DSC 6784Лакхнау (Lucknow) – это столица штата Уттар Прадеш (Uttar Pradesh). Название Lucknow – никакого отношения к удаче не имеет, как это может показаться на первый взгляд, а на самом деле этимология связана с именем одного из братьев одного из многочисленных индуистских богов некоего Лакшмана.

А еще Лакхнау, по данным на 2004й год, находится на седьмом месте среди городов мира с самым загрязненным воздухом.
Кроме него из Индийских городов в этом списке еще Дели (на 2-м месте) и Калькутта (на 3-м месте).

Из Непала в Индию мы вернулись почти тем же путем – от Покхары доехали до границе на автобусе, перешли границу пешком, затем на автобусе до Горакхпура. Этот переезд занял целый день и на последний поезд мы не успели, так что пришлось там заночевать. Горакхпур, как мы уже писали, особо ничем не примечателен, поэтому отдельно останавливаться на нем не будем.
Далее мы планировали ехать в Агру, но чтобы разбить на две части длительный переезд, решили остановиться на день в Лакхнау.


Обычно первое впечатление от города складывается в первые минуты пребывания в нем и редко потом меняется. Авто- или ж/д вокзал, территория вокруг него, главная улица – все это пропитано особенным духом, индивидуальностью, присущей только этому, конкретному городу.

Выйдя из железнодорожного вокзала мы моментально окунулись в хаос. Невероятное количество авто- и велорикш, хватающих за руки и кричащих во все горло, сумасшедшее движение, грязь кругом; ко всему этому примешалось отсутствие у нас денег и, как следствие, невозможность даже поесть – все это не благоприятствовало формированию позитивного впечатления от города.

После Непала мы еще не успели купить индийские рупии и ходили по улицам пытаясь найти обменник. Заходили в несколько банков, но к нашему удивлению ни в одном нам не могли обменять доллары на рупии – везде отправляли в свои главные филиалы, находящиеся черт знает где. Мы даже в пару отелей заходили, но на нас только руками махали. Выручил нас опять-таки каучсерфер, в последний момент приславший нам сообщение. Он приехал на машине и забрал нас из этого проклятого района.

Оказалось что Лакхнау — очень разный город. Наверное как и большинство крупных городов Индии у него есть как старые, так и новые, современные районы. Piyush, оказавшийся очередным бизнесменом, отвез нас в недавно открытый парк, поражающий своим размахом
DSC 6705
DSC 6709
DSC 6698
Гуляя по нему, было довольно сложно представить, буквально несколько часов мы были в этом же самом городе, казалось что это другой мир DSC 6721
DSC 6723
DSC 6742
В парке мы обратили внимание на множество зачехленных скульптур.
DSC 6737
Оказалось, что в ближайшее время в Лакхнау должны пройти выборы, а символикой одной из партий является слон – поэтому на все скульптурные композиции, в которых присутствуют слоны, надели чехлы, чтобы их не воспринимали как агитационную пропаганду 🙂 DSC 6730
Когда ехали в машине с Piyush, случайно увидели местную газету, в которой был напечатан его портрет – оказалось, что он не только бизнесмен, но еще и политик, депутат. Немного рассказал про выборы, в частности про то, что в Индии используется электронное голосование, т.е. для голосования используются не бюллетени и урны, а электронные устройства. Мы правда не стали вдаваться в принцип их действия, но все равно, факт примечательный.
Центральная улица в городе запомнилась своими черным цветами – видимо по распоряжению властей, для придания единообразия, все логотипы были переведены в черно-белые тона Лакхнау индия не поеду!» DSC 6803
Дворцовый комплекс Bara Imambara (Большая Имамбара) построен в оригинальном архитектурном стиле Лакхнавият, вариант «индийского барокко» DSC 6788
DSC 6785
DSC 6776

DSC 6791

DSC 6777
Через дорогу от Большой Имамбары – мечеть Aurangzeb’s mosque DSC 6797
DSC 6793
С аккуратным, чистым и ухоженным парком DSC 6798
Чуть в стороне более типичная Индия – жизнь на реке Гомти
DSC 6795

DSC 6794
DSC 6770
В Лакхнау мы остановились всего на один день, а дальше отправились в Агру. В следующем посте читайте про новое Чудо Света – Тадж Махал.

Если же вы предпочитаете путешествовать не самостоятельно, а в составе организованной группы, тогда обратите внимание на йога-тур «Гималаи и Бодхгая» (https://www.oum.ru/tours/zarubez/tour-india-himalaya-bodhgaya).

Источник: www.life-in-travels.ru

Общие сведения

Расположенную приблизительно в центре Уттар Прадеш, в 516 км на восток от Дели, столицу штата ЛАКХНАУ помнят прежде всего в связи с испытанием, пережитым его британскими жителями во время пятимесячной осады в 1857 г. Однако ранее город был свидетелем последних бурных дней мусульманского правления в Индии, незадолго до последней капитуляцией перед британцами. В действительности, смещение британцами на короткое время последнего наваба Авадха (Avadh, или Oudh) Ваджид Али Шаха (Wajid Ali Shah), обычно перечисляют среди основных причин “Мятежа”. Сегодня поблекшие монументы 19 в. Лакхнау все еще носят следы вооруженной борьбы и разрушений, причиненных британской армией.


Центр мусульманской власти с середины 18 в., по мере все большего ослабления могольской империи постепенно перемещался из Дели в Авадх. Праздность и упадничество последних навабов Авадха вошли в Индии в поговорку, но при их правлении процветали искусства. Авадх превратился в притягательный магнит для поэтов и художников, индусы и мусульмане работали вместе, стимулируемые богатством и большим количеством свободного времени. Лакхнау являлся также важным центром шиитской культуры и исламской юриспруденции с законодательной школой Фаранги Махал (Farangi Mahal), привлекающей студентов даже из Китая и Центральной Азии.

Благодаря навабам-шиитам сформировались новые ритуалы веры — ежегодные процессии Мухаррам в память о мученичестве Хуссейна и двух его сыновей, развившиеся до уровня сложных процедур с тазия — сделанными из бумаги изображениями святилища шиитского имама в Карбале в южном Ираке, которые несут на похороны. Во время остальной части года изображения находятся в Имамбарах (“домах Имама”), которые варьируют от скромных комнат в бедных шиитских домах до Великой Имамбары, построенной Асафом-уд-Даулой в 1784 г.

Необыкновенные монументы из песчаника, в настоящее время затерянные в современном Лакхнау, все еще стоят молчаливыми свидетелями эйфорической атмосферы этой уникальной культуры. Также выделяются здания, построенные по европейским образцам, часто украшенные аркбутанами, башенками, куполами и цветочными узорами; но кирпич и известковый раствор, из которых они были построены, показывает, что они стареют, так же как и более ранние каменные постройки, и старый Лакхнау буквально рассыпается на глазах.


Исполнительские искусства Лакхнау

В 18 и 19 в. в мусульманском Лакхнау сформировалось поразительное разнообразие музыкальных и танцевальных форм, которые и по сей день выделяются среди сценических искусств северной Индии. Этот период считается «Золотым Веком» исполнительской культуры Индии.

Помимо музыкантов двора и просто придворных, среди которых были и некоторые из самих навабов, в культурной жизни города немаловажную роль играли тавайф (куртизанки), которые становились искусными поэтессами, танцовщицами и певицами. В то время как основой классической музыки оставались стили дхрупад и кхаял, высокого уровня развития достиглитхумри (thumri) — лирические песни, в стиле которых смешались классические раги и народные мелодии, а также стали широко популярны такие формы как дадра, таппа и хори, сформировавшиеся под влиянием народных традиций. Их называют “полуклассической” или “легкой” классической музыкой.

Катхак (Kathak) — основной жанр северо-индийского классического танца, развился во время правления таких навабов как Шуджа-уд-Даула (1756 — 75 гг.) и Асаф-уд-Даула (1775 — 97 гг.).
ма Кришны, резвящегося с девушками-молочницами (gopis) стала особенно популярной в сюжетных представлениях; технически катхак основывается на сильных и энергичных движениях ног, сложных ритмических композициях, сопровождающихся игрой на табле — паре барабанов. Некоторые из великих школ (gharana) танца и музыки Авадха, в том числе расположенные в Лакнау, Фарракхабаде и Рампуре, постепенно становятся частью новой системы покровительства искусствам, зависимой теперь от среднего класса.

Феcтиваль Лак[нау, который проходит в феврале, дает приезжим прекрасную возможность познакомиться с образцами живых городских традиций музыки и танца. За более подробной информацией обращайтесь в UP Tourism.

Город

Большая часть достопримечательностей Лакхнау расположено вдоль южного берега Гомти или рядом с ним. Гомти представляет собой ленивый, заросший водорослями поток, который большую часть года полноводен благодаря муссонным дождям и наполняется небольшими выдолбленными из цельного куска дерева лодками местных рыбаков. Недалеко от центрального моста лежит современный коммерческий центр Хазратгандж, на севере которого на берегу реки стоит Имамбара Шах Наджафа (Shah Najaf Imambara). Далее на запад, за руинами Резиденции, дорога проходит мимо величественной Бара Имамбары и ведет через большие ворота Руми Дарваза (Rumi Darwasa) к Имамбаре Хуссейнабад (Hussainabad Imambara). К югу от нее, между Хазратганджем и Чарбагхом, путаница оживленных улочек и симпатичных рынков составляет старый городской район Аминабад.


Хуссейнабад

На западе Лакхнау, поблизости от Моста Хардинг (Hardinge Bridge) в районе “старого” города, находятся несколько разрушающихся реликвий навабов Авадха. Главным среди них является Великая, или Бара Имамбара (ежедневно кроме периода Мухаррам с 8.00 до 18.30; билет включает посещение Имамбары Хуссейнабад и Картинной Галереи, 10 рупий), в которой находится один из самых больших сводчатых залов в мире — 50 м в длину и 15 м в высоту. При постройке законченной в 1784 г. Асафом-уд-Даулой плоской наверху, слегка изогнутой в форме арки внутри крыши, не было использовано ни одной железной или деревянной балки, а применялась техника, известная под названием kara dena, при которой кирпичи ломают точно под необходимым углом и укладывают встык, а затем покрывают слоем бетона — в данном случае его толщина составляет несколько метров. В это сводчатое сооружение ведут некогда, должно быть, совершенно необыкновенные ворота, которые в настоящее время покрыты выбоинами и того и гляди обрушатся. Два расположенных один за другим внутренних дворика ведут от ворот к самой Имамбаре, которая выглядит очень празднично. Вверх к лабиринту палат, известных под названием bhulbhulaiya — “путаница”, ведут ступеньки. К Бара Имамбаре примыкает и возвышается над ней Мечеть Асаф-уд-Даулы, расположенная на двухъярусном цоколе из сводчатых галерей с двумя высокими минаретами. Она закрыта для немусульман, но ее хорошо можно рассмотреть из Садов Виктория, которые примыкают к ней с запада (ежедневно кроме пятницы, с рассвета до заката; 6 рупий).

К западу от главных ворот, над главной улицей возвышается колоссальная Руми Дарваза, которая представляет собой декоративную триумфальную арку, построенную по образцу одних из ворот Азия Минор в Истанбуле (известных в исламском мире времен Византии под названием “Руми”). Ее украшают замысловатые цветочные узоры и несколько необыкновенных труб, но в настоящее время она разрушается. Вверх к открытым помещениям, откуда открывается вид на монументы Имамбары Хуссейнабад, ведет лестница.

Немного дальше на запад находится богато изукрашенная Имамбара Хуссейнабад, известная также как Имамбара Чхота (Chota) (“малая”), или Дворец Огней, которую так называют из-за сказочного внешнего вида, когда по особым случаям ее специально наряжают и освещают. Приподнятый над землей водоем перед ней, путь к которому лежит через просторный внутренний двор, также служит созданию общей праздничной атмосферы. Над всем ансамблем, среди минаретов, маленьких куполов и арок и даже грубой миниатюры Тадж Махала, возвышается центральный позолоченный купол. В Имамбаре, построенной в 1837 г. Мухаммад Али Шахом (1837 — 42 гг.), частично с целью облегчить голод путем предоставления работы беднякам, находится отделанный серебром трон и гробницы важных лиц Авадха. Не действующие ворота напротив главного входа использовались церемониальными музыкантами, а незаконченная сторожевая башня называется Саткханда (Satkhanda), или “Семь ярусов”, хотя на самом деле их было построено всего четыре. На западе от Имамбары в окружении руин возносятся в небо два минарета и три купола Джами Масджид, строительство которой было закончено после смерти Мухаммад Али Шаха, куда не впускают немусульман.

У Водоема Хуссейнабад, к востоку от Имамбары Хуссейнабад, возвышается изолированно расположенная 67-метровая Башня с Часами Хуссейнабад — горделивая готическая башня, построенная в 1887 г., на которой находятся самые большие часы в Индии. Рядом с этим необычным монолитом находится Зал Талукдара (Taluqdar’s Hall), воздвигнутый Мухаммад Али Шахом для размещения в нем офисов Треста Хуссейнабад, а также пыльная Картинная Галерея, известная еще как Художественная Галерея Мухаммад Али Шаха. Портреты навабов, расположенные в хронологическом порядке, графически демонстрируют упадок их эпохи, так как их фигуры постепенно становятся все дороднее и тучнее. На знаменитой картине женоподобный последний наваб, Ваджид Али Шах (1847 — 56 гг.) изображен в одежде с вызывающе низким вырезом, открывающим левый сосок его груди. Мечеть Аурангзеба на высокой площадке на пути к Мосту Хардинг, которую называют также Лакшман Тила (Lakshman Tila), стоит на месте первого в Лакхнау поселения 15 в.

Резиденция

Развалины Резиденции (ежедневно с рассвета до заката; 250 рупий) покоятся в мире среди живописных садов на юго-востоке от Моста Хардинг — руины, оставшиеся после битвы точно в таком же состоянии, какими они были после снятия осады 17 ноября 1857 г. Ее поврежденная пушечным ядром башня стала памятником упорству британцев в Индии и осталась таковой даже после Независимости.

Во время осады, каждое здание в комплексе использовалось для защиты территории. Казна, расположенная справа, если войти внутрь через Сторожевые Ворота Бейлли (Baillie Guared Gate), служила в качестве арсенала; в роскошном Банкетном Зале на востоке располагалась больница, а в дорогостоящем пятиэтажном Доме Доктора Фэйрера (Dr Fayrer) на юге прятались женщины и дети. Большая часть бывших строений, таких как Бегам Котхи (Begum Kothi), использовались для заграждения от прямого вражеского огня. На лужайке перед Бегам Кхоти стоит большой крест в честь предусмотрительного сэра Генри Лоуренса (Sir Henry Lawrence), который построил оборонительные сооружения, но умер вскоре после начала военных действий.

В испещренном выбоинами самом здании Резиденции разместился маленький музей. На первом этаже в Комнате Моделей (ежедневно с 9.00 до 16.30) — единственном помещении, в котором сохранилась крыша, находится большая модель обороны и Резиденции, а также небольшая, но очень интересная коллекция изображений, в том числе гравюры, на которых показаны бреши в стенах, забаррикадированные бильярдными столами, и солдат, готовящийся к прорыву через вражескую линию.

Осада резиденции Лакхнау

Мятежные сипаи, перешедшие через реку Гомти в Лакхнау 30 июня 1857 г. нашли город кипящим от негодования в связи с недавним захватом власти в королевстве Авадх британцами. Крошечный, изолированный британский гарнизон под командованием сэра Генри Лоуренса укрылся в Резиденции, которая стала центром ожесточенной борьбы за выживание.

Менее тысячи из трех тысяч британцев и верных им индийцев, которые сгрудились в Резиденции, пережило безжалостную войну на уничтожение путем измора. Условия их жизни были настолько невыносимы, что те, кому удалось избежать заражения ран гангреной и столбняком, неизменно становились жертвой холеры и цинги. В то время как обе стороны выдерживали огневой шквал тяжелой артиллерии, одновременно велась подземная битва. Сипаи возлагали свои надежды прорвать линию обороны на строительство туннелей и закладывание мин, но британцы были гораздо искушеннее в подобных методах. Навыки бывших минеров 32-го (Корнуоллского) Полка позволили им по звукам, производимым врагом при установки мин, находить и обезвреживать их и даже взорвать несколько расположенных по периметру комплекса зданий, контролируемых сипаями.

1400 гражданских лиц, среди которых было пятьдесят мальчиков-школьников из Ла Мартиньеры (La Martiniere), сохранили высокий моральный дух и продолжали придерживаться классовых разграничений. В то время как жены европейских солдат и не получивших офицерского звания офицеров, а также дети и слуги прятались в подвале (tikhana), дамы Резиденции занимали более высоко расположенные и лучше проветриваемые помещения.

Дело улучшилось, когда через три месяца прибыл с подкреплением генерал сэр Генри Хэвлок и, несмотря на неудобство недостатка хорошей еды и вина, возобновились обычные визиты и приглашения. Но только 17 ноября осада была окончательно снята силами сэра Колина Кэмпбелла. Когда шотландские солдаты освободили Резиденцию и предложили пленникам выпить чаю, женщины отказались — они привыкли пить чай с молоком, а у солдат его не было.

Кайсарбагх

Среди шума и суеты современного Лакхнау монументы 19 в. в районе Кайсарбагха (Kaisarbagh) на юге от Резиденции стоят забытые и заброшенные. Уже исчезли большие глыбы Дворца Кайзарбагх, построенного в 1850 г. Ваджид Али Шахом, который должен был стать восьмым чудом света, а соседний Чаттар Манзил (Chattar Manzil), в котором некогда размещался Клуб Объединенных Служб (United Services Club), утратил большую часть своей крыши. На территории Кайзарбагха, рядом с могилой его жены Кхуршид Зади (Khurshid Zadi), расположена гробница Саадат Али Хана (Saadat Ali Khan) (1798 — 1814 гг.), которую отличает черно-белый мраморный пол с ведущей от него вниз в склеп лестницей. Сейчас она заросла травой и часто бывает заперта.

Музей Народного Искусства в Кайзарбагхе представляет собой большой зал, в котором представлены образцы современного искусства Уттар Прадеш. Поблизости, в бывшем зале для коронаций на Lal Baradari сейчас помещается Академия Лалит Кала (Lalit Kala Academy) (пон — пят с 9.00 до 17.00; вход бесплатный) — галерея правительственной художественной школы.

Хазратгандж

У реки, напротив гостиницы Carlton Hotel, на Rana Pratap Marg, выделяется приземистый купол Имамбары Шах Наджаф (Shah Najaf Imambara) (ежедневно кроме пятницы с рассвета до заката; оплата в виде пожертвований), названной по имени гробницы Али в Ираке, которая особенно красива, когда ее украшают лампочками во время Мухаррама. Во внутреннем помещении с затхлым запахом находятся несколько невероятно безвкусных канделябров, используемых в процессиях, несколько тазия, а также отделанная серебром гробница распутного и расточительного Гхази-уд-дин-Хайдара (Ghazi-ud-din-Haidar) (1814 — 27 гг.), похороненного вместе с тремя из своих жен.

Имамбара была оплотом сипаев в 1857 г., а решающая битва, которая позволила британцам снять осаду Резиденции, состоялась в соседнем саду удовольствий Сикандрабагхе 16 ноября. Потребовалось полтора часа непрерывных бомбардировок солдат сэра Колина Кэмпбелла, чтобы прорвать оборону двух тысяч сипаев; а затем сикхи и 93-й Шотландский полк хлынули внутрь. Сипаи были в ужасе и не могли найти выхода чтобы бежать; говорят, что некоторые из них приняли залитых кровью солдат в шотландских национальных юбках за призраки убитых в Канпуре европейских женщин. Загнанные к северной стене, они были проткнуты штыками или расстреляны, а кучи тел мертвых и умирающих достигали высоты плеча. Сейчас в мирном и спокойном Сикандрабагхе разместился Национальный Ботанический Исследовательский Институт и прекрасный Ботанический Сад (ежедневно с 6.00 до 17.00; вход бесплатный) с оранжереями, питомниками, садами роз и бугенвилии и подстриженными лужайками.

Расположенное к востоку от Лакхнау необыкновенное, похожее на замок здание Ла Мартиньера стало почти что символом города и по сей день остается элитной общественной школой в лучших колониальных традициях. Она была построена в качестве загородного поместья генерал-майором Клодом Мартеном (Claude Martin), французским солдатом и искателем приключений, захваченном в плен британцами в Пондичерри в 1761 г. Загадочный Мартен впоследствии присоединился к Ост-Индской Компании, нажил себе состояние на торговле индиго и служил одновременно и британцам, и навабам Авадха. Это здание представляет собой невероятную, но интригующую смесь с его подвесными мостиками в вышине, оживляющими силуэт греко-римскими статуями на парапетах, гигантскими всматривающимися в пространство геральдическими львами и большой бронзовой пушкой напротив фасада. В склепе под зданием похоронен сам Мартен. Во время осады, Ла Мартиньера была занята повстанцами, а мальчики были эвакуированы в Резиденцию. Войти в здание можно по предварительной договоренности с директором.

Недалеко от центра Хазратганджа, на территории, усеянной заброшенными памятниками Авадха, расположился маленький зоопарк Лакхнау, который служит также в качестве парка развлечений, в котором при осмотре животных используется миниатюрный поезд (вт — воскр с рассвета до заката; 5 рупий). Если вы пройдете через обширную территорию зоопарка, то выйдете к Музею Штата (вт — воскр с 10.30 до 16.30; 100 рупий, фотосъемка — 5 рупий), в котором представлены образцы изящной скульптуры из пятнистого красного песчаника Матхурской школы периодов Кушан и Гупта (1—6 вв. н. э.). Кроме скульптуры из Гандхары, Наланды и Шравасти, здесь имеется галерея терракотовых изделий и даже одна египетская мумия. Музыкальные инструменты, картины и костюмы создают особую атмосферу Галереи Авадха, а отдел естественной истории — просто мечта таксидермиста.

Источник: www.AyurTour.ru

Где находится

Когда летний жаркий день выпускает город из своих душных объятий, на него ложится вместе с темнотой удивительная прохлада, неведомая другим крупным городам долины Ганга. Предгорья Гималаев, вблизи которых он расположен, отдают ему частицу своего свежего дыхания.

Индийцы назвали эту климатическую метаморфозу «навабскими вечерами», вкладывая в определение лирический смысл — и не потому, что им любо само правление навабов-феодалов, а потому, что последние десятилетия их царствования в бывшем здесь княжестве Ауд ознаменованы и буйным расцветом самобытной культуры, и взлетом патриотической антиколониальной борьбы.

Интересно: Что посмотреть в Индии

Лакхнау индия

Архитектура

Аудские навабы слыли просвещенными людьми, покровительствовали искусствам, а последний из них — Ваджид Али Шах, которого англичане ради укрепления своего господства лишили престола, был и сам незаурядным поэтом. С именами навабов связаны сохранившиеся и поныне шедевры индийской архитектуры.

Руми дарваза

Подъезжаешь к городу — а он хоть и находится в долине Ганга, но до русла этой реки отсюда десятки километров — и сразу оказываешься перед величественной аркой: «Руми дарваза», или «Турецкие ворота». Тщеславный наваб Асаф-уд-Даула решил затмить турецких султанов и повелел создать монумент, который превосходил бы по красоте знаменитые Истанбульские ворота. Тут же его повелением воздвигнута Великая Имамбара, дворец-мавзолей, построенный навабом для погребения собственного праха. В 1783 году Ауд после засух и наводнений оказался во власти массового голода. Чтобы облегчить судьбы своих подданных и заодно утихомирить нараставшее недовольство, наваб развернул широкие строительные работы. Так были созданы Великая Имамбара и Руми дарваза.

Бара Имамбара

Великая Имамбара (есть тут и Малая Имамбара — тоже шедевр архитектуры) является поистине чудом строительной техники. Вот гид проводит туристов на галерею, опоясывающую высокий, прямоугольный зал. Сам он проходит на противоположную сторону — это около пятидесяти метров. Показывая «чудеса» зала, старик чиркает спичку, разрывает листик бумаги. Звуки слышны, как будто он стоит в двух шагах от экскурсионной группы!

Прямо с балкона туристы идут внутрь здания и оказываются в лабиринте. Поначалу он выглядит совсем несложным. Много ли замысловатых ходов накрутишь в стене здания? Однако через несколько витков коридоров невозможно найти из него выхода.

Зачем нужен был навабу такой лабиринт? Прежде всего для утех. На плоской крыше Имамбары он принимал знатных гостей и устраивал пирушки, что, очевидно, не очень уместно в месте, предназначенном для погребения людей. Однако все здание да и лабиринт имели военное назначение. Имамбара, окруженная крепостной стеной, могла служить убежищем при нападении врага. Ее подвалы, подземные ходы — полагают, тоже не лишены технических сюрпризов — надежно укреплены и оборудованы тайными выходами. Подземная часть Великой Имамбары мало известна современникам — входы в нее завалили англичане во время подавления народного восстания 1857—1859 годов, одним из важнейших центров которого был Лакхнау. Тогда Имамбара использовалась как склад боеприпасов и огневой редут повстанцев. Здесь же шли ожесточенные бои с колонизаторами. И еще одно «чудо»: Великая Имамбара осталась невредимой. Утверждают, что со времени ее строительства из здания не выпало ни одного кирпича. Но то, что не разрушили ядра, бури и время, смогли сделать посетители. Крутые ступени лестниц мавзолея местами стерты так, что по ним впору съезжать, как с горки.

Мачхи-Бхаван

Что-то около пяти тысячелетий существует город.

По преданиям, он был основан мифическим героем эпоса «Рамаяна» Лакшманом. Отсюда и название. Город пережил много цивилизаций. Время стерло их следы. Грудой руин лежит на берегу реки Гомти самое древнее здание города «Мачхи-Бхаван»— «Рыбный дворец». Его взорвали англичане в июне 1857 года, когда восставшие патриоты, громя чужеземцев, загнали врага в единственную удерживаемую ими крепость — Резиденцию. Мачхи-Бхаван назван так по дарованному княжеству могольским императором рисунку герба — две рыбы, расположенные в форме боевого лука. Рисунки, барельефы гдрба встречаются повсюду на древних и новых зданиях города. Он и поныне остается гербом штата Уттар Прадеш.

Блеском и роскошью, великими певцами, танцорами, поэтами славился Ауд. Столица княжества для всей страны была законодательницей этикета и мод. Гордятся всем этим потомки. Но с особой благодарностью вспоминают они роль всех этих дворцов и крепостей, ремесленников и феодалов в народном восстании 1857—1859 годов. Испещренные снарядами и пулями стены древних строений — как памятник героическому прошлому.

Улица Чоук

Совсем рядом с Великой Имамбарой главная улица старого города — Чоук. С пятачка-площади через арку-проем в двухэтажном доме можно попасть в толчею восточного базара — узкую улочку, дома которой состоят из разных лавок первого этажа и жилых помещений второго. На автомобиле сюда не рискуют заезжать — трудно разминуться со встречной телегой или коляской рикши. Зато пешеходов полным-полно.

Туристы вливаются в их поток и становятся, как и остальные, объектом назойливого внимания лавочников, протягивающих руки и взывающих на все лады:

— Заходите ко мне. Только посмотрите. Необязательно покупать. Такого товара нигде не найдете. Заходите. Заходите.

А куда заходить? Почти все лавки — небольшие веранды, расположенные чуть выше мостовой. Весь товар на виду. Впрочем он достоин пристального рассмотрения, особенно предметы кустарного творчества, искусство изготовления которых передается с древних времен, из поколения в поколение. Вот знаменитый лакнаусский чикан — расшитый узорами белый муслин. Рядом лавки с ювелирными изделиями, серебряными безделушками, расписанной золотом обувью, стеклянно-шеллачными браслетами. Славится Лакхнау и глиняными поделками-игрушками для детей и сувенирами для взрослых. Ярко расписанные куклы, фигурки народностей, птицы, звери бросаются в глаза покупателю с прилавков и лотков на Чоуке.

Звенит Чоук призывными голосами торговцев, силящихся затмить друг друга и броскими товарами, и велеречивым расхваливанием их.

— Сари! Сари! Самый красивый цветок меркнет перед ними. Бенаресские, кашмирские сари!

— Не проходите мимо своего счастья. Оно здесь, в моем магазине.

— Только для знающих покупателей! Изысканный товар. Самый тонкий чикан. Посмотрите, какая работа! В моих курта ходят самые богатые люди города.

— Выпей моего шербету. Зачем мучиться жаждой или болью в желудке? Целебный, сладкий напиток!

— О братья! Не ходите к врачу. Пользуйтесь моим порошком от всех болей. Дешево и надежно.

Лакхнау индия

Танец

На кипучую жизнь внизу безучастно взирают нарядные девушки, сидящие на открытых верандах вторых этажей домов. Они представительницы древней профессии гак называемых «танцующих девушек», тех, что некогда развлекали светское общество своим искусством или исполняли ритуальные танцы в храмах. Танцующая девушка была вполне уважаемой профессией, открывавшей женщине доступ в высшее общество, куда, как известно, и помещики-то не все могли удостоиться «чести» быть принятыми.

Искусство танцовщиц достигло особенно высокого развития именно здесь, в Ауде. Наставники танцовщиц — устады, начиная обучать девочек с семи лет, давали им широкий круг знаний, учили их манерам, тренировали настойчиво, порой безжалостно и добивались от учениц усвоения тонкостей искусства.

В XIX веке среди танцующих девушек были большие мастера танца, вокала, поэзии, признанные корифеями индийского классического искусства. Это поэтессы Муштари Баи и ее сестра Зохра, музыканты Бира Баи и Джайсух Баи, танцовщицы Шарафу Баи, Банди Джан и многие другие. Все они не только мастерски исполняли классические танцы, музыку, песни, но и создали свою школу, обогатили сокровищницу искусства Индии самобытным творчеством. Имена великих артистов и сейчас живут в сердцах потомков, любящих и изучающих их богатое наследие.

Они были равноправными членами общества. Бывало, даже влияли на политику княжества. Феодалы охотно отдавали им своих наследников на воспитание и обучение искусствам, литературе, этикету.

Со временем профессия танцующих девушек стала утрачивать былое значение. Некоторые из них и поныне с грехом пополам хранят традиции прошлого. Профессии очень часто передаются по наследству. Дочери былых танцовщиц, желая служить искусству, уехали в киностудии Бомбея и Калькутты. Для одаренных открылась возможность служить искусству, не завися от прихотей покровителя. Новым, свежим повеяло и в узких улочках старого города, хотя сохранились еще и затхлые устои.

Хазратгандж

От Чоука к главной улице современности Хазратганджу дорога идет и по тесным кривым улочкам, и на широким площадям, мимо кварталов бедноты и роскошных особняков. И везде можно увидеть памятники былой славы.

Хазратгандж — улица магазинов, кинотеатров, контор. Современные лимузины, джипы, коляски велорикш, телеги с волами или лошадьми в упряжке и потоки велосипедистов шумно, суетно катятся по улице. Всегда многолюдны тротуары. Здесь и ультрамодно одетая молодежь, и укрытые тяжелой чадрой женщины. Люди разных эпох, взглядов, вероисповедания: индусы и мусульмане, христианские монахини в белых до пят рясах и полуобнаженные садху. Старое и новое. Шумит, шагает рядом.

Лакхнау индия

Религия

Лакхнау выгодно выделяется из других городов страны и даже штата веротерпимостью. В годы самых кровавых междоусобиц жители хранили спокойствие, не поддавались на призывы фанатиков к травле инаковерующих. Известно, что колонизаторы сознательно поддерживали вражду разных групп индийцев. Верные своему правилу «разделяй и властвуй», они сталкивали мусульман и индусов, доводили дело до массовой резни. Особенно страшной была разожженная ими междоусобица в 1946 году, в канун раздела колонии на две страны: Индию и Пакистан. Колонизаторы хотели видеть эти государства слабыми, враждебными друг другу, привязанными к экономике Англии. Так поначалу и было, но очень скоро обе страны нашли иные пути к развитию.

Памятное народное восстание 1857—1859 годов было задушено. Расправа с повстанцами и сочувствующим восстанию населением была жесточайшей. Виселицами, расстрелами, истязаниями колонизаторы стремились сломить волю индийцев к продолжению борьбы. Но колонизаторы не могли быть уверены, что не вспыхнет новое восстание.

И чтобы этого не случилось, они распустили Ост-Индскую компанию. Правительство Англии взяло теперь открыто в свои руки управление страной. Изменили колониалисты и отношение к княжествам. Англичане убедились, что феодальные устои, политическая отсталость населения выгодны самим князьям. Княжества всеми мерами будут мешать пробуждению национального и классового сознания трудящихся масс. Поэтому колонизаторы не только не разрушали больше старые княжества, но, наоборот, создавали новые. Причем почти все 600 крупных и мелких княжеств вклинились то здесь, то там в территорию так называемой Английской Индии, в районы, подчиненные непосредственно колониальной администрации.

Колонизаторы тем самым отводили, от себя народный гнев. Крестьяне, стиснутые со всех сторон княжескими владениями, безжалостно обираемые князьями и ростовщиками, винили, в своих бедах местного феодала. Англичане же, получая львиную долю от доходов княжеств, выглядели непричастными к грабежу населения. Некоторые повстанцы требовали даже, чтобы индийский народ был принят в английское подданство — «подданство рани Виктории» (рани у индийцев означает княжна, повелительница). Правда, этот верноподданический угар скоро прошел. Расстрелы и порки быстро отрезвили затуманенные головы.

Но как ни хитрили англичане, как ни притесняли феодалы, им не удалось сломить народ. Не прошло и 15 лет после зверского подавления народного восстания, как страна снова пришла в движение. Нарастающие брожения, бунты, крупные восстания расшатывали колониальные устои. Нет, не увидели англичане безропотных рабов в индийцах.

Чем тяжелее был гнет, чем бесчеловечнее расправы над патриотами, тем организованнее становилась борьба. В городах, где создавались промышленные предприятия, росла грозная сила.

В начале XIX века англичане начали, а в середине столетия широко развернули создание джутовой и хлопчатобумажной промышленности. Во второй половине века разбогатевшие ростовщики и торговцы — индийцы тоже получили возможность открывать такие предприятия.

На фабриках беспощадно эксплуатировали женщин и детей. Рабочий день длился от 14 до 20 часов. К тридцати годам рабочие становились стариками и теряли место. Их заменяли вчерашние крестьяне, заполнявшие города в поисках работы и средств к жизни. Завод перемалывал их, калечил и выплевывал, обессилевших и таких же бедных, какими они пришли из деревни. Но фабрика вместе с тем выковывала рабочий класс, формировала его сознание, сознание передовой силы общества.

Начиная с 1907 года уже существовавшая тогда политическая партия Индии — Национальный конгресс, стала убеждать местных жителей не покупать английские товары. К борьбе через бойкот жители возвращаются снова и снова, нанося Англии некоторый ущерб. Отдельные компании теряли при этом часть своих прибылей, хотя продолжали наживаться за счет фактического ограбления страны.

Национально-освободительное движение снова приобретает всеиндийский характер, становится более организованным и потому действенным. В ходе борьбы за независимость выдвигаются смелые, признаваемые массами руководители — Тилак, Махатма Ганди, Джавахарлал Неру. Махатма Ганди, или как его почтительно называют индийцы — Гандиджи, родился и долго жил в Гуджерате, столицей которого является Ахмедабад.

Махатма Ганди долго работал в Южной Америке, видел бесправие коренного населения и начал искать пути к борьбе со злом расового и колониального гнета. Ганди восторгался Львом Толстым, писал ему письма и воспринял многое из философских воззрений русского писателя. Ганди стал проповедовать ненасильственную борьбу с угнетателями. Он обладал природным даром оратора, вождя и смог разумно оценить силы своего движения, привлечь к себе широкие массы. Индия в итоге стала свободной!

Автор
Сергей Петров

 

Источник: lhtravel.ru


Categories: Индия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.