С падением Византийской империи в истории Святой Горы произошли большие перемены. Еще до завоевания Константинополя турками афонцы добровольно подчинились завоевателям, видя неизбежность падения Византии и свою беззащитность.

В османскую эпоху Афон оставался под покровительством турецких султанов. Афонская община имела своих представителей при турецкой администрации: в Фессалонике и в Константинополе (при Патриархе и Высокой Порте). Афон пользовался относительной независимостью и являлся своего рода оазисом для христиан, где укрывались притесняемые, стремившиеся в безмолвии и аскезе забыть о своем порабощении. Афон оставался совершенно обособленным от остального мира, и лишь отдаленные отголоски исторических событий достигали этих мест. Монахи жили в покое, не интересуясь политикой.

В 1513 году султан Селим I издал фирман, касающийся монастыря Ксиропотам, и подтвердил привилегии Святой Горы. То же сделали позже султаны Ахмед III, Селим III, Махмуд II и др. По законам ислама, запрещалось строить и восстанавливать христианские здания, однако для Афона подобное разрешение давалось без затруднений. Впрочем, на всех насельников Святой Горы был наложен весьма высокий подушный налог (харадж), размер и порядок взимания которого определяли султанские фирманы, патриаршие сигиллии и прочие документы.


Во время турецкого владычества монашеская жизнь была сосредоточена, главным образом, в 19 монастырях, к которым в 1541 – 1542 годах добавился монастырь Ставроникита. Так сложилась существующая и поныне группа из 20 основных обителей, между которыми была поделена вся область Святой Горы, и никто, кроме них, не мог отныне владеть землей на Афоне.

При султане Селиме II (1566 – 1574) святогорские обители были лишены всех своих владений вне Святой Горы и вынуждены были собирать астрономическую сумму для их выкупа. Впоследствии еще не раз с монастырей взимались непосильные дополнительные подати и поборы, и производилась конфискация монастырских подворий и владений за пределами Афона.

В 1595 году в Карее водворился особый чиновник от османского правительства, следивший за сбором податей и выполнявший полицейские функции. Многие монастыри угодили в долговую яму, другие стали очень быстро беднеть. От окончательного исчезновения их спасла только помощь благотворителей из Греции, Сербии, Болгарии, Грузии, России и особенно Молдавии и Валахии.

В XVI веке происходило возвращение некоторых монастырей к древнему общежительному уставу (Великая Лавра, Ватопед), однако на протяжении XVII века монастыри становились особножительными.


обенностью этой эпохи также было начавшееся со второй половины XVI века появление скитов. В древности слово «скит» являлось антонимом слова «лавра»; афонский скит состоял из нескольких домиков или хижин, где жили монахи, и был похож на деревню; в центре находился общий храм – кириакон. Отличие от древней лавры состояло в том, что скиты были зависимы от монастырей. Общиной скитских отшельников управлял дикей с несколькими помощниками. В XVI – XVII веках появились крупные скиты: святого Димитрия (Ватопед), святого Пантелеймона (Кутлумуш), Новый скит Богородицы и румынский скит святого Димитрия (монастырь святого Павла), Благовещения Богородицы (Ксенофонт), пророка Илии (Пантократор).

Несмотря на мусульманское владычество на Востоке, Святая Гора осталась хранительницей церковного предания и высшей школой христианского подвижничества.

В XVIII веке духовная жизнь на Афоне оживилась благодаря основанию духовных школ и усилению культурных контактов со славянскими странами. С середины XVIII века была основана Афонская академия – Афониада.

В середине XVIII столетия монахом Космой Лавриотом в Лавре святого Афанасия была основана знаменитая типография, имевшая огромное значение в просвещении греческого народа.

Патриарх Гавриил IV издал в 1783 году новый типикон Святой Горы.


о главной целью было восстановление древних обычаев сурового иноческого жития. Было запрещено есть мясо, без разрешения покидать Святую Гору и уходить из монастыря в скит, ограничивалось число мирян, проживавших в Карее. Восстанавливалась упраздненная с 1585 года должность прота, к которому были присоединены 4 соуправителя, избиравшиеся из числа монахов 20 монастырей. Образованная, таким образом, Священная Эпистасия (попечительство) принимала на себя заботу по надзору за жизнью и поведением монахов. Прот избирался пожизненно и получал рукоположение от Патриарха. Он хранил ключи от зала собраний, каждый из эпистатов получал 1/4 часть печати Святой Горы. Одним из важнейших результатов преобразований Гавриила IV стало постепенное возвращение к общежительству. На киновийный устав перешли монастыри Ксенофонт (1784), Эсфигмен (1796), Симонопетра (1801), Свято-Пантелеимонов (1803), преподобного Дионисия (1803), Каракал (1813), Кастамонит (1818), Св. Павла (1839), за ними вскоре последовали монастыри преподобного Григория, Зограф и Кутлумуш.

Одним из самых ярких представителей афонской духовной жизни этого периода был преподобный Никодим Святогорец. В 1775 году, в возрасте 26 лет, он пришел на Святую Гору и поселился в монастыре Дионисия, где через два года был пострижен в монахи. Изучив рукописные сокровища монастыря, он подготовил к изданию «Добротолюбие», выверив и дополнив текст по различным рукописям (1782). Преподобный Никодим издал также «Собрание богопрореченных слов и поучений богоносных святых отцов» и сочинение Неофита Кавсокаливита «О частом Божественном Причащении». Ему принадлежит сборник канонов, посвященных Божией Матери, он перевел и издал трактат «Невидимая брань», где подробно описана практика духовной жизни.


В XVIII веке возрос интерес монахов к истории Святой Горы. В середине века Макарий Тригопис из Великой Лавры составил «Проскинитарий лавры»; примерно в то же время монах Евфимий написал стихотворный «Проскинитарий лавры» и Житие преподобного Афанасия Афонского. Иаков, монах из монастыря Григория, перевел сначала на валашский, а затем на новогреческий язык описание этой обители, сделанное в 20-х годах XVIII века русским паломником В. Г. Григоровичем-Барским. Феодорит, игумен Эсфигменского монастыря, написал историю своей обители.

Многие видные иерархи той эпохи (среди них – несколько Патриархов) удалялись на покой на Святую Гору. Духовный подъем на Афоне не мог не затронуть и монахов негреческого происхождения. Преподобный Паисий Хиландарский составил в середине XVIII века первую историю болгарского народа. Румынский монах Филофей Святогорец перевел на румынский язык «Христианские учения» и «Цвет муз». Многие воспитанники Афинской академии распространяли свои знания в Молдавии и Валахии. Распространение святогорской духовной практики в России связано с именем преподобного Паисия Величковского.

В начале XIX века все святогорские монастыри, в особенности Великая Лавра, Ватопед и Иверский, переживали период процветания. Росло число скитов. В 1810 году был принят новый устав, утвержденный турецким наместником в Фессалониках. Органом управления монашеского сообщества Афона стал Священный Кинот, органом надзора – Священная Эпистасия. Должность прота была упразднена. Возвращение к общежительному уставу привело к нравственному и духовному расцвету.


Источник: azbyka.ru

Города Афона

Город Карьес на АфонеУ историков и географов древности, так же, как и в налоговых отчётах Аттического (Афинского) Союза, можно встретить каталоги городов Афона. Первый из каталогов был составлен Геродотом и содержит такие города, как: Сани, Дион, Олофиксон, Акрофоон, Фиссон, Клеонас. Похожую картину — плюс-минус один город и иной порядок — наблюдаем у Фукидида и у других составителей. Четыре из этих городов — Дион, Фиссос, Клеонас и Олофиксос — позже присоединились к Аттическому Союзу, однако об их участии в Халкидском союзе ничего не известно.

Относительно географического расположения городов не существует ни свидетельств историков древности, ни единства во мнении историков современности. Прежде всего, из списка нужно исключить Акантос, который находился примерно там, где сегодня стоит Иериссос.


же самое происходит и с Сани, который располагался, согласно Геродоту и Фукидиду, вне Афона, на перешейке, а именно в западном устье канала, на месте сегодняшнего Трипити. Не удивительно, что в «Перипле» Скилака город Сани не упоминается вовсе, ведь в момент написания этого произведения, т.е. во второй половине IV века до н.э., этот город был уже разрушен Филиппом. Ему суждено отстроиться заново при Антипатре, в 315 году до н.э., под именем Урануполис, на том же месте, то есть к северо-востоку от сегодняшнего Урануполиса.

На первый взгляд кажется невозможным вместить семь городов, упомянутых Скилаком, на территории Афона, где нет достаточного водоснабжения, портов, полей и равнин для масштабных построек. В связи с такими ограничениями, немецкий историк античности Карл Белох предполагает, что население Афона в период его заката в V веке до н.э. составляло всего лишь 1000 человек. Очевидно однако, что это утверждение далеко от реальности, ведь в таком случае деревня из 200 жителей должна была обладать политической автономией и участвовать в союзах и альянсах на равных с остальными условиях. В целом, эти города не удостаивались особого внимания, или же попросту не давали повода для упоминания историками и географами древности. Относительно точную информацию можно обнаружить в данных об экономических обязательствах этих городов перед фондом Аттического союза.

В 435 году до н.э. города Дион и Фиссос заплатили в этот фонд по одному таланту (около 5000 драхм), в то время как знаменитый Олинфос — как два предыдущих вместе взятые, а Стагира — только 1000 драхм.


а других города, которые также были членами союза, заплатили меньше: Олофиксос — 2000, а Клеонес — 500 драхм. Соответственно, каждый из этих городов должен был иметь достаточно населения, чтобы ввести в работу социальный механизм со специальными кассами, государственными услугами и армией — количество жителей во всех этих городах должно было достигать 10000. Эта цифра гораздо ближе к реальности, особенно если учитывать, что лесов тогда на полуострове было гораздо меньше, а, следовательно, пахотных и пастбищных земель — больше.

Город Урануполи возле границы АфонаВ попытках обнаружения городов, вместе с данными об экономической активности, необходимо учитывать и другие факторы. Во-первых, на западной стороне полуострова единственной местностью, где могли развиться хотя бы небольшие поселения, является прилегающая к монастырям Зограф и Ксиропотам территория; на восточной же стороне такие места — и, надо отметить, гораздо более располагающие к строительству, находятся в трёх точках: вокруг монастырей Эсфигмен, Ватопед и Иверон. К ним можно добавить районы Нового Скита и Великой Лавры. Разумеется, нельзя считать совпадением, что именно в этих местах обнаружены археологические находки — что является ещё одним важным фактором.


и находки нельзя назвать богатыми: в основном это захоронения, таблички с письменами, фигурки божеств, монеты, глиняные изделия. Систематические раскопки на этой территории, однако, никогда не проводились. Впрочем, даже проведение более тщательных археологических исследований вряд ли может дать более ценный результат — сельскохозяйственная направленность этих городов не способствовала созданию монументальных творений.

Разногласие древних авторов в последовательности расположения городов вдоль побережья может считаться скорее условным, чем реальным. На таком узком полуострове, как Афон, любому городу со статусом государства было легко и выгодно занимать территорию от одного берега к другому, имея таким образом укрепления с двух сторон. Именно это вероятнее всего и происходило, особенно в начале полуострова, у легкодоступного основания горы. Так, тот же самый город один автор в зависимости от направления движения мог поместить на восточной, другой — на западной стороне. Основываясь на этом предположении, а также на том факте, что два города, заплативших в казну Союза по одному таланту, должны были бы занимать достаточную территорию на просторной восточной стороне, принимаем за наиболее близкое к реальности расположение городов согласно описанию Скилака — с запада на восток.

Дион был первым городом со стороны перешейка и, по всей видимости, был основан на месте монастыря Эсфигмен и причала Хиландара. Тот факт, что на этой территории обнаружено наименьшее количество археологических артефактов, связан, скорее всего, с затоплениями и обвалами, о которых упоминают исторические источники. Территория города, вероятно, простиралась между скалами Агиа Феодора на востоке и Иваница на западе, и далее до линии, отделявшей тогда Афон от материка. Дион, по всей видимости, был самым крупным городом полуострова.


Развалины Зигу на границе с АфономНа юге Дион граничил с другим городом — Фиссосом, территория которого на востоке граничила с территорией монастыря Пантократор, а на западе — монастыря Ксенофонт. Город был основан на землях сегодняшнего Ватопеда, где среди множества находок, включающих фигурки божеств — к примеру, Титана Крия, были обнаружены также два мраморных саркофага, один принадлежащий Дионисию, другой — Герману Ираклию. Последний из них датирован 351 годом до н.э., но достоверно неизвестно, ведётся ли здесь отсчёт с 148 года до н.э. (захват Коринфа римлянами), то есть саркофаг создан в 203 году н.э., или же от 30 года до н.э. (единоличное правление Августа), и речь идёт о 321 годе н.э.

Опираясь на тот факт, что Скилак начал своё путешествие с запада, то есть с острова Амульяни, и отметил на этой стороне города Диос и Фиссос, хотя оба эти города размещались на обеих сторонах полуострова, можно с уверенностью сказать, что следующим встретившимся ему городом был Клеонес, который располагался на территории монастыря Ксиропотам. Будучи небольшой площади, этот город доходил лишь до подножья горы.


На оконечности полуострова, в районе Агия Анна, было обнаружено множество археологических артефактов, среди которых табличка с назначением Дорофея Мирмикоса Александра благодетелем города Акротоон.

Очевидно, что на этом месте был расположен город Акротоон. Имя монастыря Вулевтирион, который появился до 1010 года, является прямым указанием на «вулевтирио» — древнегреческий амфитеатр для общественных собраний. Несмотря на не слишком удобный рельеф, эта территория обладает достаточно мягким климатом для продовольственного снабжения поселения. Находки свидетельствуют о том, что Акротоон имел развитую городскую инфраструктуру.

Если упомянутое Скилаком и Птолемеем название «Афон» относится к конкретному городу, то он мог находиться на территории Великой Лавры или в Керасье, где было обнаружено определенное количество археологических находок.

Далее Скилак пишет о городе Харадрус, который можно поместить в район монастыря Амалфинон. Нельзя сказать с уверенностью, имеет ли какое-либо отношение упомянутая Прокопием крепость Харадрос в Македонии к городу Харадрус Скилака, с которым византийский историк имеет временную разницу в девятьсот лет.

Последний город в списке Скилака — Олофиксос, расположенный на территории Иверского монастыря, простирающийся вплоть до Пантократора и выше Карьеса. Олофиксос был меньше своего северного соседа Фиссоса, но больше западного — Клеонеса.

Социальное устройство древних городов Святой Горы

Пейзажи АфонаНекоторые идеи о социальном устройстве этих древних городов можно почерпнуть из сегодняшнего развития объектов Афона: окружённых стенами монастырей и разрозненных келий. Жители населяли в основном фермы, где они работали на пастбищах или обрабатывали небольшие земельные участки и сады, как сегодняшние отшельники. В центральной части города располагались общественные места — рынок, вули (то есть совет), храм, где граждане собирались по определенным дням для поклонения богам или обсуждения проблем, а также для покупки или продажи, и прочих нужд. Население Афона славилось своим долгожительством — Луканиос утверждает, что люди здесь жили до 130 лет.

Эти автономные города стали частью государства Филиппа в 368 году до н.э. Вслед за этим событием распространился замечательный анекдот. Архитектор, которого Плутарх называет Стасикратисом, а Страбон — Динократисом, предложил Александру Великому установить на пике Афона, как самой подходящей для этих целей вершины, его статую. По проекту Александр в одной руке должен был держать укреплённый город, а из другой его руки должна была изливаться полноводная река. Но Александр не увлекался подобного рода затеей, к тому же не желал копировать своего недостойного предшественника Ксеркса, поэтому идею решительно отверг и приказал оставить Афон, и так достаточно настрадавшийся от высокомерия предыдущих поколений, в полном покое.

Вслед за победой римского полководца Луция Эмилия Павла над Македонским царём Персеем (168 год до н.э.) Афон перешёл под господство Рима вместе с остальными регионами Македонии, и в IV веке после Рождества Христова оказался частью Византийской империи, сменившей Римскую во время греко-христианской трансформации. В этот период, со II века до н.э. по VIII век н.э., Афон снова остаётся без внимания историков, что довольно часто происходило с небольшими небогатыми периферийными районами, включёнными в огромные территории. Чтобы всплыть на поверхность истории, таким регионам нужно было стать торговым или военным узлом — чем Афон никогда не был, или же представить впечатляющую цивилизационную особенность — именно её и обрёл Афон в VIII веке н.э.

И хотя мы не обладаем чёткими свидетельствами распространения Христианства на этой территории, очевидным является тот факт, что жители Урануполиса, близкого к перешейку, довольно рано познакомились с новой религией.Вид с вершины Горы Афон Причиной послужило то, что они находились в тесном контакте с близлежащими городами Амфиполеосом, Аполлонией и Салониками, где Христианство было принято ещё от апостола Павла. Полная христианизация региона завершилась к IV-V векам.

Перепись городов Афона была проведена Стефаном Византийским в VI веке. Бытует мнение, что в этот период территория была совершенно пустынна и незаселена. Стефан упоминает древние города в соответствии с географической «привычкой». Если Стефан и обладал таким намерением, то должен был отметить все города, составляющие основу предыдущих каталогов. Фиссос и Клеонос, однако, в его списке отсутствуют.

Источник: athos.guide

От историка не всегда ожидаешь услышать, что для изучения его научной темы нужно поначалу позабыть о книгах. Не ожидаешь, потому что во многих случаях сведения о предмете исторической науки как раз сохранились только в книгах, иначе изучать его просто не получится. Но так как речь идет об истории Афона, то начать его изучение исследователь истории Святой Горы, заместитель главного редактора одноименного Издательского дома Афанасий Зоитакис предложил именно с живого знакомства с ним.

    

– Афанасий Георгиевич, в этом году мы отмечаем 1000-летие русского монашества на Афоне. В чем Вы видите уникальность значения Святой Горы и его влияния на Россию?

– В настоящее время Афон является главным центром восточно-христианского монашества. Функция Афона, где духовный опыт передавался и продолжает передаваться от старца к ученикам, – сохранять Предание. Этот огромный накопленный опыт открыт и для отдельного паломника и для целых Поместных Церквей. Так, например, было в начале пути Русской Церкви в случае с русским святым Антонием Киево-Печерским, который, посетив Святую Гору, основал на Руси монастырь «афонского образца».

    

Всего же было несколько исторических этапов, когда проявилось особое духовное влияние Святой Горы на весь христианский мир и в том числе и нашу Церковь. Первый связан с деятельностью преподобного Афанасия Афонского. Второй – это движение исихазма. Учение свт. Григория Паламы вдохновило весь православный мир. Оно было всеобъемлющим, затронуло не только монашество, богословие, но и мирян, обновило всю жизнь христиан. Время свт. Григория было похоже на наше: многие христиане оставались православными лишь в виду традиции и привычки, не осознавая смысла своего существования. Исихазм, по учению которого цель жизни человека не только в нравственном совершенствовании, но и в полном его преображении, вдохновил многих людей. Исихазм влил новую жизнь в православное богословие и искусство. Движение исихастов также сыграло объединительную роль: при инициативе и посредничестве афонских монахов произошло примирение православной Сербии и Византии. В 1374 году по настоянию афонского сербского монаха Исайи Константинопольский Патриарх снял анафему с Сербской Патриархии. Благодаря идеалу исихазма Балканские народы сохранили свою целостность и идентичность во время долгого мусульманского ига; под его влиянием сохранялось единое православное наднациональное сообщество. В этой традиции вместе подвизались и взаимодействовали представители различных национальностей.

В 18–19-м веках подобное влияние оказало Филокалическое возрождение, движение Коливадов, частью которого была школа прп. Паисия Величковского, которая в свою очередь повлияла на духовное возрождение в России. Представителями этого движения были и греки, и славяне, и румыны. Про то время нельзя сказать, что греки учились у русских или русские у греков, это было единое движение, которое взаимно обогащалось представителями различных народов. Это характерно и для современных святогорцев. Архимандрит Софроний Сахаров, который, вероятно, вскоре будет прославлен, говорил, что он не грек, не русский, а святогорец. Православие выше национального своеобразия, и Предание нельзя делить национальным вкладом той или иной страны. На Афоне разные народы учились друг у друга, и в этом проявлялась полнота Православия.

    

Что касается современности, помимо той встречи с Преданием, которая сейчас происходит на Афоне, нужно выделить значение Афонского богословия. В России Издательским домом «Святая Гора» много лет издаются «Слова» преподобного Паисия Святогорца и его «Житие». Его духовное наследие близко русскому менталитету, сам старец воспринимается как родной подвижник. Современный Афон связан в наше время с возрождением опытного, живого богословия, и тут нужно вспомнить имена архимандрита Ефрема Мораитиса (Аризонского), архимандрита Георгия Капсаниса и целого ряда других выдающихся богословов и миссионеров. В то время как богословие наполняют рассудочными категориями, превращают его в философию или повторительную компиляцию, на Афоне оно продолжает исходить из аскетического опыта. В трудах современных подвижников мы видим, что Церковь жива, и в каждое время Господь даёт богословов высокого уровня. Они не предлагают нового богословия, но данные в Священном Писании и Таинстве Пятидесятницы истины могут высказать на современном языке, чтобы они стали доступными не только монашествующим, но даже нецерковным людям. Так благодаря старцу Ефрему Аризонскому в Америке было основано двадцать монастырей, насельники которых в значительной степени выходцы из неправославной среды.

Стоит сказать, что в наше время особо чувствуется культурно-политическое значение Афона. Для западного мира Святая Гора является духовным ориентиром. Я неоднократно встречал людей из западной Европы, которые посещали Афон из любопытства в туристических целях и настолько проникались его опытом, что принимали Православие, и начинали приезжать туда регулярно.

    

– Когда Вы говорили об особом значении Афона, его функции сохранения Предания, то несколько раз уточнили, что духовные движения, связанные с Афоном были наднациональными. Это также признак верности Преданию, православному опыту? Когда жизнь в Боге превосходит национальные разделения?

– Хотелось бы ответить словами преподобного Иустина (Поповича): «Церковь – это Богочеловеческая вечность, воплощённая в границах времени и пространства… Она – вселенская, соборная, богочеловеческая, вечная, поэтому хула, непростительная хула на Христа и Духа Святого – делать из неё национальный институт, сужать её до мелких, преходящих, временных национальных целей.

    

Церковь – это Личность Богочеловека Христа, Богочеловеческий организм, а не человеческая организация. Церковь неделима и как Личность Богочеловека, и как Тело Христово. Поэтому в самой основе ошибочно неделимый Богочеловеческий организм делить на мелкие национальные организации. На своём историческом пути многие Поместные Церкви склонялись под ярмо национализма, под гнёт национальных целей… Церковь формировалась по отношению к народу, хотя естественным является обратное: народ должен формироваться по отношению к Церкви.

Уже время, уже пошёл двенадцатый час, пора нашим отдельным церковным представителям перестать быть исключительно слугами национализма и политики, всё равно какой и чей, и стать первосвященниками и священниками Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Заповеданная Христом и осуществляемая святыми отцами миссия Церкви состоит в следующем: насаждать и взращивать в душе народной чувство и сознание того, что каждый член Православной Церкви – личность соборная и вселенская, личность вечная и богочеловеческая, что он – Христов».

    

– Но если мы сейчас посмотрим на карту монастырей, то увидим, что есть так называемые греческие обители, которых большинство, и по одной «национальной обители»: русский, сербский монастырь и т.д.

– Да, в наше время, к сожалению, появилось такое понятие, как сербский, русский, болгарский монастырь, румынские скиты, но в истории Святой Горы было не так. Так, на игуменстве в Хиландаре сменяли друг друга сербы и греки. В монастыре Св. Павла было время, когда преобладала славянская братия, а в русском Свято-Пантелеимоновом монастыре – греки. Национальное разделение появилось в 19-м веке, когда под влиянием идей французской революции автокефалия стала восприниматься атрибутом национальной идентичности, как, к примеру, герб, монета, флаг. Но всё же история 19-го века не была только историей борьбы национальных партий – такой взгляд на жизнь Святой Горы является преувеличением. Так преподобный Хаджи Георгий рассказывает о своем видении, в котором Пресвятая Богородица раздала равные благословения братии разных национальностей Русского Свято-Пантелеимонова монастыря. Сами святогорцы сейчас не хотят потерять духовное взаимодействие различных народов на Афоне, это и желание нашей Русской Церкви.

Большинству современных святогорцев чужд национализм. Об этом свидетельствует повсеместное почитание прп. Силуана Афонского и других русских подвижников. Многие современные афонские старцы греки говорили мне, что труды ученика св. Силуана, архимандрита Софрония (Сахарова) – это недооцененное сокровище. Национальные традиции дополняют друг друга, так иконы прпп. Сергия Радонежского и Серафима Саровского можно увидеть в кельях греческих монахов, их опыт и жизнь являются для них ориентиром. Когда я был на Святой Горе, то в греческих монастырях не раз слышал, как на трапезе читали труды свв. Игнатия Брянчанинова, Феофана Затворника. Наследие святых разных наций составляют единую традицию.

    

– Вы привели в пример русских святых, можно выделить русскую традицию на Святой Горе? В каком вообще смысле может идти речь об особенностях национальной традиции, когда мы говорим о наднациональности Афона?

– Сами монахи считают, что они в течение жизни в обители становятся частью единой Афонской традиции. Вообще же сейчас жительство русских монахов имеет много различных форм: это и Свято-Пантелеимонов монастырь и различные кельи, много русских живут в греческих монастырях: Дохиар, Каракалл, Св. Павла, Филофей. Форма русской монашеской традиции разнообразна. У Свято-Пантелеимонова монастыря есть свои архитектурные особенности, особенность храмовой росписи. Важно найти баланс, при котором бы и сохранялось русское своеобразие, и чтобы оно гармонично соединялось с Афонской традицией и ей не противоречило.

– Можно ли выделить какие–то направления в изучении Афона, чем он в первую очередь интересен для исследователей?

– Основные темы при изучении Святой Горы – это исихазм, наследие свт. Григория Паламы. Так как в каждой православной стране изучают Афон, то помимо той основной темы исследователи из различных поместных Церквей посвящают свои труды национальному вкладу в святогорскую традицию, национальному присутствию на Афоне. В то же время более подробного исследования ожидает движение Коливадов, Филокалическое возрождение. Несмотря на то, что есть классические труды Панайотиса Христу «Афон: история, искусство, жизнь», Герасима Смирнакиса «Святая Гора», Антония-Эмилия Тахиаоса «Византия, Славяне, Святая Гора». По-прежнему не хватает фундаментальных трудов об истории Афона, когда исследователь был бы знаком с библиографией на разных языках. Историографические традиции, к сожалению, сейчас существуют отдельно друг от друга.

    

– Скажите, сформировались ли какие-либо школы по изучению истории и наследия Святой Горы?

– Сами же святогорцы и сделали многое для изучения богословия Афона и Святой Горы в целом. Во второй половине 20-го века на Афоне возродилось ученое монашество. Богословы, приняв постриг, не оставляли своих научных опытов, и продолжали выступать на конференциях, издавать журналы. Моисей Святогорец издавал журнал «Протат», архимандрит Георгий Капсанис – журнал «Паракатафики». В это время трудились такие люди, как Эмилиан Симонопетрит, Феоклит Дионисиатский, святогорскими монахами издавались очень интересные богословские, историко-канонические труды. Помимо Афонской школы нужно отметить богословскую церковно-историческую школу при Фессалоникийском университете. Там, в Центре Святоотеческих исследований, историк Панайотис Христу и его ученики много сделали для изучения Святой Горы. Благодаря их усилиям сейчас выходит много монографий на греческом языке.

– Какие, на Ваш взгляд, сейчас самые перспективные темы для изучения касательно Афона?

– В наше время ещё живы многие участники возрождения Святой Горы в 60-е годы, как например, Василий Гондикакис, Григорий Зумис, ученики св. старца Паисия. Для исследователей важно не упустить эту возможность пообщаться с продолжателями афонской традиции лично. Отправиться к ним с диктофоном в руках, попросить рассказать об их духовном опыте, монашеской жизни, современной жизни Афона. Это бесценный материал значение которого невозможно переоценить. Издательский дом «Святая Гора» подготовил к изданию книгу «Афонские старцы о спасении и современном мире», основанную на беседах с современными афонскими подвижниками.

    

– Чтобы Вы как преподаватель посоветовали прочитать об Афоне обратившемуся к Вам студенту?

– Знаменитый византинист Иван Иванович Соколов на эту тему сказал: «нельзя подходить к изучению Православия, Византии так же, как подходят к изучению жуков или фольклора – надо воплотиться в объект своего исследования». Это относится и к изучению Святой Горы. Нельзя изучать Афон на расстоянии или же делать выводы об афонском наследии, побыв на Святой Горе несколько дней. В первую очередь надо уловить Афонскую частоту. Понять то, что собирает на Горе людей всех национальностей, пришедших в Церковь из разных конфессий. Поэтому, что касается книг, нужно изучать первоисточники – начать с Афонского патерика или таких современных богословов, как св. Паисий Святогорец, обязательно прочесть книгу «Силуан Афонский» архимандрита Софрония Сахарова, старца Херувима Карамбеласа «Из удела Божьей Матери» и также в обязательном порядке книгу Павле Рака «Приближение к Афону». Это не научное исследование, но в ней очень хорошо передан дух Афона.

Источник: pravoslavie.ru

Святую Гору Афон называют спасительным маяком. Прежде, еще в дохристианские времена, эта греческая гора была естественным маяком для мореплавателей, а с появлением на полуострове монахов Афон стал и маяком духовным для всех верующих во Христа.

По преданию, на этих землях побывала Пресвятая Богородица. Корабль, на котором Она плыла вместе с апостолом Иоанном Богословом, попал в шторм и таким образом оказался у берегов Афона. Сама Божия Матерь проповедовала о Господе жившим здесь язычникам! Это было в скором времени после Воскресения Христа. С тех пор земли эти находятся под особым покровом Богоматери, поэтому Афон называют еще Уделом Пресвятой Богородицы, а сами святогорские подвижники считают Ее Игуменией Святой Горы.

Многим известно, что все монастыри на Святом Афоне только мужские и паломничество сюда могут совершать исключительно мужчины. Объяснение этому интересному факту мы находим в житии преподобного Петра, где говорится о том, что Христос даровал Афон Своей Матери, поэтому существует запрет на его посещение женщинами. Одно из сказаний повествует о дочери императора Феодосия Великого Галлы Плацидии, которая в 422 году хотела войти в монастырь Ватопед, но была остановлена голосом: «Стой, не иди далее, да не пострадаешь зло». Осознав свою дерзость, императрица горячо взмолилась о прощении ей этого греха и затем построила придел во имя великомученика Димитрия.

ПОДАТЬ ЗАПИСКУ

Сегодня монашеская республика Афон является частью Греции. Она расположена в восточной части полуострова Халкидики. Афон граничит с греческой провинцией Македония и с трех сторон омывается водами Эгейского моря. Монашеская республика небольшая по площади — всего около 360 квадратных километров, но это священное место имеет огромное значение для всего мира. Святой Афон — это центр православного монашества, живая духовная традиция, и именно подвижнической иноческой жизнью это место освящено.

Когда именно монашество появилось на Афоне, сегодня сказать сложно — письменных источников не сохранилось, но в пустынях и горах монахи подвизались издревле. Создание первых храмов и монастырей связывают с именем императора Константина Великого, которого сегодня мы почитаем как равноапостольного. Он считается основателем храма в честь Успения Божией Матери в Карее, Ватопедского и Кастамонитского (Констамонитского) монастырей. Основателем Каракальской обители называют императора Каракалла, а монастырей Эсфигмен и Ксиропотам — святую императрицу Пульхерию. Все эти обители были основаны в первые века христианства.

На Афон бежали монахи с земель, завоеванных арабами, здесь же спасались от преследований императоров-иконоборцев. Сначала монахи жили рядом с мирянами, но затем пастухи и землевладельцы ушли из этих мест. Этому способствовал изданный в 883 году указ императора Василия I. Со временем Афон становится исключительно монашеским.

Первые известные нам афонские святые — преподобные Петр Афонский и Евфимий Новый (Солунский) — жили в IX веке. Афонские монахи были или отшельниками, как святой Петр, или объединялись в общины, как в случае со святым Евфимием, которого иноки сами выбрали своим духовным наставником.

Общежительство стало основной формой монашеской жизни, и распространение его связано с именем преподобного Афанасия. Преподобный основал Великую Лавру, а положения из его устава впоследствии вошли в уставы других афонских общежительных монастырей.

По образу Лавры были основаны и многие другие обители на Святой Горе. К началу XI века здесь подвизалось около 3000 иноков, а число монастырей и скитов превысило 180. Начался расцвет афонского монашества, но насельников Святой Горы ждали непростые испытания. Эти земли не раз подвергались набегам варваров, пиратов и страдали от природных катаклизмов.

XIV век связан с именем святителя Григория Паламы. Подвижник-исихаст, богослов, он своим учением о божественных энергиях утвердил реальность присутствия Бога в мире, богообщения и обожения. Святитель одержал победу в полемике с Варлаамом Калабрийцем о нетварных энергиях.

Афон имел духовное влияние и авторитет, и доказательством тому является избрание иерархов из среды святогорских монахов. А первым патриархом-святогорцем, которого прославили в лике святых, стал Афанасий I.

После падения Византийской империи Афон с 1424 года был подчинен турецким султанам. Несмотря на сложность политической обстановки, Святая Гора оставалась хранительницей христианских традиций, а порабощенные балканские народы смогли сохранить христианство во многом благодаря учителям, патриархам и богословам из святогорских обителей. Одним из них был равноапостольный Косма Этолийский. Его проповеди слышали в разных уголках Константинопольского Патриархата, святой основал 10 больших и около 200 народных школ.

На самом Афоне в этот период монашеская жизнь была сосредоточена в 19 монастырях, к ним в 1541‒1542 годы добавился монастырь Ставроникита. Так сложилась существующая до сегодняшнего времени группа из 20 основных обителей. Их число неизменно, и никому кроме них не может принадлежать земля на Святой Горе.

В 20-е годы XIX века братья из числа афонских монахов принимали участие в греческом национально-освободительном движении, помогали повстанцам материально. Даже временно перестал действовать запрет о пребывании женщин на Афоне, и в период восстания в 1821 году монахи помогли тысячам женщин и детей, вначале приютив, а затем содействовав их вывозу в более безопасные районы страны.

Турецкие отряды на Афонском полуострове оставались до 1830 года. Последствия вторжения выразились в разоренных монастырских постройках, монахов сажали в тюрьмы и убивали. Военные ушли только после выплаты большой контрибуции. После этого в обители стали возвращаться монахи.

Во второй половине XIX века значительно выросло число монахов родом из России. К 1912 году русские монахи составляли половину всех проживающих на Святой Горе. Их число значительно сократилось в 1913 году в связи с депортацией более 800 приверженцев движения имяславцев. После революции 1917 года приток монахов из России прекратился на долгое время.

Победа в Первой Балканской войне (1912‒1913) положила конец многовековому турецкому владычеству. Через некоторое время Афон признали частью Греции, а в 1924 году была выработана «Уставная хартия Святой Горы», которая и сегодня определяет управление Афона.

Во время Второй мировой войны Греция была оккупирована. Окончательно немцы покинули Святую Гору в мае 1944 года, но в скором времени в Греции началась гражданская война, которая также нанесла значительный ущерб Афону.

ХХ век характеризовался постоянным сокращением числа монахов. Их число уменьшилось с 9900 в 1910 году до 1145 человек в 1971 году. Многим казалось, что близок конец Афона, даже предлагали превратить это место в огромный музейный комплекс. Но Пресвятая Богородица не оставила Свой Удел, и начиная с 1972 года число иноков увеличивается каждый год примерно на 30 человек. Сегодня на Святой Горе живут православные выходцы из Западной Европы, Америки, Австралии. Сейчас на Афоне проходит масштабная реконструкция монастырей, большую помощь в их реставрации оказывает Европейское сообщество.

Подготовил Вадим Янчук

МНОГО ИНТЕРЕСНЫХ СТАТЕЙ, ВИДЕО И ФОТО

НА САЙТЕ МОНАСТЫРЯ OBITEL-MINSK.RU >>

Источник: zen.yandex.ru


Categories: История

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.