть меньше метра в торфе, прекрасно сохраняющем органические остатки, выявил следы произошедшего около 10 тысяч лет тому назад несчастного случая, произошедшего с рыбаком, передвигавшимся в лодке с сетью и рыболовными принадлежностями по древнему проливу между Балтийским морем и Ладогой. Сам рыбак, вероятнее всего, остался жив, поскольку останков его не обнаружено, а снасти, интерес к которым сохраняется по сей день, достались археологам.

Замечательным изобретением человека в мезолите был лук и стрелы. Лук — дальнобойное орудие, размером в половину человеческого роста и даже чуть больше — способствовал развитию индивидуальной охоты. Деревянные стрелы с наконечниками из камня и кости имели оперение. Кроме того, люди научились изготовлять лодки, сани, лыжи.

На территории Карелии кроме обычных поселений есть уникальные памятники. Ценность их не только в редкости и необычности. Она заключается в богатейшей информации, которую они дают для изучения древнейшей истории. К числу таких памятников относится Оленеостровский могильник. Он располагался на вершине небольшого острова Южный Олений. Могильник был открыт в начале 30-х гг. XX в. случайно при добыче известняка. Именно известняк сыграл консервирующую роль и сохранил захоронения людей. О находках человеческих костей сообщили в Карельский государственный краеведческий музей. Но обстоятельства сложились так, что к раскопкам приступили лишь в 1936 г. В процессе археологического исследования в 1936-1938 гг. выявлено 177 погребений людей. Их, конечно, было больше (возможно, 600), но они уничтожались в процессе хозяйственных работ. Могилы из-за каменистости грунта неглубокие, в среднем около 60 см. Большинство погребенных находилось в горизонтальном положении, 118 — на спине, пятеро (или трое?) — на боку, трое — в скорченном состоянии в позе спящего человека: у них ноги сильно согнуты в коленях и подтянуты к груди, а кисти согнутых рук покоятся у подбородка. Четверо умерших захоронены в полувертикальном положении (под 45°). Основная ориентация головой па восток с некоторым отклонением к северу, реже — к югу. Встречались одиночные погребения (132), парные (18) и тройные (3). В парных лежали мужчина и женщина (4 случая), женщина с женщиной (2), женщина с ребенком (3), мужчина с ребенком (3), двое детей (2), неопределенных — чет ыре. Кроме того, исследована могила, в которой погребены трое мужчин, в другой захоронен мужчина с двумя женщинами, в третьей могиле — трое детей.

Антропологи, тщательно изучившие костные остатки, восстановили физический облик умерших: высокий рост у мужчин (170-175 см), широкое лицо и покатый лоб говорят о том, что в могилах покоятся представители северных европеоидов. Антропологи определили и приблизительный возраст погребенных. По их данным, захоронены в основном люди зрелого возраста, небольшое количество детей старше 5-6 лет, а также юноши и старики. По всей вероятности, для детей существовал иной обряд погребения. Этнографическая литература дает тому много ярких примеров, например, у некоторых сибирских народов существовал обычай подвешивать умерших детей в лукошке на дереве. До глубокого старческого возраста, вероятно, древние оленеостровцы не доживали. Покойников посыпали охрой — природной минеральной краской красновато-оранжевого цвета. По-видимому, она являлась в представлении первобытных людей символом крови, символом огня. Умерших нарядно одевали и снабжали необходимыми вещами для перехода в потусторонний мир.

Всего в погребениях найдено свыше 7 тысяч предметов. Большинство из них — это украшения-подвески и ожерелья из резцов лося, бобра, клыков медведя, гальки. Из рога лося изготовлены так называемые жезлы (Исследователи полагают, что жезлы принадлежали не рядовым членам первобытного общества, а их предводителям), из кости — кинжалы с головой лося, человекоподобные и змеевидные скульптурки, наконечники гарпунов. По расположению украшений на скелетах удалось восстановить костюм древних оленеостровцев. Как выяснилось, они пользовались такой одеждой, которая надежно защищала их от капризов природы, северных ветров, от дождя и снега. Обувь, штаны, куртка и капюшон шились из шкур животных костяными иглами или проколками. Вместо ниток использовались сухожилия лосей и оленей, а также, может быть, волокна крапивы, лыка и других растений. Одежда украшалась зубами лося и бобра, клыками медведя, подвесками из кости и камня. Женская одежда отличалась от мужской лишь фартуком и тоже оптимально была приспособлена к суровым местным условиям. Датировка могильника до сих пор не считается бесспорной. Если использовать только результаты радиокарбонового метода, то время его существования определяется длительным промежутком времени 10 000-5600 лет назад, что явно противоречит археологическому материалу. В последнее время высказана точка зрения, согласно которой могильник возник в первой половине VI тысячелетия до н.э. (Филатова В.Ф., 2002).

НЕОЛИТ — новый каменный век. Неолитическая эпоха на территории Карелии начинается с середины V тысячелетия и заканчивается в конце III тысячелетия до н. э. На этом историческом этапе древнее население научилось лепить глиняную посуду, поэтому неолит называют еще керамическим веком. Открытие неизвестного в природе материала — безводного силиката, т.е. обожженной глины — стало знаменательным событием в истории всего человечества. На территории Карелии неолит длился около 2 тысяч лет.

Процесс изготовления посуды начинался с поисков подходящей глины. Из глины с водой готовили тесто, при этом важно было соблюсти пропорции: излишек воды приводил к расползанию глиняной массы, недостаток — к появлению трещин. В тесто вводились различные примеси, т е. отощители глины пух, перья, помет птиц, шерсть животных, растительность, иголки асбеста В Карелии наиболее часто употреблялись песок и дресва (дробленый камень гранитовых и гнейсовых пород). Примеси использовались для уменьшения усадки глины во время высушивания и обжига изделий, увеличения их огнестойкости.

Следующий этап — создание сосуда. Вначале из комка глины выдавливалось дно сосуда, затем глиняными жгутами, уложенными виток к витку, наращивали стенки до самого края — венчика. Сосуду придавали нужную форму, места стыков заглаживали пучком травы, щепками и другими подручными материалами, позднее на еще не высохшую глину наносился орнамент Посуда украшалась от центра донышка до венчика разнообразными узорами из ямок, отпечатков штампов в виде зубчиков гребенки, рыбьих позвонков Узоры не только украшали посуду, но и способствовали лучшей просушке и обжигу на костре, предохраняли ее от деформации, растрескивания Это были первые шаги к красоте, орнаментальному искусству, а ошибки легко исправляли достаточно смочить поверхность и вновь ее загладить.

Для археологов форма, орнаментация и особенности глиняного теста посуды являются главным источником изучения культурных связей древнего населения с ближайшими территориями и с дальними, в частности для выяснения вопросов: откуда, когда и каким образом появилось население, с кем имело постоянные контакты, ибо глиняная посуда отражает этнографические особенности населения не только отдельного поселка, но и целого ряда поселков или даже региона.

Следующая стадия в изготовлении сосуда — высушивание. Как показали эксперименты, нельзя сушить сосуды на ветру, на солнце, в закрытом помещении. От ветра и солнца трескаются стенки, в помещении же сушка замедляется, идет неравномерно, в результате чего появляются трещины. Предполагается, что древние мастера сушили свои изделия продолжительное время, периодически поворачивая их И главное, что могло предотвратить резкую усадку, это большой процент отощителя в тесте.

Заключительная операция — обжиг Он проводится при температуре 450-750° на открытом воздухе при равномерном огне, иначе сосуды с треском лопались На обжиг уходило около 10-12 часов, не считая времени на постепенное остывание керамики. Обжиг на костре был некачественным, вследствие чего сосуды получались непрочными По этой причине при раскопках неолитических поселений обнаруживается масса обломков глиняной посуды. Посуда эпохи неолита — от игрушечных сосудиков до огромных двухведерных емкостей — круглодонная и остродонная. Плоскодонные горшки будут изобретены позднее. Появление глиняной посуды свидетельствует об оседлом образе жизни населения. Бродячие охотники пользовались, вероятнее всего, небьющимися сосудами из дерева, кожи, бересты. В горшках хранили продукты и варили еду. Пища стала вкуснее и разнообразнее, что в свою очередь повлияло на биологическое развитие человека. Глиняная посуда, закопанная в песок, предохраняла продукты от высыхания, гниения, поедания их грызунами, способствовала созданию некоторых запасов еды.

Самыми ранними типами керамики в эпоху неолита является керамика сперрингс и ямочно-гребенчатая. Первый тип назван по сходству с керамикой, найденной в Финляндии у населенного пункта Сперрингс примерно в 20 км южнее г. Хельсинки. Керамика отличается своеобразным орнаментом, в котором различаются три элемента: позвонковый, веревочный и прочерченные линии. Ямочно-гребенчатая керамика орнаментирована ямками и гребенчатым штампом.

Поселения этого времени по-прежнему располагаются на сухих песчаных берегах рек и озер. Их топографические особенности со времен мезолита не изменились. Довольно благоприятные природно-климатические условия способствовали росту населения и освоению новых территорий. Это выразилось в увеличении числа памятников.

Жилища строились или в виде чума, крытого ветками и шкурами животных, углубленного в землю до 40-60 см, или срубных прямоугольных жилищ площадью от 18 до 70 м2 и тоже углубленных до 70 см. У таких домов выходы сделаны в виде коридоров. Отапливались помещения кострищами. На одном из самых крупных неолитических поселений близ Петрозаводска, в местечке Сайнаволок, обнаружено 18 таких домов. Некоторые из них соединялись друг с другом коридорами, образуя из 2-3 жилищ общий дом.

Каменный инвентарь унаследовал многие традиции мезолитической поры, но усовершенствовался. Представлены орудия для охоты, рыболовства, обработки добычи. Совместная трудовая деятельность сплачивала людей, помогала накоплению и передаче знаний и опыта. Так па протяжении многих поколений вырабатывался охотничье-хозяйственный календарь: когда, на какого зверя и где нужно охотиться.

В неолите возникает первобытное искусство. Наскальные изображения – петроглифы — появились в Карелии около 6-5 тысяч лет тому назад, в IV-III тысячелетиях до н.э. Сейчас это всемирно известные памятники на восточном побережье Онежского озера и на севере около г. Беломорска. Как уже упоминалось, одни из них открыты в середине XIX в., другие -в 20-х гг. XX в. 5 сентября 1963 г. археологическим отрядом Института языка, литературы и истории КарНЦ РАН под руководством Ю. А. Савватеева при раскопках древнего поселения были выявлены новые группы петроглифов в районе г. Беломорска. Эстонскими любителями древнего искусства в течение нескольких полевых сезонов на восточном берегу Онежского озера проводились поиски наскальных изображений, итогом которых стало открытие в 1986 г. на мысе Кочковнаволок (в 1 км севернее устья р.Водлы) двух групп изображений, насчитывающих 150 фигур (Пойкалайнен В., Эрнитс Э, 1990, с. 104-111).

Петроглифы выбивались на гладкой горизонтальной скале точечными ударами. Среди изображений есть одиночные и целые сцены из жизни людей того времени. Первобытные художники изображали лук и стрелы, дротики и копья, гарпуны, разные капканы-самоловы. Имеются труднопонимаемые и необъяснимые магические и символические изображения. Наиболее часто, более 300 раз, выбивались лодки, вереницы лодок: большие и малые самой разной формы с гребцами и без них. Носовая часть украшалась деревянной головой животного, обычно лося. На некоторых лодках, напоминающих современные баркасы, выходили в море и преодолевали большие расстояния. Чаще всего на петроглифах изображали лосей и оленей, потому что именно на них охотились в первую очередь; есть изображения медведя, из морских животных представлены белухи, а из птиц — гуси и лебеди.

Люди не знали букв, не умели читать и писать, но делали «записи» на память о жизни, обрядах, своих представлениях. И делали это с помощью выбиваемых на камне рисунков. Не все можно расшифровать, не всегда понятен замысел первобытного художника, когда он создавал те или иные образы и сцены, но ученые продолжают изучение петроглифов, размышляют над ними. Можно надеяться, что когда-нибудь будет разгадан их первоначальный смысл.

В позднем неолите получила распространение гребенчато-ямочная керамика. На ней наряду с разнообразными ямками часто используются гребенчатые узоры, образующие иногда геометрические композиции: треугольники, ромбы, зигзаги, косую сетку.

Эпоха раннего металла подразделяется археологами на энеолит — период, когда население стало использовать медные изделия, и на бронзовый век — время освоения бронзолитейного дела.

ЭНЕОЛИТ — медно-каменный век — датируется серединой III тысячелетия до н.э. — первой половиной II тысячелетия до н.э. Отличается от предшествующей эпохи тем, что па поселениях появляются изделия из местной самородной меди, выполненные методом холодной ковки. В энеолите начинает проявляться неравномерность исторического процесса в различных географических зонах. На юге нашей страны в это время широко используются медные изделия, а вот каменный инвентарь количественно и качественно уступает им. Идет интенсивное развитие производящих форм хозяйства — земледелия и скотоводства, наблюдаются и другие изменения в жизни людей, например, появляется плоскодонная, богато орнаментированная керамика.

В Карелии использование меди не привело к радикальным изменениям ни в орудиях труда, ни в охотничье-рыболовческом хозяйстве, ни в образе жизни. По-прежнему господствовали каменные орудия труда. Поэтому энеолит, являясь переходной от неолита к бронзе эпохой, на карельском археологическом материале прослеживается слабо. По этой причине нелегко разграничить памятники позднего неолита и энеолита, которые к тому же часто занимают одни и те же места по берегам рек и озер.

Площадь поселений эпохи энеолита с большим количеством жилищ достигала порой 5000 м2. Большинство построек — срубные, прямоугольные, углубленные в землю, площадью до 100 м2. Иногда некоторые постройки соединялись переходами. Каменные орудия разнообразны и более совершенны. Шлифовка некоторых из них достигала зеркального блеска. Появляются новые предметы, связанные с добычей и обработкой меди.

Керамика, украшенная узорами из ромбических ямок или ромбическая, получила широкое распространение в это время, в позднем энеолите входит в обиход керамика с примесью асбеста. В энеолите встречены антропоморфные глиняные фигурки, а также глиняные сосуды с выступами, изображающими человеческие лица. На одном из горшков изображены лебеди.

О связях с населением Прибалтики в эпоху позднего неолита-энеолита свидетельствуют янтарные изделия (192 экз.), найденные на 34 памятниках Карелии (см.: Жульников A.M., 1999, рис. 67). Около половины всех находок обнаружены в северной Карелии в Беломорском районе. Например, на поселении Залавруга II под каменной кладкой, видимо, в могиле найдены 68 круглых изделий и подвесок из янтаря от желтоватого до коричневато-красного цвета. Круглые изделия с двумя несквозными отверстиями очень напоминают современные пуговицы. Среди них есть мелкие и более крупные экземпляры. У подвесок, напротив, отверстия в верхней части сквозные. Форма их разнообразна: прямоугольная, трапециевидная, округлая, овальная; некоторые имеют зубчатые края (Савватеев Ю.А. Залавруга, 1977, рис.90).

Эпоха бронзы датируется второй половиной II тысячелетия — серединой I тысячелетия до н.э. На территории Карелии по-прежнему основными занятиями населения оставались охота и рыболовство. Поселения эпохи бронзы небольшие — 200-400 м2. Это в основном кратковременные стоянки, некоторые сезонного характера с легкими наземными жилищами, круглыми в основании, напоминающими чумы, и отапливаемыми очагами. Использовалась так называемая сетчатая керамика, принесенная в Карелию населением из Верхнего Поволжья. Следов использования местной самородной меди археологами не выявлено, однако встречены обломки тиглей, в которых плавили металл, обломки литейных форм. Это свидетельствует о производстве бронзовых изделий. Население по-прежнему продолжало пользоваться каменными орудиями.

Настоящим открытием человечества, которое привело к кардинальному перевороту во всех сферах его деятельности, явилось производство железа и широкое его внедрение в быт и хозяйство. Об этом рассказ в следующей главе.

ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК

Впервые железо упомянуто в переписке египетского фараона с хеттским царем в XIV в. до н. э. В течение некоторого времени железо считалось очень дорогим материалом, употреблявшимся даже в ювелирном производстве. В гробнице египетского фараона Тутанхамона найден золотой браслет с инкрустацией из железа. Известны и другие примеры. На территории бывшего СССР первые железные изделия обнаружены в Закавказье, где они широко использовались в первой половине I тысячелетия до н.э. Распространение железных изделий способствовало важным общественным изменениям, приведшим позднее к созданию классового общества и государства. Открытие железа не могло состояться случайно, как это, вероятно, произошло в эпоху энеолита с медью. Процесс получения сыродутного железа требовал соблюдения определенных технологических условий и, в первую очередь, специальных сооружений: печей, горнов, домниц, в которых при определенном температурном режиме протекали соответствующие химические процессы для получения металла из руды.

В горне, загруженном мелко истолченной железной рудой и горящим древесным углем, при подаче воздуха происходила химическая реакция, в результате которой крупицы восстановленного железа по мере сгорания угля опускались вниз и сваривались, образуя губчатый ком — крицу, насыщенную жидким шлаком, т.е. железо не плавилось, а варилось. Крица получалась пористой, с большим количеством примесей, а железо -низкого качества. Пройдет еще немало столетий, прежде чем будут найдены способы получения высококачественных сталей.

Общедоступность сырья и сравнительная легкость получения из него железа поставили население различных регионов в равные условия, и это способствовало равномерному социально-экономическому развитию юга и севера, запада и востока.

В Карелии приобщение к железу произошло более 2000 лет тому назад, и длился этот период примерно около 1000 лет, т.е. с VI-V вв. до н.э. по VI-VII вв. н.э.

Отголоски этих событий сохранились в памяти народа, и вот как об этом сказано в эпосе «Калевала»:

Из болот железо взяли.

Там на дне его отрыли,

Принесли его к горнилу.

Положил кузнец железо,

Поместил в огонь горнила

И мехи привел в движенье,

Трижды дуть их заставляет.

Расплавляется железо,

Размякает под мехами,

Точно тесто из пшеницы

Иль для черных хлебов тесто,

Там, в огне кузнечном сильном,

В ярком пламени горнила. (9:154-166)

В эпоху железа поселения охотничье-рыболовецких культур размещаются в тех же географо-топографических условиях, что и памятники предшествующей поры. С поселениями эпохи бронзы их роднит отсутствие признаков оседлого быта — постоянных жилищ, но занимают они гораздо большую площадь, около 2000 м. Создавались поселки и поменьше (около 1000 м2) с одним-двумя жилищами. Жилые постройки, как и в эпоху бронзы, напоминали чум с диаметром основания до 6 м и очагом в центре.

В быту чаще всего использовалась круглодонная и плоскодонная посуда в виде горшка или чаши с гладкой, штрихованной, иногда сетчатой поверхностью (Рис.6). Истоки этой культуры восходят к ананьинской культуре, памятники которой известны на востоке России, в Приуралье, по рекам Каме, Вятке, Белой и датируются VII в. до н.э. — III в. н.э. Элементы чужой культуры воспринимались населением Карелии по-разному, по-разному адаптировались и пришельцы к местной среде При продвижении на запад ананьинские черты утрачивали свою силу.

На поселениях железного века и раннего средневековья не выявлено следов использования самородной меди. Бронза, как считают исследователи, поступала в Карелию из восточных районов европейской части России в виде готовых изделий, в основном предметов украшения. Как показал спектральный анализ, состав бронзы у них типично приуральский. Остатки медно-бронзового литья немногочисленны. Встречались обломки тиглей, глиняных форм для отливки круглого медно-бронзового прута, медные шлаки.

В настоящее время в Карелии на памятниках охотничье-рыболовецких культур эпохи железа и раннего средневековья обнаружен 61 пункт с находками железных шлаков и 13 из них — с остатками 26 примитивных горнов для производства сыродутного железа. Карелия богата залежами болотной и железной руды. Например, запасы оз. Сямозеро, на берегах которого найдена половина из всех известных горнов, насчитывают 780 тысяч тонн руды, причем содержание железа в ней достигает 47% (Карельская АССР, 1962).

В Карелии применялись горны трех типов: примитивные сооружения однократного пользования, горны в виде небольших ящиков из каменных плит многократного использования (средние размеры их 0,4 х 0,6 х 0,3 м) и горны, сложенные из глины и камней (1,2-0,7 х 0,6-0,5 м). Один из них датирован радиокарбоновым методом 1I-1V вв п э. (Косменко М.Г, Манюхин И С., 2000).

Постепенно процесс производства железа совершенствовался Он считался сложным и недоступным для несведущего человека К тому же кузницы всегда располагались далеко от жилищ, что исключало опасность пожара и усиливало таинственность происходящего. Вот почему кузнеца боялись. Недаром в русском языке слово кузнец и козни происходят от одного корня. А в древнерусском языке слово кузнец имело еще и другое значение: колдун, чародей; странствующий актер.

Пока железо считалось диковинкой, пользовались каменными орудиями, но как только выявились его практические ценные свойства, оно постепенно вытеснило все другие материалы. Железоделательное производство в эпоху средневековья археологически зафиксировано у всех народов европейского Севера. Общедоступность местных запасов сырья и овладение передовыми технологиями обеспечили его высокий уровень в финно-угорской среде. Особенно активно запасы меди и железной руды Карелии использовались в петровское время.

Роль железа в развитии земледелия, скотоводства и других видов хозяйства трудно переоценить. Применяя новые орудия труда, удавалось проделать большую, нежели каменными орудиями, работу за более короткий срок. При такой вооруженности уже необязательно охотиться коллективом, можно добыть зверя и в одиночку. Небольшая семья могла с помощью лошади и железных орудий труда превратить лесной участок в пахотную землю, засевать его и получать урожай.

Домашние животные давали не только пищу. Из шерсти овец ткали материал для одежды. Добытые на охоте шкурки пушных зверей можно было обменять, продать. Постепенно в руках некоторых семей стали скапливаться излишки продуктов, пушнины, ремесленных изделий. Это привело к имущественному неравенству и зарождению классового общества. Определенная группа людей богатела и, сосредоточив в своих руках значительные материальные ресурсы, обрела власть над простыми людьми. Различия между группами людей, которых становилось все больше и больше, привели к разделению на классы.

Эпохой железа завершается археологическая периодизация, в основу которой положен материал, используемый для изготовления орудий труда (эпоха камня и раннего металла, железный век). В отечественной научной литературе для обозначения древностей пост/после железного века введена историческая терминология — эпоха средневековья: IV-IX вв. -эпоха раннего средневековья; X-XIV вв. — эпоха развитого средневековья. Наступило время возникновения Древнерусского государства и формирования этносов на северо-западе России.

Источник: www.vottovaara.ru

В ходе Северной войны (1700—1721 гг.) Россия одержала победу над сильнейшей в то время европейской державой — Швецией и окончательно утвердилась на берегах Балтийского моря. Выход на Балтику и реформы Петра I в области экономики, финансов, военного дела и др. существенно способствовали развитию товарно-денежных отношений и росту производительных сил страны.

Северная война и петровские реформы затронули и Карелию, отразились на всех сторонах жизни карельского народа. На плечи населения края ложились немалые тяготы войны. Часть годных к военной службе карел была мобилизована и сражалась в составе русских регулярных войск. Жители карельских погостов вместе с русским населением участвовали в ремонте старых крепостей и строительстве новых военных укреплений, помогали небольшим воинским подразделениям нести пограничную службу и отражать

многократные нападения шведских войск на местность, прилегав-шую к Олонцу, и на территорию Лопских погостов.

Как и в прежние времена, карельское население вело против врага активную партизанскую борьбу, особенно в начальный пери-од войны. Известны, например, действия олонецких партизан под руководством «карельского выходца» священника Ивана Окулова. Его отряд, насчитывавший до тысячи человек, наносил чувстви-тельные удары по шведским гарнизонам, расположенным в северном Приладожье. Во время одного такого похода, по сообщению первой русской газеты «Ведомости», партизаны И. Окулова разгромили четыре вражеские заставы и обратили в бегство отряд шведской кавалерии, захватив при этом богатые военные трофеи. Ратные дела карельских партизан получили одобрение царя, который отметил И. Окулова и его сподвижников наградами.

Многие жители карельских селений были привлечены к участию в важном военном мероприятии Петра I — сооружении так называемой «Осударевой дороги». По приказанию царя летом 1702 г. ценой огромных усилий тысяч карельских и русских крестьян за короткий срок через лесные чащи, реки и болота был проложен путь от Нюхчи до Повенца, по которому для военных дей- ггвий в южном Приладожье из Белого моря в Онежское озеро перетащили волоком два фрегата и перебросили собранные в Архангельске воинские части. Они приняли участие в штурме и взятии шведской крепости Нотебург (бывшая русская крепость

С самого начала Северной войны и до ее окончания население было обязано в принудительном порядке участвовать в перевоз-

Рост перевозок по водным путям требовал увеличения количества речных судов. Были построены Сясьская, а затем и самая крупная — Олонецкая (Лодейнопольская) верфи на р. Свирь. Для строительства судов не только в Олонецком уезде, но и за его пределами в широких масштабах набирали славившихся своим искусством олонецких плотников. Тысячи крестьян, приписанных к верфям, заготовляли и доставляли туда корабельный лес, смолу и другие материалы. Население Олонецкого уезда, в том числе и карельское, сыграло немаловажную роль в создании русского

Самое широкое участие население Карелии в годы Северной войны приняло в строительстве, а затем и обслуживании Олонецких Петровских металлургических заводов, игравших первостепенную роль в снабжении армии и флота вооружением, боеприпасами

К началу Северной войны в Заонежье продолжали действовать четыре небольших частных железоделательных завода. Однако они, хотя и приступили к выполнению военных заказов и вскоре были отобраны в казну, не могли обеспечивать все возрастающие потребности в металле. Поэтому правительство решило приступить к строительству новых, более крупных и совершенных казенных металлургических заводов. В том же Заонежье в короткий срок возникли Алексеевский и Повенецкий железоделательные заводы. Осенью 1703 г. в Шуйском погосте на берегу Онежского озера, в устье р. Лососинки, началось строительство самого крупного металлургического завода, названного Петровским. (Возникшая рядом с ним слобода положила начало будущему городу Петрозаводску.) В 1707 г. стал давать продукцию Кончезерский медеплавильный и железоделательный завод.

Казенные Олонецкие Петровские заводы уже в первое десяти-летие своего существования в значительной мере обеспечивали нужды армии и флота в вооружении. Они изготовили до тысячи орудий, большое количество ядер, ружей, корабельных якорей и других изделий. Подъема олонецкая казенная металлургия достигла во втором десятилетии XVIII в. В это время в полную силу работали Петровский, Повенецкий и ставший железоделательным Кончезерский заводы, на которых было сооружено несколько новых доменных печей, позволивших существенно увеличить выплавку металла и, следовательно, наращивать выпуск не только воору-жения, но и некоторых видов мирной продукции. Способствовало этому также и увеличение на заводах численности квалифициро-ванных кадров металлургов и оружейников. С окончанием Север* ной войны, когда отпала необходимость производить в большом объеме военную продукцию и продолжала развиваться металлурги^ ческая промышленность на Урале, Олонецкие Петровские заводы, ставшие для казны убыточными, начали приходить в упадок и к середине 30-х гг. XVIII в. кроме Кончезерского, совсем прекратили свою деятельность.

Резкое падение казенной карельской металлургической про-мышленности все же не означало полной ее ликвидации. Уже к середине XVIII в. вновь несколько оживилось производство железа и железных изделий на Кончезерском заводе. В 1752 г. рядом с развалинами Петровского железоделательного завода был построен медеплавильный, тоже названный Петровским. Через двадцать лет, в 1773—1774 гг., там же, в Петровской слободе, возник Александровский пушечный завод, являвшийся до начала XIX в. одним из крупнейших и передовых по техническому уровню предприятий металлургической промышленности России.

Олонецкая крупная казенная металлургическая промышленность, возникшая вблизи Онежского озера, непосредственно затрагивала лишь восточную окраину заселенной карелами территории, т. е. Шуйский и некоторые Лопские погосты, служившие вместе с северо-западным Заонежьем главной сырьевой, прежде всего железорудной и топливной, базой Петровских заводов. Тем не менее, заводы вначале и потом втягивали в орбиту своей деятельности карельское, равно как и русское, население не только близлежащих Meet, но и самых отдаленных районов, оказывали всестороннее влияние на социально-экономическое развитие всего карельского края.

Строительство и обслуживание Олонецких Петровских заводов, а позднее и других казенных предприятий Олонецкого горного округа требовало много рабочей силы. Эту проблему в условиях феодального строя власти решали путем приписки к заводам крестьянского населения прилегающих районов. В основе такой приписки лежал принцип внеэкономического принуждения. Первыми в ведении администрации Олонецких Петровских заводов оказались крестьяне Кижского погоста, приписанные к заводам Бутенанта задолго до их перехода в казну. Но они работу новых заводов явно не обеспечивали, и в течение 1704—1705 гг. к ним приписали фактически все население (свыше 48 тыс. мужских душ) обширного Олонецкого уезда и частично Поморья, в том числе и крестьян карельских погостов и волостей.

Заводские повинности, ставшие основной частью государственных повинностей, по разверстке должны были нести в той или иной форме все приписные крестьяне. Прежде всего на работу на основном заводском производстве отбиралось много карельских кузнецов, хорошо знакомых с крестьянским железоделательным промыслом. В качестве постоянных («вечных») работников — мас-теровых и работных людей — они стали верными помощниками русских мастеров, привезенных из Тулы и других городов, в деле организации литейного и оружейного производства. Кроме кузнецов и других специалистов тысячи крестьян по очереди постоянно мобилизовывались во всех уголках края на строительство и ремонт заводских помещений, плотин и других сооружений, для выполнения работ как на заводах, так и за их пределами. Наряду с отправкой на заводы большого числа постоянных и временных работников, главной обязанностью приписного населения стали заготовка строительного леса и дров, добывание руды, извести и камня, выжигание угля, курение смолы и доставка всего этого на заводы, а также обеспечение перевозок готовой продукции и других заводских грузов.

Кроме всех перечисленных работ для заводов, отнимавших у крестьян в течение года значительное время, приписное население, наравне с государственными крестьянами, несло и другие государственные повинности — поставка рекрутов, денежные и на-туральные налоги и т. п. В денежных поборах приписных крестьян большую долю составляли так называемые подможные деньги — для содержания посылаемых на заводы людей, которые до 1724 г. за заводские работы никакой платы от казны не получали. Нату-ральные и денежные сборы крестьяне должны были выплачивать не только за себя, но, будучи связанными круговой порукой, и за несостоятельных, разорившихся односельчан и опустевшие кресть-янские дворы.

Непосильные тяготы, возложенные на приписное население Ка-релии в годы Северной войны, резко усилили феодальный гнет и ухудшили экономическое положение крестьянства, повсеместно оказавшегося на грани полного разорения.

В связи с начавшимся сокращением деятельности Петровских заводов некоторые более отдаленные районы (часть Олонецкого уезда, Карельское Поморье) были освобождены от приписки к за-водам и несения заводских повинностей. К 30-м гг XVIII в. общее число приписных крестьян уменьшилось до 13 тыс. душ мужского пола. Однако начавшееся с 50-х гг новое оживление олонецкой казенной промышленности потребовало и нового увеличения при-писного населения. Уже в 1766 г. в подчинении администрации Олонецкого заводского округа находилось около 19 тыс. душ. В дальнейшем, до конца XVIII в., в численности приписных крестьян существенных изменений не произошло. По административному делению 80-х гг. территория Олонецкого горного (заводского) округа, состоявшего из семи вотчин, образованных в целях усиления полицейского надзора за крестьянами и подчиненных правлению заводов, охватывала главным образом только Петрозаводский уезд, в том числе чисто карельские Сямозерскую, Святозер- скую, Вешкельскую, Часовенскую, Вохтозерскую, Кунгозерскую, Салменижскую, Пряжинскую и Мангинскую волости, образовавшие Салменижскую вотчину, а также Линдозерский погост, Видан- скую, Петропавловскую, Мунозерскую и другие волости, полностью или частично заселенные карелами. Среди приписного населения Олонецкого заводского округа во второй половине XVIII в. карелы составляли не менее одной трети.

Виды обязательных работ и повинностей приписных крестьян в пользу казенных заводов и государства оставались прежними, но существенно росли их размеры. С 20-х гг. XVIII в. все крестьянское население облагалось подушной и оброчной податями, размеры которых во второй половине столетия значительно возросли. Основную часть этих податей приписные крестьяне обязаны были отрабатывать как барщину на заводских работах. Размер отрабо-точного оклада в первой половине XVIII в. составлял 1 руб. 10коп. с каждой ревизской души, но в 1760 г. он увеличился до 1 руб. 70 коп. При этом установленная в 20-е годы дневная плата за заводские работы оставалась крайне низкой и неизменной. В летнее время работнику с лошадью она составляла 10 коп., пешему — 5 коп., а в зимнее время соответственно 6 и 4 коп. Особенно резко увеличились повинности приписных крестьян в конце 60-х годов XVIII в. Это было вызвано началом работ на Тивдийских мраморных ломках и на строительстве Лижемского пушечного завода, куда в большом количестве мобилизовывались крестьяне даже в разгар полевых работ С 1769 г. по сенатскому указу оклад заводских повинностей увеличивался до 2 руб. 70 коп.; 1 руб. из них приписные крестьяне могли вносить деньгами.

Новый указ переполнил чашу тёрпения населения Олонецкого заводского округа и вызвал новую волну антифеодальной борьбы приписных крестьян, которая вылилась в открытое крестьянское восстание.

Следует отметить, что крестьяне олонецкой приписной деревни и раньше постоянно выступали против непосильных тягот заводских работ и повинностей. Прежде всего их стихийный протест проявлялся в многочисленных челобитных с требованиями уменьшить гнет, отказах посылать на заводы работников и бегстве не только с заводских работ, но и из своих селений. Наряду с такого рода протестами крестьяне нередко прибегали к более решительным мерам. Так, в 1715 г. карельское население Ребольского погоста, недовольное ростом эксплуатации, отказалось от выполнения непосильных заводских повинностей, и только военной силой удалось его привести в повиновение. В 40-х гг., в течение ряда лет, волнениями был охвачен весь Заонежский полуостров (За- онежье), где крестьяне упорно настаивали на отмене заводских повинностей.

В 1769 г. после повышения оклада заводских повинностей в том же Заонежье повсеместно стали собираться крестьянские сходы (суемы) для обсуждения сенатского указа. Крестьяне, страдавшие от непосильных заводских работ, истолковывали содержание указа в благожелательном для себя смысле: якобы 2 руб. они могли платить деньгами и только 70 коп. отрабатывать на заводах. Исполнение заводских повинностей в денежной форме было для крестьян более выгодным, ибо освобождение от заводских работ давало возможность им шире заниматься различного рода промысловой деятельностью. В конце года в Петербург отправились избранные на сходах ходоки для подачи коллективной крестьянской челобитной в Берг-коллегию с требованием отменить заводскую барщину. Одновременно крестьяне, ожидая благосклонного ответа из Петербурга, останавливали выполнение заводских нарядов.

Вслед за Заонежьем волнение охватило и другие районы Оло-нецкого горного округа, в том числе и все карельские волости. В результате почти полностью прекратились работы на строительстве Лижемского завода и на Тивдийских мраморных ломках.

Обеспокоенное размахом волнения правительство в надежде как-то усмирить крестьян оказалось вынужденным пойти на частичную уступку — отменить в марте 1770 г. обязательные работы на мраморных ломках. В административный центр горного округа — Петровскую слободу — прибыла следственная комиссия с единственной целью — склонить крестьян к повиновению. Однако присутствие следственной комиссии не изменило положения — крестьяне по-прежнему упорно отказывались выполнять заводские работы, и к концу лета 1770 г. заводская деятельность в округе почти полностью прекратилась. Только в начале следующего года новому главе следственной комиссии, прибывшему в округ со зна-чительной воинской командой, путем репрессивных мер и уговоров удалось добиться повиновения некоторой части крестьян округа. Старосты Сямозерской, Святозерской, Салменижской и Мунозер- ской волостей, а также некоторых селений карельской трети Киж-ского погоста явились с повинной. Все остальное приписное насе-ление по-прежнему проявляло свое явное непослушание.

Наивысшего подъема крестьянское движение достигло к весне 1771 г. В Кижском и других заонежских погостах оно переросло в открытое восстание приписных крестьян. Стойкость населения

Заонежья влияла и на крестьян других волостей округа. В част-ности, упомянутая выше повинная крестьян карельских волостей фактически оставалась чисто формальной, так как они не присту-пили к выполнению заводских работ.

К лету народное восстание начало ослабевать. 1 июля 1771 г. у ограды Кижского собора состоялось последнее народное собрание, на которое пришли почти две тысячи крестьян Заонежья. Соб-равшиеся продолжали стоять на своем, пока прибывший сюда карательный .отряд не произвел орудийного залпа по восставшим, в результате чего несколько человек было убито и ранено. После этого крестьяне прекратили сопротивление и решили покориться властям.

Кижское восстание приписных крестьян 1769—1771 гг. явилось одним из наиболее крупных антифеодальных выступлений на тер-ритории Карелии. В борьбе против феодального гнета объединяло усилия все приписное население горного округа независимо от национальной принадлежности — русские, карелы и вепсы, которые в равной мере несли тяжесть принудительного труда и кре-постнических горнозаводских порядков. Как и все народные дви-жения феодальной эпохи, Кижское восстание было стихийным и локальным. В своей борьбе приписные крестьяне оставались разобщенными и не имели руководящего центра. Они не нашли активной поддержки со стороны не приписанной к заводам части черносошных (государственных) и других крестьян края, которые не примкнули к восстанию. Антифеодальная направленность движения сочеталась с наивной верой его участников в царскую милость. Все это и определило слабость Кижского восстания и в конечном счете его поражение.

Жестокая расправа над активными участниками Кижского восстания не прекратила выступлений карельского населения против постоянно увеличивавшегося феодального угнетения. Борьба крестьян — как приписных, так и неприписных — в карельских и русских волостях Карелии продолжалась до конца эпохи кре-постничества. Она выражалась в крестьянских побегах, отказах исполнять подати и повинности и т. п. «Когда было крепостное право,— писал В. И. Ленин,— вся масса крестьян боролась со сво-ими угнетателями, с классом помещиков, которых охраняло, защи-щало и поддерживало царское правительство. Крестьяне не могли объединиться, крестьяне бьи югда совсем задавлены темнотой, у крестьян не было помощников и братьев среди городских рабочих, но крестьяне все же боролись, как умели и как могли»1.

В XVIII и первой половине XIX в. в условиях феодально-кре-постнического строя, несмотря на возникновение и дальнейшее, с периодами некоторого подъема и упадка, развитие казенной ме-таллургической промышленности, рост производительных сил в крае и особенно на территории, населенной карелами, происходил крайне медленно.

Деятельность казенной металлургий, которая сосредоточилась в районе к северо-западу от Онежского озера, располагавшем до-статочной сырьевой базой и удобными водными путями, непосред-ственно коснулась лишь карельских волостей, примыкавших к этой территории. В первой половине XVIII в. предпринимались попытки создать в других районах развития карельских крестьянских железоделательных «промыслов частные металлургические заводы (Тивдийский, Вохтозерский и др.)* Но деятельность частных пред-принимателей— купцов и разбогатевших крестьян — в области металлургии там оживилась только в 60—70-х гг. XVIII в.; был построен ряд железоделательных заводов — Киворецкий, Топорец- кий, новый Тивдийский, Туломозерский и др. Все они представляли собой капиталистическую мануфактуру на ранних стадиях раз-вития. На них использовался труд сотен наемных рабочих, работы производились при помощи различных механизмов. Тем не менее действовать успешно заводы долго не могли. Испытывая в условиях феодализма большие трудности в обеспечении дешевой рабочей силой и конкуренцию нового казенного Александровского завода, к концу 70-х гг. один за другим они прекратили свое существование.

Некоторое значение для хозяйственной жизни карельского на-селения имело возникновение в начале XVIII в. нескольких первых частных лесопильных заводов в районе г. Олонца, положивших начало лесопильной промышленности в крае. В дальнейшем центр лесопиления переместился в устья сплавных рек, впадающих в Онежское озеро, где к концу столетия имелось уже более двух десятков принадлежавших купцам и богатым крестьянам лесопильных заводов. Хотя большая часть их фактически оставалась вне карельской территории, лес для них в основном заготовлялся в карельских волостях. К рубке леса и доставке его заводам по сплавным рекам широко привлекались карельские крестьяне.

Сельское хозяйство как карельского, так и русского крестьянства Карелии в период Северной войны пришло в состояние полного расстройства, вызванного военными тяготами, легшими на плечи народа. Главную тяжесть составляло выполнение непосильных заводских повинностей. После войны земледелие и связанное ним животноводство постепенно были повсеместно восстановлены, но дальнейших существенных сдвигов в их развитии на протяжении всего XVIII и первой половины следующего столетия не произошло. Всюду у черносошных и приписных крестьян наряду с трехпольной системой сохранялось подсечное земледелие, которое к тому же вследствие правительственных ограничительных мер имело тенденцию к сокращению. Из-за нехватки пригодной для возделывания земли и крайне низких урожаев карельским кресть-янам, как и прежде, собственного хлеба никогда не хватало. Не-достающий хлеб приходилось покупать, а средства для этого искать в дополнительных неземледельческих занятиях.

В XVIII в. и позже не произошло существенных сдвигов и в промысловой деятельности карел. В связи с развитием казенной и частной металлургии переживали застой и упадок крестьянские железоделательные промыслы. Причиной этого, помимо сокращения поморского солеварения — главного потребителя крестьянского железа, явилось прямое запрещение крестьянам добывать для себя железную руду и выжигать уголь в районах действия металлургических заводов, а также в какой-то степени вытеснение кустарных железных изделий с местных рынков заводской продукцией.

Продолжали сохранять значение для крестьян и развиваться связанные с рынком такие виды промысловой деятельности, как судостроение, смолокурение, рыболовство, охота и др. Вместе с тем более широкий размах, чем раньше, получило отходничество, ибо при относительно слабом развитии местных промыслов отхожие промыслы за пределами края, в Петербурге, Москве и других городах и местностях, становились значительным источником крестьянских доходов.

Все это говорило о начале процесса разложения феодальной системы хозяйства и постепенном проникновении в Карелию но-вых— капиталистических отношений. Однако оба явления разви-вались здесь пока крайне медленно. На фоне общероссийского со-циально-экономического развития Карелия постепенно стала пре-вращаться в экономически отсталую окраину царской России.

Оживление металлургической промышленности в крае в XVIII в. вызвало процесс дальнейшей консолидации карельской народности. Этому в известной мере способствовало новое административное устроство, введенное в последней четверти века. Олонецкий уезд, входивший в состав Ингерманландской (Петербургской) губернии, в 1784 г. был преобразован в Олонецкое наместничество (губернию) с административным центром в г. Петрозаводске. (Петровская слобода, являвшаяся до того центром Олонецкого горного округа, в 1777 г. получила статус города.) Территория, населенная карелами, вошла в состав новых уездов — Олонецкого, Петрозаводского, Повенецкого и Кемского, переданного из Архангелогородской в Олонецкую губернию.

Деятельность казенных и частных железоделательных заводов и появление лесопиления в Карелии несколько укрепили внутренние, межрайонные экономические связи, и прежде всего связи почти всех карельских волостей с северо-западным Заонежьем — центром карельской металлургии. Заводские повинности и отхожие промыслы усиливали подвижность и взаимные контакты населения. Характерно, что именно в районе действия металлургической промышленности во второй половине XVIII в. наиболее ощутим стал процесс смешения собственно карел и людиков, нивелировки их языковых различий.

Как результат совместного несения карелами и русскими за-водских работ и развития среди карел внекраевого отходничества и торговых связей с русскими областями в XVIII в. происходило дальнейшее усиление контактов с русским населением не только соседних районов, но и других губерний. На этой основе продол-жался и процесс сближения карельского населения с русским. Русские продолжали оказывать плодотворное влияние на даль-нейшее развитие материальной и духовной культуры карел, обо-гащая ее элементами своей культуры. В этом заключалась главная особенность этнокультурного развития карельского народа в эпоху феодализма, она продолжала сохраняться и позднее.

Тем не менее в связи со слабым экономическим развитием края, постепенно превращавшегося в конце XVIII и первой половине XIX в. в отсталую окраину России, процесс дальнейшей консолидации малочисленной карельской народности происходил довольно медленно.

Источник: vedlozero.ru


Categories: История

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.